Просмотров: 126679 | Опубликовано: 2019-08-16 13:06:36

Власть. Серый кардинал

ПРОЛОГ

 

Он добился своего и стал акимом города. Справедливости ради, не города, а небольшого городка, но родного. Он зашел в  кабинет, о котором очень давно мечтал. Для него, да и для всех, кто когда-либо желал здесь властвовать, этот кабинет, стол и кресло являлись символами безграничного влияния. Многие сравнивали это место с Oval Office (Овальным кабинетом) президента США в Белом доме — так схожи были мебель и интерьер, даже расположение окон. А сам стол напоминал знаменитый Резолют.

Не спеша, обогнув стол с правой стороны, он с трепетом прикоснулся к столешнице и, не удержавшись, провел кончиками пальцев по матовой поверхности, оставляя в скопившейся пыли едва заметные дорожки. Его взгляд упал на «трон». С трудом подавляя в себе волнение, он подошел к черному кожаному креслу. Развернул его к себе и, медля занять «тронное место», обеими руками притянул кресло к себе. Получая наслаждение от каждой секунды, он с комфортом, не спеша расположился за столом. Уже сидя в кресле, он пытался унять сердцебиение — ему трудно было успокоиться...

Положив руки на стол и окинув глазами кабинет, он постарался придать своему лицу выражение довольства и самоуверенности. На какой-то момент это удалось, но через несколько секунд ему стало тревожно. Может, призраки прежней власти никак не могут смириться со своей участью?  Интересно, что за жизнь здесь текла на самом деле? Ему стало страшно, казалось, пахнули тревогой кресло, стол, да и сам кабинет. Это был одновременно знакомый и неприятный запах. Он не мог понять, кажется ли ему все это, или происходит на самом деле...

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

ИЗУЧЕНИЕ ВЛАСТИ

Первый порог Арман преодолел благополучно, поступив на государственную службу. Прошел конкурс, и он устроился специалистом Отдела внутренней политики города. Кызылтау ‒ город небольшой, скорее городок с населением около 100 тысяч человек неподалеку от областного центра. Красивый, компактный, вокруг невысокие отлогие сопки и леса. В этом краю Арман родился и вырос, и не променял бы его ни на какой другой.

Три вехи сформировали его фундамент ‒ человека, жаждущего огромной власти, той самой, что будоражит сознание подобно загадкам сфинкса; три основы, на которых строилось его мировоззрение в желании достичь ее.

Основа первая

Это случилось еще в десятом классе. На одном из открытых уроков учительница у него спросила: «Арман, кем ты хочешь стать в будущем?». Уличенный в сокровенном, о котором не принято говорить вслух, он ответил неуверенно с дрожью в голосе: «Акимом... потом... м-м-м... ппп... пре-е…». Заметив, что он замялся, учительница попыталась помочь: «Премьер-министром?». Наконец, набравшись смелости, он резко возразил: «Нет! Президентом!». Вокруг начали громко смеяться, так как никто не мог вообразить его в роли президента страны. Арман был среднего роста, худенький, в очках. В классе ему дали кличку «ботаник», видимо за то, что он очень любил читать, предпочитая в основном книжки по истории.

Арман заинтересовался историческими науками еще в юном возрасте, сразу полюбив Древний Египет, Элладу и Рим. Он листал страницы и перед глазами мелькали вершители человеческих судеб: Александр Македонский, Гай Юлий Цезарь и сокрушивший Рим великий Аттила. Особняком стояли Чингисхан и Тамерлан, особенно последний, которого Арман почитал особо: хромой, а какую империю создал!

Прочитанные книги проникли так глубоко в сознание юноши, что он всерьез начал представлять себя на месте правителей, о которых читал. В какой-то момент он понял, что ему нужна власть! Он хочет править, командовать людьми. К семнадцати годам Арман окончательно решил, что пойдет в политику. И тут, иначе не скажешь, Создатель послал испытание. Как-то после уроков, когда парнишка шел домой, навстречу вышли местные уличные хулиганы.

‒ О, правитель идет! Эй, мистер президент, пойдем, пообщаемся! Ты же богатый! Дай денег! – смеясь, кричали ребята, сгрудившиеся вдоль дороги возле школы.

Повторяя про себя: «Я добьюсь власти, я вам докажу, я стану главным», ‒ Арман злобно посмотрел на пацанов, этих местных отморозков, которые любили бить слабых и отбирать у них деньги. Вожак хулиганов, мальчишка по имени Айбек, по которому уже давно плакала тюрьма, громко окликнул его:

‒ Эй, ты что такой дерзкий, а?! Реально возомнил из себя президента? Иди сюда, я тебе сказал!

‒ Сам подойди, Айбек, если тебе нужно, – с дрожью в голосе ответил Арман.

Шпана лишь ожидала повода, чтоб проучить ненавистного «ботаника». Айбек головой ударил в нос Арману, тот попытался ответить, но в этот момент остальные пацаны со всех сторон накинулись на него и начали избивать. Удары в живот и по ногам, пинки по заднице сыпались один за другим, становясь все чувствительнее. Один, особенно болезненный, пришелся по почкам. Арман упал и потерял сознание. Испугавшись, Айбек со своими отморозками убежали.

Арман остался лежать на земле с окровавленным лицом. Минут через десять его привел в чувство друг Ербол.

‒ Арман, друг, кто это сделал? ‒ едва живой, тот выдавил из себя имя зачинщика. ‒ Уроды! Вставай брат, я отведу тебя домой.

С помощью Ербола Арман кое-как доковылял до дома. По дороге мучительно ныла поясница. Боль от нее волнами прокатывалась по всему телу, и тогда становилось трудно дышать, начинало тошнить от запаха запекшейся крови. Шокированная видом избитого сына, мама Армана, тетя Алия, запричитала в голос, но быстро взяв себя в руки, позвала соседку, работавшую врачом в местной поликлинике. Та обработала раны Армана и вызвала скорую помощь. По дороге в больницу Арман в беспамятстве бормотал себе под нос: «Я добьюсь, я стану, я докажу вам, вы будете передо мной на коленях!».

Но очутившись на больничной койке, он неожиданно пришел в себя и заявил доктору, что у него ничего не болит.

‒ Полежал бы пару дней на обследовании, ‒ предложил тот.

‒ Нет-нет, мне в школу надо, ‒ замотал головой Арман.

На счастье, все обошлось, но сам инцидент повлиял на Армана очень сильно. Он поклялся, что обязательно станет влиятельным человеком, и такие, как Айбек, будут его бояться.

Основа вторая

Для реализации мечты аттестата о среднем образовании было недостаточно. Понимая эту нехитрую истину, Арман поступил в университет в областном центре на специальность «Политология». Здесь он впервые узнал о книге Никколо Макиавелли «Государь». Прочитав ее взахлеб, Арман превратился буквально в фаната этого произведения. Он отыскал в интернете фильмы о Макиавелли и погрузился во времена эпохи Возрождения. Макиавелли служил семействам Медичи и Борджиа. В Средние века они сумели победить всех врагов и сосредоточить в своих руках огромную власть и богатство. Собственно, личность самого Чезаре Борджиа вдохновила Макиавелли на написание трактата «Государь». Мечтавшему с детства посетить Египет, Афины и Рим Арману теперь захотелось побывать еще во Флоренции, особенно на площади Синьории. Биографии Козимо Медичи и Чезаре Борджиа лишь укрепили его желание прийти к власти.

Но понимание сути и смысла самой власти у него изменилось кардинально. Он осознавал, что политика ‒ вещь грязная. Да и сам путь к власти — далеко не всегда прямая дорога. Чтобы следовать по ней, не спотыкаясь, нужно пренебречь моралью, заложенной поколениями предков. Решиться на такой шаг было крайне непросто, но он внушал себе, что должен быть готов к этому, чтобы выполнить свою основную миссию на земле — получить огромную власть. Книга «Государь» стала своего рода священной для Армана, неким методическим пособием для восхождения на олимп власти. По крайней мере, так ему казалось. С этой целью Арман купил два подарочных экземпляра книги. Одну книгу он читал, другая стояла на полке, как священная реликвия, на которую он с трепетом смотрел каждый день.

 

И наконец, основа третья или основа основ — главная опора двух других,которая постоянно толкала его вперед

В университете Арман и Ербол учились в одной группе. Окончили, как и положено, в пору возмужания. Сбылись юношеские мечты, теперь оба именовались дипломированными политологами. Но для достижения желанной цели этого тоже оказалось мало, и друзья направили свои стопы в магистратуру.

Студенческая жизнь в университете била ключом. На молодых перспективных ребят, особенно на Ербола, все чаще заглядывались девушки. Это было вполне естественно. Будучи немного выше ростом своего друга, Ербол к тому же активно занимался спортом. Утро у него начиналось с зарядки с отжиманием и накачкой пресса и завершалось обязательной пробежкой. Но Армана нисколько не раздражало, что на его фоне друг выглядит более привлекательным. Главное сделать хорошую карьеру, получить власть, а тогда девушки сами набегут. К тому же дружба с Ерболом была очень важна для него. Перед глазами был наглядный пример ‒ идейный союз двух основателей Казахского ханства, правителей Керея и Жанибека. Если они также будут помогать и поддерживать друг друга, в тандеме они добьются всего. Объединенные единой целью, они сформируют мощную силу и со временем станут влиятельным кланом.

Для начала Арман решил обкатать свои идеи среди молодых, благо общественная жизнь вокруг университета кипела бурно. И сразу выявились различия характеров друзей, которые обычно не видны при чисто дружеском общении.

В отличие от Армана, как правило, державшегося в тени, Ербол предпочитал публичную политику: любил давать интервью, выступать со сцены, особенно на молодежных форумах. Его стали приглашать на телевидение как лидера студенческой молодежи. Ощутив вкус славы, Ербол занялся активным формированием своего экранного имиджа. Просмотрев для начала видеозаписи выступлений американских президентов, он каждую среду в прямом эфире наблюдал за баталиями в парламенте Великобритании, где премьер-министр и другие видные политические деятели блистали своим ораторским мастерством. Из президентов США ему больше других импонировал образ Барака Обамы. Чтобы как-то походить на него, Ербол стал подражать его манере поведения, жестам и походке. И, конечно же, носил красный галстук, который Обама часто надевал во время предвыборной гонки. 

Арману нравилось находиться в тени, ощущая себя «серым кардиналом», подобно историческому персонажу, отцу Жозефу, руководившему канцелярией известного кардинала Ришелье. Такое прозвище при дворе Людовика XIII отец Жозеф получил за то, что предпочитал носить серую одежду. В те далекие времена среди придворных ходили упорные слухи, что он выполнял темные поручения своего повелителя. Арман очень любил картину Жана Жерома с изображением отца Жозефа. На картине монах в скромном сером одеянии спускается по ступеням с раскрытой книгой в руках, а по левую сторону лестницы перед ним застыла в поклоне придворная знать.

В качестве «серого кардинала» Арман помогал другу писать речи и психологически готовил к предстоящим интервью. Выступления Ербола они всегда репетировали дома у Армана, сняв речь на видео и проанализировав ее. Глядя на уверенное поведение друга перед камерой, Арман всякий раз напоминал ему: «Помни, ты первым из нас должен стать акимом нашего города, потом области, а возможно в будущем и президентом. Я всегда буду рядом с тобой, преемником или правой рукой».

Ерболу такие слова нравились, но он находил в себе силы возразить: «Брат, мы равные и оба достойны. Если сложится, что ты более подходящий кандидат, я всегда готов быть рядом с тобой и быть твоим преемником». Говорилось это в шутку или всерьез, судить трудно, но после таких слов оба всегда смеялись и заканчивали день просмотром фильмов или сериалов о политике или истории.

Два года магистратуры пролетели быстро. После учебы Арман захотел вернуться в родной Кызылтау, но Ербол уговорил его пока что остаться в областном центре и пройти стажировку. Здесь было целых два акимата на выбор, городской и областной, да и перспективы роста, можно было получить престижную работу. А поднявшись по ступеням городского и областного уровней — и столицу страны увидишь.

Но на госслужбе все оказалась не так гладко и просто, как представлялось раньше. А очень скоро дело вообще дошло до того, что оба парня дружно стали терять к ней интерес. Ербол не выдержал первым.

‒ Арман, мы каким-то бредом занимаемся, ‒ как-то пожаловался он другу. ‒ Эти компьютеры, принтеры, пачки бумаг меня очень сильно раздражают. Напиши, принеси, забери. Мы что, столько учились, чтоб превратиться в обыкновенный офисный планктон? Не знаю, как ты, а меня надолго вряд ли хватит!

‒ Ербол, друг, я с тобой полностью согласен, ‒ посетовал Арман. ‒ Мы совсем не то ожидали. Думали, будем заниматься идеологией, изобретать новые креативные мероприятия, идеи, проекты. А тут, получается, не только мы, а весь отдел в непонятном бумаготворчестве погряз, ‒ Арман притворно вздохнул и успокаивающе похлопал друга по плечу. ‒ Брат, мы же понимаем, что не все идеально в этой системе, к тому же примерно догадывались, как тут все сложно. Но любой путь к власти не прост. Если у нас с тобой не будет терпения, мы ничего не достигнем. Нужно, стиснув зубы, держать себя в руках. У нас есть цель, мы должны шаг за шагом идти к ней и понять, как функционирует эта система. Вникнуть в суть иерархической структуры, чтоб разобраться, кем готовятся официальные письма и документы. Мы должны показать себя, тем самым заработав авторитет, и, главное, обзавестись связями.

Ербол успокоился и, трезво поразмыслив, решил, что Арман прав: без необходимых связей в областном центре им ничего не светит. Спустя еще несколько месяцев стажировки Арман и Ербол решили подать заявки на конкурс в свой родной городской акимат Кызылтау на должности специалистов в Отдел внутренней политики.

Работа в областном центре раскрыла глаза на многое. Главное противоречие состояло в том, что масса людей исполняла очень много ненужной бумажной работы. Эти люди попали в акимат по какому-то счастливому случаю и теперь каждый день просто ходили на работу, протирая штаны и готовя письма, ждали пятницы и, конечно же, зарплаты в конце месяца. В этом и состояла их мотивация. Не было секретом, что многие из них (если не все) не хотели реальной власти. Те, кто поувереннее, старались показать начальству, что достойны подняться выше по иерархической лестнице. Другим сделать это мешал страх, неуверенность в себе. Третьи просто мечтали о власти, четвертые надеялись на удачу: может, кто-то заметит их и в будущем они станут руководителями.

Для Армана и Ербола в самом понятии «Власть» содержалось нечто сакральное. Власть… Она сверкала где-то над головами и от неё исходила сильная энергетика. Зависели от власти все, но попадали в нее лишь избранные. А парни считали себя именно такими. Друзьям казалось, что они уже достигли понимания сущности власти, так как прочли много литературы по истории, политике; обучились на политологов в бакалавриате и магистратуре. К тому же Арман хранил, как зеницу ока, «Государя» Никколо Макиавелли‒ священную книгу о политике, которая направляла и обучала его. Побывав как-то в столице, он приобрел для себя карманный вариант книги, который с тех пор всегда находился у него во внутреннем кармане пиджака, у сердца. Арману это грело душу, к тому же, при случае можно было мотивировать своего друга Ербола цитатами.

Оба все чаще внушали себе, что в этом мире, в особенности в политике, никогда не добьешься чего-то честным путем. Необходимо быть хитрым, осторожным, но еще лучше ‒ безжалостным и жестоким. Подпитывая себя этими понятиями через книгу Макиавелли, Арман и Ербол каждый день клялись друг другу, что пойдут до конца, любым путем достигнут цели, никогда не предадут друг друга и будут безжалостны к своим оппонентам, соперникам и врагам. Увы, пока это было только на словах. Как функционирует система, как продвигаются по карьерной лестнице и, самое главное, какие нужны связи в высших эшелонах власти, они еще не знали, но, несмотря ни на что, жаждали приобрести авторитет и управлять людьми. Правда, иногда Ербол сопротивлялся. Вопреки возражениям Армана, он продолжал видеть себя честным и порядочным служащим. И однажды в шутку, а может, всерьез, предложил для достижения цели поискать невест среди дочерей каких-нибудь высокопоставленных чиновников.

Минули положенные месяцы. Арман и Ербол успешно прошли тестирование, на последовавшем собеседовании сумели показать себя с хорошей стороны и в результате официально приступили к работе в Отделе внутренней политики акимата города Кызылтау. Очень важный шаг на пути к цели был сделан. Это был даже не шаг, а первая победа.

Акимом города Кызылтау был Асан Жолдасович Бекбаев, бывший бизнесмен, наколотивший свой капитал в лихие девяностые. Его империя включала несколько магазинчиков, торговый дом, плюс доходы от сдачи внаем нескольких квартир. Благодаря хорошим родственным, да и просто дружеским, связям с заправилами местной мафии бизнес успешно процветал. Перед тем как стать акимом, он построил спортивный комплекс, который теперь принадлежал его младшему брату, а остальной бизнес после прихода на государственную службу был оформлен на имя супруги.

Асан Жолдасович был импозантный мужчина высокого роста, светлый с рыжими волосами. Широкие плечи, накаченные груди, руки, пресс, ноги выдавали в нем спортсмена, занимавшегося в молодости тяжелой атлетикой. Самомнение у него было огромное. Нимало не смущаясь разницей в масштабах, он любил сравнивать себя с известным актером, бывшим губернатором Калифорнии Арнольдом Шварценеггером.

Аким был очень активным человеком, сам любил делать все быстро и заставлял так же работать своих подчиненных. Совещания проводил короткие. Бюрократический формализм, когда нужно заседать часами и слушать нудные доклады, ему претил. Находясь в своем мире, он часто не представлял, что обсуждается на совещании, но при этом умел делать вид, что все понимает. Ему казалось, что он и только он всегда прав, а те, кто вокруг, недалекие и даже слегка туповатые люди. Потому, не сильно углубляясь во внутреннюю ситуацию в самом акимате и управлениях, часто ошибался в кадровых вопросах и назначал не тех людей.

У Асана Жолдасовича было два заместителя. Главным был Руслан Есенович Балтабаев, в акимате его называли Руслан Всемогущий, или кратко РВ. Почему всемогущий? Учитывая, что аким города не любил рутинную работу, он все передоверил Руслану, которого считал своим воспитанником. Это было сущей правдой, так как в свое время Руслан начинал свою карьеру водителем у Бекбаева. Незаметно стал помощником и так дальше рос и рос, пока не дорос до заместителя акима города Кызылтау. Все считали Руслана эдаким серым кардиналом кызылтауской политики, потому что именно он, а не аким Асан Бекбаев на самом деле правил городом. Среднего роста худощавый Руслан с пронзительным холодным взглядом на бледноватом лице без эмоций очень любил порядок. Приходил на службу, обедал и уходил с нее строго по часам и страшно не любил задерживаться. Оставался только в самых крайних случаях, а так оставлял работу на своего помощника и руководителей отделов.

Руслан Есенович, в основном, курировал идеологический блок, ему напрямую был подконтролен Отдел внутренней политики, куда устроились Арман и Ербол. Сам отдел находился в здании акимата города. Специалисты сидели в одном большом кабинете. С самых первых дней друзья слышали легенды о так называемых ритуалах перед аудиенцией у РВ. Вскоре им стало казаться (или это было на самом деле), что звук голоса Руслана Всемогущего вызывал дрожь у большинства служащих — так сильно все его боялись.

‒ Арман, Ербол, знаете, как надо заносить письма и документы шефу? Это не просто, это целый ритуал, который нужно изучить и знать от и до. Возможно, от этого будет зависеть ваше будущее, – посмеивались коллеги над новыми сотрудниками.

Построенное в начале девяностых годов серое трехэтажное здание акимата для жителей города, и в особенности для Армана и Ербола, было символом власти. Сотрудники называли его «Серый дом», с намеком на «Белый дом» — резиденцию президента США в Вашингтоне. На первом этаже акимата располагались отделы, на втором ‒ руководители отделов, советник акима, помощники заместителей акима. На самом высоком, третьем, находились кабинеты акима и двух его замов. Для сотрудников третий этаж был чем-то, походившим на Олимп, — символ верховной власти в древнегреческой мифологии. В шутку между собой служащие так и говорили: «Поднимусь на Олимп, письмо нужно подписать».

Кабинет акима находился в западной части этажа. Вход в самый главный кабинет акимата начинался с приемной, где стоял большой стол в окружении двух массивных кожаных диванов. Ведущая в сам кабинет двойная дверь из дубового дерева с позолоченными ручками впечатляла своей величиной. Открываясь, она издавала своеобразный звук, эдакий сигнал, знакомый человеку, хоть однажды имевшему честь зайти внутрь. Слыша этот скрип, он ощущал, как по коже бегут мурашки. А при входе в кабинет акима сердце посетителя начинало биться так часто, что не хватало дыхания и, казалось, оно сейчас вырвется из груди.

И вот все страхи позади, и перед человеком, зашедшим в кабинет, разворачивается такая картина: широкое окно, перед ним ровно на середине массивный стол из дубового дерева, за ним — внушительное кожаное кресло. Длина кабинета от главного входа до окна впечатляет —15 метров, в ширину поменьше — 10 метров, зато высота потолков максимальная — больше пяти метров. Стены скрыты за поблескивающими светло-серыми обоями. За креслом с правой стороны — государственный флаг страны, слева ‒ флаг города Кызылтау.

Для многих, в особенности амбициозных людей, да и всех сотрудников акимата главный кабинет представлял собой символ величия, олицетворение и источник безграничной власти. Многие признавались, что, находясь в этом кабинете, ощущали себя жалкими и немощными. С одной стороны, это чувство, что ты находишься в центре мира, осознание безграничных возможностей; с другой —эта мощь, эти стены, эта аура давят тебя, душат, как будто напоминая: «Знай свое место». В этот момент появлялось огромное желание бежать, куда глаза глядят. Особенно, когда в кресле восседал двухметрового роста, златовласый, зеленоглазый, на вид грозный, но на самом деле неуклюжий и неповоротливый, находящийся во власти грез, аким города Кызылтау Асан Жолдасович Бекбаев.

В восточной части «Серого дома» находился еще один кабинет. Он принадлежал второму заместителюАсана Жолдасовича ‒ Рысгуль Ганиевне Малгажиновой. Рысгуль Ганиевна была особенной женщиной, умевшей создавать вид бурной деятельности. На самом деле свои обязанности она знала слабо и никогда глубоко не вникала в суть проблем. Но эта энергичная и настойчивая дама криками, угрозами и выговорами сумела подчинить себе своих сотрудников и заставляла их работать, как надо только ей. Говорили, что самая большая ошибка акима города в том, что он назначил ее на данный пост.

 

‒ Арман, мне здесь не нравится. Все выглядит депрессивно и люди неискренние, кажется, будто все друг за другом следят, ‒ однажды не выдержал Ербол.

‒ Согласен с тобой, друг. Нелегкая здесь аура. Но, ничего, мы справимся. Я предлагаю тебе с первых же минут вникать во все дела, поручения, тонкости работы и в конце дня анализировать. Будем помогать друг другу и подбодрять себя мотивацией...

Самым главным человеком для Армана и Ербола теперь был руководитель Отдела внутренней политики города Алибек Ермекович Байболов. Подчиненные называли его аристократом за пристрастие к темным костюмам-тройкам с такими же темными галстуками. Волосы начальника были зачесаны назад и уложены гелем. Ростом под два метра, сдержанный и харизматичный, к тому же умевший красиво говорить, он слыл настоящим оратором. Свою карьеру он начинал в молодежной политике, был активным студентом, участвовал во всех мероприятиях города Кызылтау. Как-то в восемнадцать лет ему дали возможность выступить на городском молодежном форуме. Речь получилась яркой, зажигающей. Его харизма, жесты, голос заворожили публику и, самое главное, пятиминутное выступление он сделал, ни разу не заглянув в бумажку. Сама речь получилась живой, ему поверили. Как потом говорили участники форума: «Он так классно выступил, так искренне, что прямо нет слов! Настоящий оратор, будущий лидер! Но, если честно, о чем говорил, не помню! Да это и не важно…».

Его заметил Руслан Есенович, на тот момент являвшийся председателем общественного объединения «Молодежь Кызылтау» и сразу же пригласил Алибека к себе. Постепенно Алибек Ермекович стал самым главным молодежным спикером города. Руслан в то время ушел в бизнес, там что-то не срослось, и через знакомых он устроился водителем к будущему акиму города Асану Жолдасовичу Бекбаеву.

Сам Алибек пошел дальше, сначала возглавил ОО «Молодежь Кызылтау», а после этого ушел на государственную службу в управление, позже став его руководителем. Алибек Байболовбыл очень амбициозным человеком. Он смотрел далеко вперед и к тому же постоянно занимался самообразованием. На его столе всегда можно было увидеть несколько книг с закладками, которые он читал. Книги были самые разные: о политике, истории, социологии, философии. Женился он, как считалось, удачно. Его тесть являлся руководителем управления внутренней политики области. С будущей женой Алибек познакомился на одном из молодежных мероприятий и, стоит признать, что он тогда не знал, кем является отец красавицы Асем. Это была любовь с первого взгляда, а через год Алибек сделал ей предложение, и они поженились. Отец Асем не препятствовал, справедливо посчитав, что парнишка перспективный, с будущим. Когда молодые «растут» сами, поддерживать приятней. В результате (конечно же, при поддержке тестя) Алибек стал руководителем Отдела внутренней политики города.

 

‒ Арман, Ербол, вас к себе срочно зовет Алибек Ермекович, – крикнул один из коллег, забежавших в кабинет. – Обязательно возьмите ручки, блокноты и идите на второй этаж, направо, как можно быстрее!..

Друзья вскочили, как ошпаренные — дождались, наконец!

На двери кабинета была синяя табличка: «Байболов Алибек Ермекович. Руководитель Отдела внутренней политики г. Кызылтау».

Они осторожно постучали в дверь.

‒ Да, да! Заходите, – раздался голос хозяина кабинета.

‒ Алибек Ермекович, можно зайти? – словно не услышав, с волнением произнес Ербол.

‒ Да, я же сказал, заходите!

Арман и Ербол несмело сели на стулья.

‒ Ну, ребята, рассказывайте, где учились, практиковались, какие планы на будущее?

‒ Меня зовут Ербол Байкенже, родился в Кызылтау, окончил государственный университет по специальности «Политология», потом там же отучился в магистратуре. Планирую работать на государственной службе во благо народа, как говориться, ‒ первым отрапортовал Ербол.

‒ Ясно, – Алибек Ермекович внимательно посмотрел и улыбнулся, потом перевел взгляд на Армана.

‒ Меня зовут Арман Ахмет, тоже родился в этом городе. Мы с Ерболом закончили один и тот же вуз, учились в одной группе. Планирую работать в акимате, во благо города, горожан.

‒ Хорошо, ребята. Молодцы. И образование у вас подходит, как раз для идеологической сферы нам нужны именно политологи. Надеюсь, вы хорошо освоили теорию вашего направления в университете. И цели у вас правильные. Что я хочу вам сказать, Арман, Ербол. Государственная служба — это как армия. Вы здесь солдаты. В нашем отделе, куда вы сами добровольно пришли, – улыбнулся Алибек Ермекович, – есть свои внутренние правила. Как я сказал, вы солдаты, а я здесь соответственно командир. Дисциплина строгая. Первое: на работу нельзя опаздывать ни на минуту. На обед уходим вовремя, не на пять минут раньше, а в 13.00, после того, как пообедали, отдохнули, в 14.30 вы должны уже быть за рабочим столом. Официально рабочий день у нас заканчивается в 18.30, но это, повторюсь, официально. А неофициально (это как раз соответствует тем правилам отдела, о которых я говорил) рабочий день в лучшем случае заканчивается в восемь вечера, но, в основном в полдесятого. Будьте готовы к тому, что возможно и до одиннадцати, двенадцати или до часу ночи придется засиживаться. Второе: рабочие дни. Как вы знаете, официально у нас их пять. А теперь по нашим правилам: в субботу до обеда работаем обязательно, всегда. Возможно, по субботам нужно будет выходить на целый день, а иногда и по воскресеньям. Третье: дисциплина в офисе. Поручения должны выполняться в срок и вовремя. Перед тем, как что-то принести на подпись, вы должны тысячу раз проверить и принести мне нормальный документ, – Алибек Ермекович улыбнулся, посмотрел им в глаза и тихо произнес: – Ну что, пацаны, испугались? Перехотели работать? Не жалеете, а?

Слушая начальника, Ербол словно окаменел. А внутри будто вулкан взорвался, теперь все нутро его кипело, а внутренний голос нашептывал: «Уходи, беги отсюда, ты уже не свободен, ты раб!». Осознав это, он стал спешно прикидывать варианты: что делать, если не выйдет на государственной службе. Можно стать преподавателем в вузе или уйти в бизнес, например, консалтинговый, или в общественную организацию. Арман заметил, что с Ерболом творится что-то неладное. Сперва он пяткой изо всех сил наступил на ногу Ерболу. Тот растерянно посмотрел на друга и, вроде, начал приходить в себя. Но Арман все же решил взять инициативу в свои руки:

‒ Алибек Ермекович, мы поняли, будем следовать правилам!

‒ Ербол, все нормально? Ты готов, а? – с ехидной улыбкой переспросил Алибек Ермекович.

Душа Ербола продолжала протестовать, но друга подводить не хотелось. И, опустив голову, он тихо произнес хриплым голосом:

‒ Готов.

В ответ Алибек Ермекович так сильно ударил по столу, чтоподпрыгнул стакан с лежавшими рядом бумагами, и закричал:

‒ Я не слышу!

Арман и Ербол подскочили и хором дружно сказали:

‒ Готовы, Алибек Ермекович!

‒ Все, идите, работайте! – опустив голову, Алибек Ермекович продолжил изучать документы.

Арман и Ербол пулей выскочили из кабинета. Ербол направился на улицу, за ним последовал Арман. Выйдя из здания, они отошли подальше от «Серого дома».

Тут возмущение Ербола выплеснулось наружу:

‒ Арман, я понимаю, на что мы идем. Практика в областном центре, в принципе, открыла нам глаза. Но ты пойми, брат, это же реальное рабство. Мы же здесь с тобой потихоньку деградируем. Представь, в кого мы превратимся через полгода. В рабов, которые тихо, молча будут выполнять все поручения, все капризы руководителей. Арман, ты только представь: эта система нас сломает! Ты видел наших так называемых коллег, это же просто бессловесные твари! Мы с тобой отсюда не выберемся, будем как Асылбек, которому уже пятьдесят один, а он до сих пор главный специалист и бегает, как пацан, перед Алибеком, который ему в сыновья годится. Ты же знаешь, без связей мы здесь с тобой застрянем! И надолго!

‒ Ербол, успокойся! ‒ попытался урезонить друга Арман.

‒ Не успокаивай меня! Ты же знаешь прекрасно, как эти Алибеки, Русланы получили власть: один через постель, другой ‒ бывший водила акима.

‒ Тихо, Ербол! Нас услышат!

‒ Да и пусть слышат! Я не буду здесь работать! Тут специалисты просто не осознают, что они служат обществу, людям. Они рабы этих начальничков. Рабы!

‒ Брат, давай доработаем этот день, вечером сядем и спокойно поговорим, в приятной обстановке, расслабимся, выпьем чего-нибудь, ‒ предложил Арман.

‒ Умеешь ты, брат, успокоить... Хорошо. Но ты всё-таки задумайся над тем, что я сказал. Я не хочу, чтобы меня поглотила система, ‒ Ербол притих, но был печален.

‒ Не уходи в крайности, брат.

‒ Пошли, Арман...

В кабинете отдела сидели пять специалистов. Самому старшему из них, Асылбеку Токсанбаевичу, был 51 год, его все звали динозавром. Конечно же, Арман и Ербол были удивлены. Как так? Человеку пятьдесят один, а он до сих пор главный специалист? Но на службе встречается такой тип людей, совсем не амбициозных. Для них самое главное ‒ тепличные условия, в которых они трудятся, точнее — гарантированная стабильность. Это зарплата, премии, отпуска и т. д. Они не любят брать на себя ответственность. Лучше быть простым исполнителем, а спрос будет с того, кто отвечает перед вышестоящими руководителями. Представители этого типа госслужащих тихо приходят в кабинет, честно отрабатывают, отдают подготовленные документы руководителю и спокойно идут домой. А за многие годы службы у них нарабатывается такой опыт, что они всегда применяют метод Парето, 20/80. Поручения они исполняют быстро, а потом лишь создают видимость, будто работают. На самом же деле отдыхают, читая электронные книги или листая разные сайты. Как говорится, все приходит с опытом.

Еще одна сотрудница — главный специалист с пятилетним стажем Сауле Айтмагамбетова. Небольшого роста маленькая худенькая девушка, всегда с серьезным лицом и без настроения. Причины, конечно же, для этого есть. Она уже год, как в разводе, у нее растет сын. В связи с этим, по словам коллег, лучше просто так к ней не подходить.

Еще один коллега Армана и Ербола — это Ардак, их ровесник. После бакалавриата сразу же пошел на государственную службу. Амбициозный парнишка, шустрый, изворотливый, хитрый, энергичный. Умеет найти выход из любой ситуации. А как убедительно создает вид, будто у него кипит работа, ее много, но он все успевает! На него часто жалуются, что он может подставить, собирает сплетни, клевещет на коллег. Ребята из других отделов его недолюбливают.

‒ Ура! Вроде бы руководители ушли домой. Но почему так рано, а? На часах только 20.00! – сказал Асылбек Токсанбаевич, и все хором засмеялись.

Арман и Ербол с огромным удовольствием покинули «Серый дом». Позвонив родителям и сообщив, что сегодня задержатся, они направились в близлежащее кафе.

Подняв бокал, Арман начал первым:

‒ Брат! Я тебя прекрасно понимаю. Нелегко нам будет. Ты думаешь, мне это все нравится? Но мы ведь осознанно выбрали этот путь.

‒ Арман, друг! Знаешь, если честно, меня на самом деле не испугали его правила: график, рабочее время и т. д. и т. п.

‒ Тогда я тебя не понял?..

‒ Этот Алибек меня взбесил! Он старше нас всего-то на два года!  А смотрит, как на щеглов, которым по двадцать лет. Такая надменность, ехидная улыбка, стук по столу. Будто решил нас напугать. Знаешь, я бы влепил ему по физиономии с огромным удовольствием. Да видно же, что он слабак. Уверен, что в школе его били и унижали. Знаешь, Ареке, он сидит на моем месте, я хочу его убрать оттуда. Ты же видишь? Видишь?! Такие, как он, никогда не будут думать о городе, о людях. Он благодаря тестю стал начальником.

‒ Друг, ты немного потише говори. Тут ушей хватает. Может, Ардак или еще кто- то из стукачей здесь сидит, – парни рассмеялись. – Ереке, ты вроде перебрал. Вроде бы не так много и выпили, или стресс помогает быстро опьянеть, – улыбаясь, сказал Арман. – Брат, пойдем домой. Давай вставай.

В этот момент Ербол резко схватил Армана за воротник пиджака и с ненавистью, сквозь зубы прошептал:

‒ Я, Ербол Байкенже! Я лидер! Я харизматичный! Я оратор! Я достоин уважения к себе! Я не позволю, чтоб какие-то жалкие людишки мною командовали!

Арман обнял Ербола за шею и тихо ответил:

‒ Я знаю, кто ты! Не надо мне что-то доказывать! Соберись! Будь мужиком! А не то ты будешь жалким, обидчивым, слабым ничтожеством! Поэтому ты должен сейчас собраться, поднять свой зад и топать домой!

После таких слов Ербол вмиг отрезвел. Ему даже стало немного неудобно:

‒ Брат, извини, в следующий раз больше двух бокалов пива я пить не буду.

Они улыбнулись друг другу, обнялись на прощание и разошлись по домам.

 

Дома Арман зашел в свою любимую комнату. Одна стена, занятая полками, была почти полностью забита книгами. Тут и Платон, и Аристотель, и Аль Фараби, и Монтескье, и Абай... Но со школьных времен и по сей день у него была лишь одна незаменимая книга. Это его любимый «Государь» Никколо Макиавелли, целых три экземпляра. Один экземпляр, который он часто читал, второй— карманный вариант— находился в левом внутреннем кармане пиджака, а подарочный стоял на специальной деревянной полочке, как священная книга.

Иногда Арману казалось, что это выглядит смешно: детская, точнее студенческая забава, — сакрализация Макиавелли. Он не раз подумывал не создавать из Макиавелли идола и не считать «Государя» священным. Но стоило взять книгу в руки и начать читать, как он опять начинал восхищаться ею. Она затягивала настолько, что ему снова и снова хотелось стать руководителем, правителем. Так было и в этот раз. Опьяневший от пива мозг Армана приказал ему взять подарочный экземпляр «Государя» в руки и открыть его. Перевернув несколько страниц, Арман уснул с книжкой в руках. И ему приснился необычный сон.

1498 год. Большой совет утвердил на пост секретаря во второй флорентийской канцелярии Никколо Макиавелли.

Арман находится в одном из античных зданий города и видит перед собой очень довольного человека. Подойдя поближе, он к своему огромному удивлению понимает, что перед ним его любимый Макиавелли.

‒ Это вы?! – с радостным выражением на лице, удивленным, немного дрожащим голосом спросил Арман.

‒ Да, это я. Давно хотел тебя увидеть и познакомиться. Уважаю своих почитателей, особенно за хороший вкус. Предпочтенья у вас правильные, я имею ввиду великую книгу всех времен и народов «Государь»! Да, Арман, я говорю про твою любимую книгу, которую я напишу через пятнадцать лет. Ну ты же понимаешь, что сейчас находишься в 1498 году? Возможно, ты задумался, почему попал именно в этот период моей жизни?

‒ Да...

‒ Хм... я тебе объясню. Это одна из моих побед, к которой я долго шел. Я никогда не сдавался и всегда хотел власти. Я любил ее и, набравшись терпения, шел к ней. Ты, наверное, знаешь, кто такой Савонарола?

‒ Да, некое время он считался правителем Флоренции.

‒ Да какой он правитель?! Пешка французская! Я хотел занять этот пост! Пост  секретаря во второй флорентийской канцелярии. За год до моей победы я даже подавал прошение на более низкие должности в том же учреждении. Но мне отказывали, препятствовал этому именно Савонарола. Но я не сдался. Я верил в себя, в свои силы, в свои знания. Главное, я считал, что достоин власти!

Савонарола доигрался… Здесь мне помогла толпа. Да и я сам сыграл немаловажную роль. Его заточили в темницу. Беднягу жестоко пытали. И в итоге казнили. Повесили и сожгли тело! Нет больше Савонаролы! И пришел мой час, мой взлет! Большой совет утвердил меня на пост секретаря во второй флорентийской канцелярии. Это мой тебе урок, Арманчик. Ты молодец, но твой друг расслабился. Подбодри его. Расскажи ему о моем примере. И не позволяй Ерболу сломать тебя, сбить с пути, сделать тебя слабым и отказаться от борьбы за власть!

‒ Большое вам спасибо, Никколо! Я обязательно всего добъюсь благодаря вам.

‒ Брось, не благодаря мне, а благодаря самому себе! Ты должен верить в себя. Это был мой первый урок, который я дал тебе лицом к лицу и, возможно, я даже уверен, не последний! Проснись и иди!

‒ Не понял?..

‒ Вставай! – крикнул Никколо.

 

В этот момент Арман проснулся и увидел перед собой маму, которая говорила ему: «Сынок, вставай! Опоздаешь на работу!».

Вскочив, как ошпаренный, Арман быстро привел себя в порядок и выбежал из дому. Встретившись с Ерболом, он первым делом рассказал о своем сне. Сделано это было не без задней мысли предпринять еще одну попытку и дать мотивацию своему другу. Трудно сказать, поверил ли Ербол в сновидение, но, выслушав Армана с угрюмым видом, он вроде бы смирился. Пока же, в ожидании лучших времен, друзья с головой ушли в казуистические тонкости делопроизводства.

Незаметно пролетели четыре месяца, как они официально работали в Отделе внутренней политики города Кызылтау. Природа и молодость понемногу брали свое, оба друга все чаще начинали задумываться о женитьбе. Да и родители с родственниками постоянно твердили им об этом. Первым не выдержал Арман, познакомившись с девушкой по имени Айсулу. Очень привлекательная и умная, к тому же воспитанная своей бабушкой в старых традициях, она училась на третьем курсе частного университета города Кызылтау на педагогическом факультете. Познакомились Арман и Айсулу на мероприятии, организованном Отделом внутренней политики, на творческом вечере одного из известных поэтов города. Стихотворение этого поэта Айсулу читала со сцены. Арман не столько слушал, сколько смотрел на нее, широко раскрыв глаза, и внезапно понял, что по уши влюбился. После мероприятия он набрался духу и подошел познакомиться. Умный и вежливый юноша понравился Айсулу, и после этого вечера они стали встречаться.

Как-то в конце рабочей недели Арман и Ербол решили сходить в клуб в областном центре, отдохнуть и отвлечься от рутинной каждодневной работы. Посидеть в эту пятницу здесь можно было подольше— в связи с грядущим государственным праздником на службу в субботу разрешили не выходить. Арман сообщил, что придет с Айсулу. Ербол был не против, но понимая, что в такой ситуации он становится третьим лишним, решил, что нужно обязательно с кем-нибудь познакомиться.

Областной центр находился в семидесяти километрах от Кызылтау, и они поехали на такси. Ербол, Арман и Айсулу выбрали самый известный ночной клуб города «Европа и Азия». Когда они подъехали, Ербол заметил очень красивую девушку с распущенными черными волосами, одетую в черные джинсы и кожаную курточку. Она шла по улице с двумя подругами. Ербол услышал, как одна из подруг, кивнув на припаркованный неподалеку большой черный джип, крикнула: «Салтанат, смотри, какая крутая тачка». Та окинула джип таким взглядом, словно это были обыкновенные «жигули», и скрылась с подругами за дверями клуба. Ербол понял, что ему повезло: есть девушка, которая ему очень понравилась, и он знает, как ее зовут. Теперь дело за малым — найти предлог, чтобы подойти и познакомиться.

В клубе в эту пятницу, как, впрочем, и всегда, было много народу. Контингент самый разный: от молодых сотрудников госучреждений, активистов и бизнесменов до местных крутых начальников, которые расположились в VIP-комнате и лишь иногда спускались потанцевать.

Сев за столик, Арман, Ербол и Айсулу сделали заказ. Заметив, что Ерболу не сидится на месте, Арман спросил:

‒ Брат, все нормально?

‒ Да, не переживай, просто я заметил кое-кого, надеюсь, приглашу за наш столик, – ответил с уверенной улыбкой Ербол.

Поняв своего друга, Арман кивнул:

‒ Давай, Ереке, удачи!

Пристально наблюдая за Салтанат, Ербол заметил, что она с подругами появилась на танцплощадке и решил воспользоваться моментом. Звучала очень популярная среди местной молодежи музыка. Пританцовывая, Ербол приблизился к Салтанат сзади, в этот миг она внезапно повернулась, и они оказались друг напротив друга. Увидев красавицу совсем рядом, Ербол растерялся и застыл, как вкопанный. Решив, что он просто стесняется, Салтанат начала показывать движениями, как продолжить танец. В ответ Ербол понимающе улыбнулся и присоединился к танцующей девушке.

За рулем большого черного джипа, который так понравился подругам Салтанат, находился известный любитель развлечений и элитной выпивки по имени Аскар. Имея родственников среди областной элиты, этот парень любил повторять: «Я не из толпы, я над букашками». Каждую пятницу он с друзьями посещал клуб «Европа и Азия», чтобы, как он говорил, «оттянуться» по полной программе. Наслышанный о его высоких связях персонал клуба предпочитал с ним не связываться, и Аскар, чувствуя полную безнаказанность, вел себя по-хозяйски. Обычно, вдоволь покуражившись, компания заканчивала вечер обязательным мордобоем и забирала, иногда насильно, понравившихся девиц с собой.

Какая-то мысль не давала покоя Аскару и вместо того чтобы подняться и зайти в клуб, он сидел в машине, попивая с друзьями дорогой коньяк и покуривая травку. В это время Ербол и Салтанат уже успели познакомиться и присоединились к Арману с Айсулу. Дождавшись момента, когда диджей включил медленную романтическую музыку, пары решили встать и потанцевать. Момент чтобы познакомиться поближе был самый подходящий, и Ербол, покачиваясь в такт музыке, начал осторожно расспрашивать девушку:

‒ Где, ты сказала, учишься?

‒ Здесь, в частном вузе, на дизайнера, уже на третьем курсе. А в свободное время подрабатываю в одной дизайнерской студии.

‒ Круто. А я в акимате работаю, ‒ на всякий случай сообщил Ербол. ‒ Будущий большой политик. Мы с другом там вместе. Арман для меня больше, чем друг, это мой брат! И я за него любого порву.

Салтанат сверкнула глазами:

‒ Классно! Рада за вас. Мужская дружба — что-то для меня необъяснимое, у вас особенное понятие дружеских отношений, как говориться, до конца.

‒ Это так, Салтанат, ‒ согласился Ербол. ‒ У тебя очень красивые глаза, добрые, но почему-то очень грустные, ‒ неожиданно добавил он. ‒ Кто тебя обидел?

Девушка вздохнула:

‒ Да нет, не переживай, все нормально. Просто устала.

В этот момент в дверях клуба появился Аскар с четырьмя друзьями. Обведя взглядом зал, он небрежно кивнул нескольким посетителям и к нему сразу начали подбегать и здороваться, как приветствуют очень большого авторитета. Он приобнял двух девиц в мини-юбках и, шлепнув каждую по заднице, показал жестом, мол, идите, потом встретимся. Повернувшись к танцплощадке, Аскар внезапно заметил Салтанат и сразу понял, что за мысль не давала ему покоя. Это была та самая Салтанат, с которой он сам никак не мог поближе познакомиться и которая сейчас, не боясь, танцует с каким-то парнем.

‒ Кто это, а? Что за ботан танцует с Салтой? ‒ повернулся он к своей компании.

‒ Не знаю, брат, вроде не из местных, – ответил один из друзей Аскара.

‒ Ну, сейчас узнаем, что за наглец тут на моей территории, ‒ Аскар, распихивая посетителей, протиснулся к танцплощадке, подошел к Ерболу и Салтанат и, учитывая, что из-за музыки его могут не услышать, громко крикнул:

‒ Салта, дорогая, здравствуй! Как дела? Кто это такой, а?

‒ Во-первых, я тебе не Салта, и тем более — не дорогая! Во-вторых, какая тебе разница, с кем я танцую? Кто ты такой вообще? ‒ возмущенно возразила девушка.

‒ Слушай, ты поосторожней с выражениями. Все знают, кто я такой! ‒ Аскар схватил Салтанат за руку. ‒ Брось ломаться, пойдем, пообщаемся!

‒ Отпусти, мне больно! ‒ вскрикнула Салтанат, пытаясь вырвать руку.

В этот момент Ербол перехватил руку Аскара и твердо сказал:

‒ Отпусти ее, я тебе по-хорошему говорю!

‒ Не отпущу! Кто ты такой вообще? Пошел отсюда, ботан! ‒ усмехнулся Аскар.

‒ Отпусти меня, идиот! ‒ снова попыталась вырваться Салтанат.

‒ Как ты меня назвала? – разъяренный Аскар ударил девушку по лицу.

Этого Ербол стерпеть никак не мог и так сильно толкнул Аскара, что тот отлетел к барной стойке. Друзья Аскара сразу же накинулись на Ербола и завязалась драка. Арман, заметив, что бьют друга, сорвался с места и присоединился к потасовке. Тут появилось четверо здоровенных охранников, они выволокли дерущихся на улицу.

Повернувшись к Аскару, Ербол крикнул:

‒ Ты, трус, давай один на один!

‒ А ты букашка, вот кто ты! Я тебя раздавлю! ‒ презрительно процедил тот.

От этих слов Ербол взбесился еще сильнее. Вывернувшись из рук охранников, державших участников драки до приезда полиции, он подбежал к Аскару и со словами:

‒ Это за Салтанат, тварь! ‒ так ударил его в челюсть, что тот рухнул на колени, очутившись в нокдауне.

Всех участников драки оперативно прибывшие полицейские забрали в участок. И тут выяснилось, что для таких, как Аскар, закон не писан — его тотчас же отпустили. Правда, на удивление, вместе с ним освободили также Армана с Ерболом. Недоразумение разъяснилось быстро. Вместо того, чтобы выставить их на улицу, полицейские отвели всю троицу в отдельный кабинет. Через некоторое время туда вошел не кто иной, как их шеф, сам Алибек Ермекович. К немалому изумлению Армана и Ербола Аскар оказался родным братишкой Алибека, тесть которого, руководя управлением внутренней политики, слыл в областном центре авторитетным человеком.

‒ Идиоты! И-ДИ-О-ТЫ!! ‒ в бешенстве кричал Алибек Ермекович. – Вы что меня позорите, а?

‒ Брат, эти щенки сами начали, – начал оправдываться Аскар.

‒ Заткнись вообще! Какой раз уже ты меня так позоришь! Если б ты не был моим родным братишкой, то уже давно гнил бы в клетке! Я тебя предупреждаю, ты точно когда-нибудь доиграешься! Не всегда я буду тебя спасать!

‒ Прости, брат, ‒ упав на колени, Аскар начал истерично рыдать.

‒ Встал, тряпка! Заберите его.

Двое полицейских увели Аскара.

‒ Вы-то что позоритесь, белые воротнички? Забыли, что являетесь работниками акимата?! Тем более, вы у меня в отделе! Вы — мои подчиненные! А если бы кто-то узнал вас? Какого… специалисты моего отдела устроили драку в клубе, в областном центре, где мой тесть рулит внутренней политикой?! Сняли бы все это на мобильный телефон и распространили по социальным сетям? Это же сейчас модно — мочить таким методом, нас, госслужащих!

‒ Извините, Алибек Ермекович, Аскар сам начал. Тем более, мы ведь не знали, что он ваш родственник. И вообще, это он был не прав, Аскар ударил девушку Ербола.

‒ Да, верю я вам, знаю своего братишку. Давно планирую отправить его куда-нибудь… подальше… учиться. Боюсь, он опозорит меня. Хм... Хорошо, что охранники вас быстро скрутили. Хозяин клуба — мой хороший знакомый. Он все вовремя разрулил. И создал эту видимость с полицией, чтобы не вызывать подозрений. Это ведь областной центр, вашу мать! Короче, вам двоим очень повезло! Очень! Если бы вы не были связаны со мной, у вас были бы крупные неприятности. Сейчас быстро садитесь в машину и поезжайте домой, до понедельника носу из дому не показывать! А в начале недели с утра жду вас у себя в кабинете.

‒ Поняли, Алибек Ермекович! – Арман и Ербол кивнув головами.

‒ И никому не слова! А то…

Арман и Ербол, конечно же, не догадывались что Алибек Ермекович и еще несколько авторитетных людей в этот вечер были в клубе «Европа и Азия» и, сидя в VIP-комнате, обсуждали вопросы, которые должны были решить судьбы нескольких людей на очень важных позициях во властной структуре города...

 

После данного инцидента минуло несколько недель.

За это время Арман хорошо влился в систему, и Алибек Ермекович стал постепенно присматриваться к нему. Он заметил, что Арман ‒ парень старательный, к тому же пахарь, намеренный идти далеко вперед, но не спеша и играя по правилам. А тот старался выполнять все поручения, которые спускали ему сверху. Грамотно писал официальные письма, всегда вникал во все документы. Для этого Арману пришлось буквально вызубрить наиболее важные идеологические программы страны, и теперь он просто фонтанировал идеями. На планерках, которые каждый понедельник проводил Алибек Ермекович, Арман всегда предлагал здравые решения. Все последние идеологические мероприятия, которые проводились в городе и получили одобрение в области, были в основном заслугой Армана. Разрабатывая их, он учитывал мировые тренды с упором на историю страны и ее великих личностей. Алибек Ермекович поддерживал его, так как сам был большим поклонником истории.

Ербол тоже работал, не покладая рук. Но как бы он ни старался, справиться со зреющим внутри протестом никак не удавалась. К тому же из головы не выходила Салтанат. Однажды он признался Арману, что по уши влюблен в нее, и Салтанат отвечает ему взаимностью. К тому времени Ербол и Салтанат переписывались каждый день, а когда звонили друг другу, разговаривали по несколько часов. Но главное, после того инцидента в клубе они сумели еще несколько раз увидеться. Для этого Ербол приезжал в областной центр и, маскируясь, встречался с любимой в таких местах, где было немноголюдно, и их никто не мог узнать.

В очередную свободную субботу Ербол и Салтанат договорились сходить в кинотеатр. Перед поездкой Ербол зашел к другу и сказал, что собирается в областной центр. Арману это не понравилось.

‒ Брат, думаешь, ты правильно поступаешь? Ведь Алибек не советует нам там появляться, ‒ напрямик спросил он друга.

‒ Алибек. Хм... Ты его уже не по отчеству называешь, так сблизились? ‒ Ербол с нескрываемым удивлением посмотрел на друга.

‒ Ербол, успокойся, ‒ попытался урезонить его Арман. ‒ Зачем ты съезжаешь с темы?

‒ А затем, что вижу, как теряю друга. Вижу, как мой друг превращается в такого же, как все эти офисные клерки. Но мой друг не просто клерк, а клерк, который потихоньку становится любимчиком шефа, его приближенным. Мой друг начал так фанатеть от него, что забыл про своего настоящего друга. Что с тобой происходит? Мы, как раньше, уже не беседуем!

‒ Ербол, мне уже надоело тебе что-то доказывать! Еще раз повторю, ты для меня больше чем друг, ты для меня брат! Но ты должен разобраться в себе. Ты вечно где-то витаешь, не можешь определиться, чего хочешь от этой жизни. Мы ведь договорились, что вместе выбрали этот путь и вместе пойдем до конца, пройдем все испытания на этом пути.  Помнишь тот фильм о бывшем американском вице-президенте, который мы смотрели пару недель назад. Так вот, мы тоже должны через все это пройти, если хотим реально получить власть. Я стараюсь, пашу, изучаю эту гребаную систему, проникаю в психологию так называемых местных элит! А ты? Ты чем занимаешься? Витаешь где-то в облаках и думаешь о девушке, которая за 70 километров отсюда! Как подросток, страдаешь по ней!

‒ Слышишь, брат! Что ты понимаешь вообще-то в любви, а? Ты собираешься жениться на Айсулу только потому, что так надо, у политика же должна быть жена. Как без этого? А что там чувство, романтика, это же для толпы! Вот теперь послушай меня, Арман. Я не хочу быть таким, как они, таким, в кого ты сейчас превращаешься. Да, я хочу быть просто человеком, одним из тех, кто в толпе. Но зато я буду счастлив. У меня не будет страха перед соперниками, врагами, депрессий на работе, рабочих дней без выходных. Мои дети будут часто видеть своего отца. Я буду больше уделять времени своей будущей семье. Я стану богатым. Буду независимым. Монетизирую свои знания. А ты будешь сидеть в этой дыре, в этой депрессионной обстановке, в этом гребаном «Сером доме», и жизнь твоя будет серая и, может, получишь инсульт, как тот переработавший специалист из Отдела здравоохранения.

‒ Слабак ты, Ербол! ‒ вздохнул Арман.

‒ Держи свой язык за зубами. Не то…

‒ Что, ударишь меня, как Аскара?

‒ Да пошел ты!

 

Вконец расстроенный Ербол сел в такси и поехал в областной центр. Ему очень хотелось успеть к сеансу романтической комедии в 20.10. На улице было пасмурно. Неприятный осенний холодок насквозь пронизывал тело. К тому же начал моросить дождик. С Салтанат они встретились в небольшом кафе, находящемся в нескольких шагах от кинотеатра.

‒ Что-то мне не по себе, Ербол, ‒ пожаловалась девушка, — как-то тревожно на душе.

‒ Не переживай, Салтанат, все будет хорошо, ‒ стал успокаивать Ербол. ‒ Думаю, этот дождик добавит романтику нашему вечеру, согласись? – добавил он с усталой и натянутой улыбкой.

‒ Хорошо, соглашусь, – улыбнулась в ответ Салтанат. ‒ Ербол, что тебя тревожит? Ты весь какой-то возбужденный.

‒ Да так, ничего особенного. Просто с Арманом сильно поругались. Сейчас вот вспоминаю, именно такой ссоры у нас никогда не было.

‒ А что случилось-то?

‒ Да так… по работе, касательно наших планов. Знаешь, Салтанат, я вот пока ехал к тебе, все проанализировал. Думаю, Арман прав.

‒ Ербол, может, ты мне поподробней все объяснишь? А то все как-то непонятно, загадками говоришь, ‒ взмолилась девушка.

‒ Мы с Арманом еще со школьных лет мечтали стать политиками, прийти к власти. Я всегда себя видел публичным человеком, который выступает перед толпами людей и ведет их за собой. Не скрою, подражал Обаме. А Арман всегда был готов к роли второго, рядом со мной, как верный друг, надежный тыл. Не знаю, может, он хочет стать Диком Чейни, – засмеялся Ербол. – Он всегда меня поддерживает. Мы примерно так распределили наши роли: мы не конкуренты, а товарищи, которые взаимодополняют друг друга.

‒ Классно! ‒ восхитилась Салтанат.

‒ Но, как выяснилось, работа на государственной службе — это все-таки не мое, ‒ вздохнув, пояснил Ербол. ‒ Не могу я влиться в эту систему, в их дурацкие правила. Я хочу быть свободным, публичным. А работа в акимате больше подходит Арману, он стал ее фанатом. Он внушает мне, что мы должны набраться опыта, и только потом я стану руководителем, а Арман — моим замом. Но я чувствую, что скоро не выдержу. Вот на этой почве мы с ним и поругались.

‒ Я думаю, все будет хорошо, ‒ успокаивающе заметила девушка. ‒ Вы помиритесь и добьётесь своих целей. Знаешь, я завидую белой завистью вашей дружбе с Арманом. Жаль, что у меня нет такой подруги, у нас, у девушек, все как-то по-другому.

‒ Но теперь у тебя есть я, – перебивая Салтанат, засмеялся Ербол.

‒ Поэтому, если честно, я счастлива с тобой. Мне с детства не хватает настоящей мужской теплоты, опеки, любви. Отец мой много пил и, выпив, поднимал руку на мать. Когда мне было восемь лет, они развелись, и он, прямо говоря, стал бомжом. Я даже не знаю, где он сейчас. Иногда так хочется найти его, обнять, поцеловать и сказать «папочка!». Но когда вспоминаешь те сцены, его пьяные выходки, синяки матери, сразу же появляется отвращение к нему. Только моя маленькая сестренка хочет его увидеть, так как не помнит сцены побоев. Она тогда была еще совсем маленькой. Только благодаря маме мы встали на ноги. За это я ей очень благодарна. К сожалению, она сейчас болеет, поэтому после учебы я еще подрабатываю, чтобы помочь маме с лечением.

‒ Салтанат, все будет хорошо, я тебе помогу, не переживай, ‒ стал успокаивать Ербол.

‒ Спасибо, но я как-то сама привыкла решать свои проблемы. Да еще этот Аскар достал, уже три раза его отшивала. Бегает за мной, как за добычей, следит даже. Он привык, что ему не отказывают, поэтому и сходит с ума.

‒ Он доиграется, я тебя уверяю. Особенно если еще раз тебя тронет. Я обещаю, он доиграется! 

‒ Ербол, не надо, ‒ испуганно попросила девушка. ‒ Ты не представляешь, кто он и какой он монстр!

‒ Я все знаю, Салтанат. Давай поговорим о хорошем, например, о твоих красивых глазах, ‒ произнеся это, Ербол достал из кармана красную шкатулку, открыл ее и показал лежавшее на подушечке кольцо.

От неожиданности Салтанат остолбенела, с нескрываемой радостью она смотрела на подарок и не знала, что сказать.

‒ Салтанат, ты самое прекрасное создание, которое я когда-либо встречал, ‒ продолжил воодушевленный ее реакцией Ербол. ‒ Я влюбился в тебя с первого взгляда. Ты мне нужна. Я не могу без тебя. Ты станешь моей женой?

‒ Ербол... я... я... я даже не знаю, что сказать! Я тоже не могу без тебя, ‒ после небольшой паузы пролепетала Салтанат. ‒ Да, Ербол, я согласна!

Ербол надел кольцо ей на палец, молодые люди встали и крепко обнялись. В этот момент словно по заказу зазвучала романтичная музыка, и они, не разжимая объятий, двинулись ей в такт. Прижавшись друг к другу, они даже не танцевали, а просто слушали биение сердец друг друга. У Салтанат от нахлынувших эмоций, сдержать которые она была не в силах, внезапно потекли слезы. Наконец-то нашлось то родное крыло, тот мужчина, в объятиях которого она будет в тепле и уюте. После танца довольная пара вернулась за свой столик. Растроганный Ербол предложил Салтанат снять видео на память, чтобы поделиться радостью со своим другом Арманом. Видя, что она согласна, он взял мобильный телефон, обнял Салтанат и включил запись на фронтальную камеру:

‒ Арман, друг, брат! У нас для тебя прекрасная новость! Ты первый, кто ее услышит. Я сделал предложение Салтанат! Она согласилась! Мы скоро поженимся, и вы с Айсулу будете у нас дружком и дружкой! Брат, извини меня, ты был прав. Я сильно погорячился. Я уверен, мы с тобой добьемся всего! Ты мне больше, чем друг, я люблю тебя, как родного брата! Ты мой брат! Арман, передавай от нас привет Айсулу!

Прервав запись на этой мажорной ноте, он отправил видео Арману и посмотрел на часы: времени оставалось совсем немного, через десять минут должен был начаться сеанс. Взявшись за руки, влюбленные побежали в кинотеатр.

В этот самый момент Арман встречался с Айсулу. После долгой прогулки он проводил ее до дома и вернулся к себе. Он слышал, что по мессенджеру пришло сообщение от Ербола, но обида на друга еще не прошла, и открывать его он не стал.

…Салтанат была права, Аскар и вправду постоянно следил за ней и видел, что происходило в кафе. Это привело его в ярость, получалось, что Ербол унизил его во второй раз. Пропустив пару стопочек коньяка и покуривая травку, он сидел в своей машине и ждал, когда Салтанат и Ербол выйдут из кинотеатра. Он хотел проучить Ербола и для этого приготовил бейсбольную биту. Фильм продолжался полтора часа, и все это время Аскар обдумывал, как расправиться с Ерболом. В какой-то момент он убедил себя, что влюблен в Салтанат, и ненависть вспыхнула еще сильнее.

Машина Аскара стояла недалеко от кинотеатра, на обочине дороги в нескольких метрах от пешеходного перехода. Он видел, как Ербол и Салтанат вышли из кинотеатра с радостными лицами. На улице продолжал моросить дождик. Ербол снял свое серое пальто и накинул Салтанат на плечи. Дождик все усиливался. Аскар завел машину и начал отъезжать назад.

‒ Спасибо дорогой, сегодня ты изменил мою жизнь, ты подарил мне счастье, ‒ взволнованно произнесла девушка.

‒ Это тебе спасибо, Салтанат, ‒ возбужденно возразил Ербол. ‒ Ты дала мне новую мотивацию идти дальше к своей цели. Самое главное, я понял, что такое любовь. Салтанат, я люблю тебя.

‒ И я люблю тебя, Ербол, – они поцеловались.

Все это происходило на глазах разъяренного Аскара. Отъехав на приличное расстояние от пешеходного перехода, чтобы разогнаться, как следует, он выждал, пока Ербол и Салтанат ступят на пешеходную дорожку. Как назло, загорелся красный. 20 секунд, 15 секунд, 10, 5... Ербол взял руку Салтанат, они приготовились идти. Тут Аскар изо всех сил нажал на педаль газа. Осталась одна секунда, Ербол взглянул на Салтанат и улыбнулся. Загорелся зеленый — они двинулись вперед. Уже находясь на переходе, Ербол боковым зрением увидел, как на них несется огромная черная машина. Он немного растерялся, но решил, что лучше побыстрее перебежать дорогу. Однако было уже поздно, еще через мгновение раздался сильный удар. Прохожие услышали скрежет шин, потом что-то упало на асфальт.

Кто-то истошно закричал:

‒ Сбили людей! Авария! Скорую, быстро!

‒ Ужас! Такой удар, что парень с девушкой отлетели на несколько метров, – возбужденно передавали друг другу зеваки.

Промчавшись на бешеной скорости еще метров сто, Аскар остановился, еще до конца не понимая, что случилось. Все произошло так быстро, что теперь он был в легком шоке. Но, собрав оставшиеся силы, преступник развернулся, надавил на газ и быстро уехал, спеша скрыться из города.

В час ночи Армана разбудил звонок на мобильный телефон. Он нехотя потянулся к трубке. Звонили с неизвестного номера — отвечать не хотелось. «А вдруг это с работы?» ‒ испуганно подумал Арман.

‒ Здравствуйте! Это Арман Ахмет? ‒ голос был незнакомый.

‒ Да, ‒ ответил тот.

‒ Вас беспокоят из Департамента полиции области.

‒ А что случилось?

‒ Ербол Байкенже — ваш родственник?

‒ Нет... а-а... Да... ну, то есть он мой брат, то есть друг, ну как брат… можно сказать... А что... что случилось?

‒ Его сбила машина, на пешеходе, рядом с кинотеатром.

‒ Что? Вы что-то напутали, может? Как... как сбила?..

‒ Он сейчас в реанимации. Взяли его телефон, родители трубку не берут, нашли номер, где было записано «Брат Арман». Вот и решили вам позвонить.

‒ Хорошо. Понял. Да, я его брат. Просьба родителям пока ничего не говорить. Я сам скажу. И... я скоро буду. А где он сейчас?

‒ В областной больнице. В реанимации. Кстати, с ним была девушка. Ее тоже сбили. Очевидцы говорят, что они шли вместе, взявшись за руки.

 ‒ Твою мать... Хорошо, я скоро буду.

После неожиданного телефонного разговора Арман некое время пребывал в прострации, не в силах поверить в то, что услышал. Потом кое-как объяснил все родителям, попросив их на всякий случай быть рядом с родителями Ербола, заказал такси и поехал в областной центр. По дороге он вдруг вспомнил, что не открыл сообщение Ербола. Он потянулся за трубкой, но никак не мог решиться вынуть телефон из кармана. После случившегося ему было не по себе, стало нарастать чувство подспудной вины, участилось сердцебиение, ему стало трудно дышать и из глаз сами собой закапали слезы.

Но Арман взял себя в руки, решившись, открыл мессенджер и увидел непрочитанное видеосообщение от Ербола. Глубоко вздохнув, Арман включил видео и, посмотрев от начала до конца, разрыдался: «Брат... прости меня-я-я!». Не в силах что-либо теперь изменить, в исступлении он начал бить себя, рвал на голове волосы, а когда не получилось, громко выматерился. Испуганный шофер такси поинтересовался, что случилось. Арман, с трудом подбирая слова, постарался объяснить ситуацию. «Может, все еще образуется?» ‒ попытался успокоить его таксист. В ответ Арман лишь печально кивнул — надежда умирает последней...

Через сорок минут он уже был на месте. Вбежав в здание больницы, он кинулся к регистратуре, узнал, где лежит его друг и, не в силах долго ждать спускавшегося лифта, ринулся на пятый этаж пешком. Возле палаты его остановил врач:

‒ Вы кто?

‒ Я Арман Ахмет, здесь мой брат, Ербол Байкенже. Что с ним?

‒ Держитесь, Арман. Мои соболезнования…

Услышав это, Арман впал в глубокий транс и, не понимая, что говорит врач, смотрел на него остекленевшими глазами. А тот продолжал объяснять:

‒ Удар был сильный, они оба отлетели на несколько метров. Девушка скончалась на месте. За жизнь вашего брата мы боролись, но, к сожалению, его сердце не выдержало, и он умер.

Слово «умер» прозвучало так, будто Армана неожиданно ударили ладонью по лицу. Он дернулся и механически повторил:

‒ Умер? ‒ тут до него начал доходить смысл сказанного. ‒ О чем ты говоришь? – крикнув, он схватилврача за горло. ‒ Кто это сделал? Говори? А?!

Подбежавшие санитары удержали Армана и почти насильно усадили в кресло. Врач укоризненно заметил:

‒ Возьмите себя в руки, молодой человек! Еще раз приношу вам свои соболезнования, ‒ и ушел.

Арман не мог поверить в случившееся. Перед его глазами в один миг пробежало время, которое они провели с Ерболом, с самого детства, когда они вместе смотрели мультфильмы, до юности, когда начали интересоваться политикой, и заканчивая последними моментами на службе в акимате.

‒ О, Создатель! Как так? Где справедливость? За что? Что он такого сделал? Почему те, кто не заслуживают ходить по земле, до сих пор живы, а мой брат умер? ‒ упав на колени, Арман начал бить себя по голове.

Собравшись с духом, Арман решил позвонить своим родителям. Объяснив, как мог, случившееся, он попросил, чтобы отец с матерью сообщили родителям Ербола и помогли им с подготовкой к похоронам. Теперь было необходимо узнать, что известно о происшествии в департаменте полиции области. Там работал одноклассник по имени Берик, который тоже хорошо знал Ербола. Позвонив ему, Арман попытался рассказать о трагедии, но оказалось, что Берик уже в курсе. Услышав это, Арман сел в такси и помчался в полицию. Когда он был совсем рядом, Берик вдруг перезвонил ему, сказав, что нужно поговорить, но не в здании департамента. «Недалеко от этой улицы есть одно тихое местечко, — сказал одноклассник, — круглосуточное кафе, там мы и встретимся». Арман понял, что разговор предстоит серьёзный, решив больше не расспрашивать Берика, он быстро согласился прийти на встречу.

Они сразу узнали друг друга, дружески поздоровались и даже обнялись, хотя виделись в последний раз только на выпускном, а всё это время лишь иногда общались в социальных сетях. Они зашли в кафе, расположившись в самом углу, подальше от остальных посетителей заведения. Выразив соболезнования, Берик начал разговор:

‒ Арман, я знаю, как тебе был дорог Ербол.

‒ Был… это так ужасно звучит, ‒ стараясь не расплакаться, выдавил из себя Арман.

‒ К сожалению…

‒ Берик, не тяни. Скажи, что ты поможешь найти того, кто это сделал. Иначе, зачем ты вообще сюда меня притащил?

‒ Друг, все непросто и очень-очень серьезно.

‒ Что — непросто? А?! Что ты там темнишь? Говори прямо! Опять какой-то папенькин сыночек? Представитель гнилой золотой молодежи?

‒ Арман, не нагнетай. Мне самому не по себе.

‒ Говори уже скорей, Берик.

‒Знаешь же Аскарика? Вы с ним тогда еще зацепились в клубе. Камера зафиксировала, это была его тачка, на одной записи хорошо видно его лицо. Я еще посмотрел несколько видео. Он следил за Ерболом и за его девушкой.

‒ Вот тварь! Он ведь это умышленно сделал! Я его уничтожу! ‒ не выдержал Арман.

‒ Не кипятись! Они раньше с тобой расправятся, не успеешь ничего понять. Короче, слушай сюда, я верю в твой здравый смысл. Видео они еще ночью удалили. Якобы, камеры сломались. Это сделано по команде сверху, ты сам все прекрасно понимаешь.

‒ Вот уроды, а! Так все просто?! Где справедливость?! Двух невинных людей убили не за что!

‒ Арман, хватит! Я дам тебе эти видео, я успел их скачать. Но только с одним условием. Во-первых, ты не будешь ничего предпринимать, просто сохранишь, спрятав записи куда-нибудь подальше. Во-вторых, ты будешь выжидать до тех пор, пока не накопишь достаточно сил, не наберешь авторитета и власти. И когда придет это время, ты отомстишь. А сейчас ты ничего не сможешь сделать. Я не хочу, чтобы еще и с тобой расправились. Ты понял меня? Я верю, что когда-нибудь придет время, я буду рядом с тобой, и мы раздавим этих гадов. Ты понял меня?

‒ Не знаю...

‒ Что ты не знаешь! Просто живи, придурок! Придет время — отомстишь! Если не ты, то кто, а? А если и тебя грохнут?! Тогда всё, на этом ваша жизнь закончится, и о вас в будущем никто и не вспомнит, кроме родителей.

‒ Спасибо тебе, Берик, я понял. Но клянусь, придет время, и я избавлю от этих уродов землю! От всех! Клянусь!

‒ Не сомневаюсь, брат. Я тебе скину видео. А сейчас делай, что положено. Доставь тело Ербола домой. Я тоже приеду на похороны. Кстати, кто эта девушка?

‒ Он ей сделал предложение, прямо за несколько часов до смерти. Представляешь? ‒ не выдержав, Арман расплакался.

‒ Держись, брат. Насчет девушки не переживай. Я помогу всем, чем смогу.

‒ Спасибо, Берик.

Сделанного не воротишь. Арман распорядился, чтобы тело друга доставили в родной Кызылтау. Перед тем, как вернуться, он навестил мать Салтанат. Выразил соболезнования и сказал, что она может рассчитывать на его помощь и поддержку.

Было пасмурное прохладное утро, моросил дождик. По дороге в сторону Кызылтау ехал микроавтобус. Арман вез своего друга на родную землю. Слезы текли сами собой, и он никак не мог их остановить. Он еще и еще раз вспоминал моменты жизни, которые они с Ерболом провели вместе. Больше всего его злило, что последний их разговор перерос в ссору и, конечно же, он очень жалел, что вовремя не открыл сообщение друга, не позвонил ему, чтобы поздравить. «Если бы я открыл сообщение, ‒ думал Арман, ‒ может, выехал бы сразу к ним, чтобы поздравить и, возможно, спас бы их с Салтанат».

В день похорон погода стояла такая же прохладная, а дождь все не переставал. Проводить Ербола в последний путь пришло много людей: родственники, одноклассники, однокурсники, коллеги и, конечно же, Алибек Ермекович. Арман изо всех сил старался сдерживать эмоции, чтобы ненароком не выплеснулось чувство ненависти к нему, поскольку главным виновником случившегося он считал своего шефа. Еще издалека, пока они шли навстречу друг к другу, чтобы поздороваться, Арман внутренне не раз поклялся, что отомстит убийцам. И вот они подошли и обнялись. Алибек Ермекович, как ни в чем не бывало, произнес слова соболезнования, несмотря на то что всё прекрасно знал…кроме одного — всё это известно и Арману.

Дождь пошел сильнее. Руки отказывались слушаться, и Арман никак не мог взять горсть земли, чтобы броситьее на место захоронения своего друга и брата. Он до сих пор не верил в смерть Ербола. Его черный плащ, черные брюки и, особенно, черная шляпа, которую он надел специально, поскольку это был подарок дорогого друга, промокли насквозь. Но Арман ничего не замечал. Он вспомнил, как Ербол говорил, что в этой шляпе Арман похож на таинственного незнакомца, у которого в руках большая власть и, находясь за ширмой, он руководит всеми процессами. К Арману подошел отец Ербола и немного приобнял его, тем самым стараясь поддержать Армана. Собравшись с духом, Арман подошел к могиле, взял в руки горсть земли и бросил туда, где лежал его друг.Он всё повторял про себя: «Брат, клянусь, я отомщу за тебя! Спи спокойно! Я отомщу, брат!».

***

В тот окончившийся дракой вечер VIP-комната клуба не пустовала. В ней проходило важное совещание, в котором принимали участие заместитель акима области, руководитель управления внутренней политики области, тесть Алибека Ермековича  Кенжетай Садвакасович Мамытов, сам Алибек и один из самых верных людей акима, заместитель акима города Руслан. Вопрос на повестке дня стоял крайне важный: предстояло сместить с поста акима города Кызылтау Асана Жолдасовича Бекбаева.

Разговор начал заместитель акима области:

‒ Асан уже надоел акиму области. Он вообще считает того бездельником. Инвесторов, как раньше, уже не привлекает, дороги в городе не ремонтируются.

‒ Общественно-политическая обстановка вообще ужасная. По последним данным, 60 процентов граждан не поддерживают акима города, тоже считая его лентяем, ‒ отметил Кенжетай Садвакасович.

‒ Если честно, – Руслан сделал паузу, – он вообще не работает. С ним невозможно что-то обсудить. На совещаниях, можно сказать, он единственный, кто говорит. Всех своих замов и руководителей отделов все время критикует, обзывая тупыми и недалекими. А после совещания уезжает непонятно куда, говорит, по очень важным делам, всю работу поручая мне. Если все идет хорошо — это его заслуга. А если что-то пошло не так, значит, виноват Руслан.

‒ Так не годится. Он вообще уже расслабился. Я слышал, что Асан как-то нелестно высказывался об акиме и обо мне. До меня даже доходили слухи, что на разных посиделках у него так развязывался язык, что он оскорблял не только руководство области, но и правительство! Знаю, последнее время у него хорошо идут дела в бизнесе. Жизнь наладилась, наверное, решил присмотреться к креслу повыше, ‒ он внимательно посмотрел на сидящих. ‒ Аким области разрешил мне 70 процентов бизнеса, который принадлежит Асану, взять под свой контроль, на своих записать, 20 процентов уважаемому Кенжетаю Садвакасовичу, десять, это пока, Руслан, тебе, ‒ заместитель акима области усмехнулся. ‒ Если честно, аким его давно бы уже убрал. Вы же понимаете, кто там Асана крышует?.. Поэтому нужно его унизить.

‒ Алибек, ну что? Как скажешь? Что-нибудь придумали? Как там мое поручение? План «Ликвидация», есть варианты? – спросил Кенжетай Садвакасович.

‒ Да, есть. Мы рассмотрели несколько сценариев. Я посчитал, что самым лучшим будет «секс-скандал». Мы уже распланировали, как это сделаем: вбросим информационную бомбу через социальные сети и мессенджеры. Но нам нужны ресурсы и ребята, которые нам помогут с установлением скрытой камеры.

‒ Поясни, что именно вы хотите, ‒ попросил Кенжетай Садвакасович.

‒ Как нам известно, он любит проводить время с элитными проститутками. Вот мы и заснимем его на видео с двумя такими девицами. И покажем всем аморальный образ акима города.

‒ Ладно, хорошо, – сказал заместитель акима. – Но я слышал, что Асан в последнее время побаивается, чувствует, что за ним следят и ищут компромат. Поэтому он сейчас немного поубавил пыл.

‒ А это я возьму на себя, – сказал с уверенностью Руслан, глотнув пива.

‒ Ну, все, действуйте, ребята. Я вас поддерживаю. Держите меня всегда в курсе через специальную связь. Кенжетай Садвакасович, чем надо, тем и помогите им. Хорошо? Операцию нужно провернуть в ближайшие месяцы. Руслан, если справитесь, ты будешь следующим, кто сядет на «трон». Алибек, ты тоже приблизишься к Олимпу «Серого дома», будешь замом у Руслана. Начинай искать себе замену. Все, давайте, удачи, расходимся, ‒ завершил встречу заместитель акима области.

В этот момент сидящие услышали какой-то шум, похоже, внизу началась драка. Алибек вышел разузнать о происшествии у хозяина клуба. Вернувшись, он заявил, что сам во всем разберется и посоветовал всем участникам тайной встречи выйти через черный вход.

 

                                                        ***

После похорон Алибек Ермекович решил дать своему подчиненному несколько дней отдыха. Но Арман отказался, сказав, что все нормально, и он готов приступить к работе.

Сбежавший с места преступления Аскар уехал далеко и спрятался в загородном домике своего друга. Через несколько часов после происшествия он позвонил своему брату Алибеку и все рассказал. В ответ Алибек обматерил его самыми последними словами. Он был вне себя. Как так? Это произошло, когда совсем скоро он должен стать заместителем акима! А тут такая подлянка от родного братишки! Алибек, не медля, взял ситуацию в свои руки. Следовало удалить все записи с видеокамер. Помочь в этом щекотливом деле мог только тесть. Пришлось звонить еще раз с просьбой решить вопрос с людьми в руководстве департамента полиции. Самого Аскара Алибек отправил к своему другу в Лондон, якобы на курсы английского языка. Легенда выглядела вполне убедительно — друг Алибека являлся преподавателем английского для граждан из стран СНГ в языковом центре.

Когда главная угроза миновала, Алибек решительно взял себя в руки. Предстоящее дело было не из легких. Нужно не просто убрать с дороги мешающего ему сотрудника, а сместить с поста целого акима города Кызылтау. Если вдруг что-то выйдет не так, его назначат крайним. Хорошо понимая свою выгоду, Алибек отбросил все сомнения. Это еще одна ступенька наверх, и значит еще больше власти, поэтому к подготовке «дворцового переворота» необходимо отнестись очень ответственно.

Вскоре Алибека вызвал к себе Руслан.

‒ Вызывали, Руслан Есенович? ‒ приоткрыв дверь, осторожно поинтересовался Алибек.

‒ Да, заходи. Как там проходит подготовка к проекту? – поинтересовался Руслан (они решили, что операцию по смещению акима будут называть «проект»). 

‒ Работа началась. Предлагаем реализовать проект в загородном особняке. Люди, которые должны подготовить комнату, приедут сегодня вечером из областного центра. Нам бы получить туда доступ.

‒ Доступ я вам организую. Но ты лично проверь этих людей еще раз. Главное, чтобы это были профессионалы и чтобы их никто не заподозрил. Там охрана серьезная.

‒ Да, знаю. По сценарию они будут электриками, которые должны чинить лампы в особняке.

‒ Ок. Надеюсь на тебя. Этот Асан вчера выпил и позвонил мне. Как всегда, начал унижать. Сказал, ты водила какой-то, а стал замом акима города! И что я до конца жизни буду его помощником, всегда обязанным за то, что превратился, как он сказал, в нормального человека. Надоел он мне уже… У всякого терпения есть предел.

‒ Руслан Есенович, придет время – он скроется с ваших глаз! Осталось совсем немного.

 ‒ Спасибо, Алибек. Короче, готовьте объект. Другие вопросы я уже решил, осталось только заманить его туда завтра. А вы сегодня должны уже все подготовить. Давай, удачи!

‒ Спасибо! Мы справимся.

‒ Давай...

Ребята из области, которые должны были установить скрытые камеры, прибыли вечером. Подъехав к особняку, они зашли внутрь, как электрики и, как и планировалось, установили камеры наблюдения в основной комнате, где любил отдыхать аким. Алибек свою работу выполнил.

Перед тем, как зайти к акиму, Руслан долго готовился. Чтобы набраться смелости, он пропустил рюмочку коньяка и только потом написал шефу, что хотел бы с ним встретиться. Асан Жолдасович находился в дороге. Зайдя в «Серый дом» и поднявшись к себе в кабинет, он вызвал Руслана.

‒ Заходи, Русик. Как ты? Что-то ты какой-то напряженный.

‒ Здравствуйте, Асан Жолдасович. Все нормально, просто подустал. Да и после гибели сотрудника Отдела внутренней политики аура в «Сером доме» тяжелая, служащие никак не могут прийти в себя.

‒ Ну, это понятно. Но жизнь продолжается! Я-то сам таких смертей в своей жизни знаешь, сколько повидал? И друзья мои, и близкие уходили. У меня, можно сказать, слезы уже совсем высохли, ‒ нравоучительно сказал аким. ‒ Тем более, что сегодня пятница. Надо думать, как провести её с пользой.

‒ Да, Асан Жолдасович, я как раз об этом хотел с вами поговорить.

‒ Ну, говори.

‒ Асан Жолдасович, я хотел устроить сегодня вечеринку в особняке за городом. Ну, так, как вы любите… Пригласил сногсшибательных девочек. Извините, что вас не предупредил заранее, просто хотел сделать сюрприз.

‒ Ну, ты наглец. В последнее время осмелел, смотрю. Со мной уже ничего не согласовываешь?!..

От испуга Руслан напрягся, подумал: «Все, операции конец, проект не реализуется… не видать мне того кресла, в котором сейчас сидит Асан в этой величественной серой комнате — символе власти города».

Однако Асан Жолдасович через некоторое время продолжил:

‒ Но ты молодец, Русик. Знаешь, а я люблю сюрпризы! Я как раз думал, как бы провести эти выходные, хотел вообще уехать подальше из города. А тут ты такой «сюрпрайзик» сделал! Молодец! Даю добро. Иди, готовься, чтобы все на уровне было!

‒ Понял, спасибо за доверие, Асан Жолдасович!

‒ И смотри, чтобы там даже муха вражеская не пролетела! Ясно?

‒ Все будет суперзасекречено, шеф!

‒ Давай, вперед, мой шофер! Рули правильно!

Облегченно выдохнув, Руслан повернулся и пошел к двери. И тут аким еще раз произнес его имя.

‒ Руслан!

У Руслана застучало сердце: «Ну, что опять?».

‒ Точно там все нормально?

Руслану начало казаться, что аким все знает и просто играет с ним, как кошка с мышкой.

‒ Д-д-да, все нормально. А что вы имеете ввиду?..

‒ Я про девочек. Они, действительно, хороши?

‒ Я вас уверяю, останетесь довольны!

‒ Ну, давай, не подкачай!

После обеда Руслан на работу не вышел — поехал готовить вечеринку. Ту самую, которая подарит ему власть. Казалось, всё шло по заранее расписанному сценарию…

В 21.00 Руслану сообщили, что аким будет примерно через полчаса.

Готовность боевая: выпивка, еда, музыка — всё, как подобает, всё, как нравится акиму. И самое главное, он позаботился о девушках. Две красивые высокие девицы, настоящие модели. Одна брюнетка, другая блондинка. Руслан привез их из соседней страны, вопрос решился через большие связи. Он завел красоток в основную комнату, где должен был отдыхать аким, объяснил девушкам, как нужно себя вести, так как клиент — непростой человек. Не забыл Руслан и самого главного, напомнив: побольше разврата, пошлости, якобы, аким это очень любит.

В 21.31 Аким подъехал к воротам особняка.

Руслан пошел встречать своего шефа. Асан Жолдасович вышел из машины и спросил:

‒ Ну что, Русик, все готово?

‒ Да, Асан Жолдасович! Все на высшем уровне. Никого лишних здесь нет, только все наши, как говорится, великолепная семерка.

‒ Нашлись, тоже мне, великолепные… Давай, великолепный, пошли, удиви и обрадуй меня.

Асан Жолдасович в сопровождении двух охранников и Руслана зашел в особняк, где играла его любимая музыка и ожидали близкие друзья и соратники. Все сели за стол и принялись обсуждать политику и актуальные новости. Политику внутреннюю и, конечно же, мировую. Не забыли последние передвижки в правительстве. Как всегда, в центре внимания был Асан Жолдасович. Он считал себя самым опытным и умным. Только он понимал, что такое политика, а остальные просто молча его слушали.

‒ Говорят, скоро премьер-министра сменят, правительство уйдет в отставку. И возможно, парламентские выборы пройдут. Это я из очень серьезных источников узнал. Информация закрытая, ‒ Асан Жолдасович любил хвастаться тем, что он, якобы, знает все, что происходит наверху. Он считал, что тем самым укрепляет свой авторитет. Хотя, в основном, сочинял такие сплетни сам.

Шампанское, коньяк, пиво лилось рекой, пили всё, как всегда, вперемешку. Руслан делал вид, что тоже пьет вместе со всеми, но на самом деле контролировал своего шефа, чтобы тот, невзначай, не перебрал и был готов к главному акту этого вечера. Как он любил повторять самому себе, «к самоказни акима».

Почувствовав, что момент настал, Руслан подошел к акиму и шепнул на ухо:

‒ Асан Жолдасович, девочки вас заждались, там все готово.

‒ Ты че, шофер, меня подгоняешь?! Я сам знаю! Иди, отдыхай, я тебя вызову, когда надо будет.

‒ Понял.

Услышав такой ответ, Руслан испуганно подумал, что план может не сработать. Аким просто пойдет спать, и операция не состоится. Он сильно нервничал, но старался не подавать виду. Чтобы немного успокоиться, он вышел на улицу покурить. Минут через десять к нему подбежал охранник, сказав, что аким срочно его зовет. Бросив сигарету, Руслан быстро побежал в дом.

‒ Слышишь, Русик! Может, ты их сам, ну там, обработаешь! Ты же мой зам, вот и в этом деле меня замещать будешь, – рассмеялся аким. Было видно, что он пьян, но еще может пойти и отдохнуть с девочками.

‒ Асан Жолдасович, спасибо, конечно, но это ваша добыча, я никогда не посмею посягнуть на ваше. Это мой принцип. Я верен вам во всем. До конца жизни. Клянусь!

‒ Вот это ты правильно сказал, молодец, Русик. А я вот думаю, дай-ка, я проверю своего зама, шоферчика. Не нацелился ли он на мое место? Ан нет, оказывается. Ты молодец, знаешь свое место. Мой верный человечек!

‒ Я верен только вам. И никогда не думал о вашем месте, это вообще нереально. Кто я?  А кто вы? Мне бы со своими обязанностями справиться.

‒ Правильно говоришь. Кто я! – Асан Жолдасович поднял палец вверх. ‒ А кто ты, Русик? – с пренебрежением посмотрел на него аким. – Попробуйте хоть кто, ты или кто-нибудь еще, нацелиться на мое место, смету к чертям собачим. Ясно?!

‒ Так точно, Асан Жолдасович!

‒ Во-о-от... Давай, веди меня в мой гарем.

Руслан облегченно вздохнул. Наконец-то, вроде бы, все идет по плану. Охранники и Руслан проводили Асана Жолдасовича до спальни, где его ждали девочки. Перед дверью тот остановился.

‒ Всем стоять! Вы, оба, дежурите здесь, у двери. Ты, Русик, иди вниз, развлекай моих друзей. Я, как отработаю, спущусь. Не дай бог ты меня разочаруешь, Русик, не дай бог! Всё, идите, я пошел работать, ‒ с диким хохотом Асан Жолдасович открыл дверь и пошел к девицам.

…Гулянка была в самом разгаре. Руслан посмотрел на часы, прошло уже сорок минут. На всякий случай он решил подняться и уточнить, как обстоят дела. Руслан подошел к двери и увидел стоявших охранников:

‒ Ну, что там? Не закончил еще шеф?

‒ Нет еще, ‒ ответили охранники.

‒ М-м-м, ну вы дайте мне знать, если что-то нужно будет.

‒ Нужно будет — скажем.

Спускаясь назад по лестнице, Руслан случайно подслушал разговор:

‒ Ну, шеф, ну, красавец! Настоящий мужик! Думаю, он и в старости будет таким — настоящим мужиком! Видно, девушки так устали, что уснули вместе с ним, – охранники расхохотались.

Руслан был доволен тем, что услышал — его обрадовало положение вещей. Всё шло по плану… Облегченно вздохнув, он пошел вниз. Охранники как в воду глядели. Аким, на самом деле, уснул в обнимку с девушками, все трое проснулись только утром…

В девять часов телохранитель акима подбежал к Руслану, который спал на первом этаже, и передал, что его зовут. Руслан вскочил, взял бутылку минералки, которая стояла на столе, прополоскал горло, намочил лицо и побежал наверх. Аким, не дождавшись, уже спускался вниз. По всему было видно, что он хорошо отдохнул, уже успел принять душ и облачиться в свежую одежду. Он собирался ехать играть в бильярд.

‒ Ты молодец, Русик, я вчера очень хорошо отдохнул. В понедельник с утра у меня в кабинете поговорим.

‒ Понял!

‒ Все, давай, отдохни сам хорошенько.

‒ Обязательно, шеф! До свидания, Асан Жолдасович.

Руслан ехидно улыбнулся ему в спину, подумав про себя: «Тебе пришел конец, Асанчик!».

Дело было сделано. Чтобы не терять времени попросту, Руслан тотчас же позвонил Алибеку с наказом, чтобы тот после обеда приехал с ребятами забрать запись. Алибек все сделал, как надо, и уже в восемь вечера отчитался своему шефу. Не веря до конца в происходящее, Руслан вызвал его к себе домой и, посмотрев смонтированный видеоматериал, понял, что акиму пришел конец: «Фу, ужас, какой же он пошлый… позор, позор просто… он не достоин править этим городом. Аморальный тип».

‒ Руслан Есенович, сегодня запустим? — прервал его мысли Алибек.

‒ Нет, завтра вечером, перед рабочей неделей, чтобы в понедельник он освободил мой кабинет в «Сером доме».

‒ Ясно.

‒ Алибек, это должно появиться во всех известных социальных сетях и мессенджерах, как информационный взрыв. Блогеры, которых мы купили, должны выложить этот порнофильм у себя. Если они это опубликуют, остальные СМИ и известные сайты моментально подхватят тему. Тогда это будет сенсацией и, конечно же, позором! В области сделают все, чтобы побыстрее отмыть эту грязь (я говорю об Асане), выбросить его в мусорный бак и посадить нормального человека в кресло акима города Кызылтау. Всё возьми под свой личный контроль.

‒ Понял.

‒ Думаю, аким уже завтра будет готов убрать его с поста. Ты тоже готовься, сядешь в мой кабинет. И кстати, ты себе замену нашел?

‒ Да вот, думаю еще.

‒ Что ты думаешь? У тебя же есть опытные ребята, особенно тот, который еще до нашей эры пришел в «Серый дом», ‒ оба рассмеялись.

‒ Да, я понял, решу этот вопрос до понедельника. В начале недели я вам доложусь.

‒ Ну, давай. Короче, еще раз все проконтролируй и жди моего звонка завтра вечером.

В воскресенье около десяти вечера Руслан позвонил Алибеку:

‒ Здравствуй, Алибек! Готовы?

‒ Здравствуйте, Руслан Есенович! Да, как договаривались.

‒ Сейчас закончится недельный итоговый выпуск новостей, после этого в 22.00 сразу запускайте.

‒ Будет сделано...

Утром во всех социальных сетях и мессенджерах, а также на известных сайтах прошла информация о том, что аким города Кызылтау Асан Жолдасович Бекбаев освобожден от занимаемой должности (конечно, по собственному желанию). Не все знали, что после того, как в интернете было опубликовано видео с девицами, аким области позвонил Асану Жолдасовичу, отругал его и, можно сказать, приказал написать заявление об уходе, иначе пригрозил уволить с позором.  К обеду акимом города Кызылтау был назначен Руслан Есенович Балтабаев. Маслихат одобрил его кандидатуру.

Руслан с огромным удовольствием зашел в теперь уже свой кабинет, в самый главный кабинет «Серого дома» — символ безграничной власти города Кызылтау. Он подошел к креслу, поцеловал его и сел. Казалось, что весь мир у его ног. Он властелин всего и вся!

В это время Алибек перебрался в кабинет заместителя акима города. Его еще не назначили, до официального вступления в должность оставался целый час, но Алибеку не терпелось. Он пригласил к себе Армана.

‒ Здравствуйте, Алибек Ермекович! Вызывали?

‒ Заходи, Арман.

‒ Разрешите вас поздравить…

‒ Через час поздравишь. Хотя… спасибо, конечно, остальное, как сам понимаешь, формальность. Вот видишь, Арман, как люди не ценят то, что у них есть. У бывшего акима было все, самое главное ‒ власть. Но он не смог ее удержать. У него на это не хватило мозгов. Если он ее не удержал, значит, он недостоин обладать ею. Власть всегда достается тем, кто ее заслуживает. В данный момент победителями оказались Руслан Есенович, новый аким, я, как новый зам, и ты, Арманчик.

‒ Не понял вас, Алибек Ермекович.

‒ Да все ты прекрасно понял...

Конечно, Арман обо всем догадался, но не стал демонстрировать это, чтобы не показаться чересчур самоуверенным. Он все делал для того, чтобы его заметили: усердно работал, особенно после смерти друга, так как перед ним стояла большая цель. Казалось, у него окончательно сформировался тот фундамент, на котором он собирался«строить» свою власть.

‒ Арман, с сегодняшнего дня ты будешь руководителем Отдела внутренней политики города Кызылтау. Я готовлю приказ, с новым акимом все согласовано.

‒ Алибек Ермекович… – Арман сделал наивное и удивленное лицо. – Вы это серьезно?.. я… даже не знаю, что сказать!

‒ Ничего не говори, просто работай так же, как ты и работаешь.

‒ Огромное спасибо вам, Алибек Ермекович! Я вас не подведу!

‒ Надеюсь. Арман, мне очень жаль, что все так вышло с твоим другом. Это очень обидно. Я слышал, как вы были близки.

‒ Да, спасибо.

‒ Арман, ты очень трудолюбивый, смелый и, самое главное, умный парень. Используй эти качества правильно. Если будешь слушать меня, то пойдешь далеко, очень даже далеко. Точнее — высоко!

‒ Спасибо, я понял вас.

‒ И еще. Арман, если мы сработаемся, а я почему-то уверен, что мы сработаемся, я тебя очень многому научу. Например, свергать акимов. Я в этом деле опытный, ‒ рассмеялся Алибек. – Потом все поймешь.

Cглотнув внезапно набежавшую слюну, Арман с огромным удивлением посмотрел на Алибека Ермековича.

«Может отказаться, пока не поздно? А если он догадывается, что мне что-то известно, и решил держать подле себя на коротком поводке? ‒ растерянно подумал он. ‒ Этим назначением Алибек со временем так крепко привяжет меня к себе, что отомстить за Ербола будет очень трудно. С другой стороны, передо мной открываются новые возможности, распахиваются те самые двери, которые ведут к власти».

Арману вдруг почудилось, что он начал чувствовать вожделенный запах власти…

ГЛАВА ВТОРАЯ.

ЗАПАХ ВЛАСТИ

 

Незаметно минуло полтора года. Арман помог поставить камень и ограду, но могилу Ербола сам не посетил ни разу. С фактом, что его друга больше нет в живых, он смириться не мог. Как бы ни была невыносима боль утраты, со временем она стихает, и ты вынужден принимать реальность такой, какая она есть. Событий, о которых Арману хотелось поведать другу, накопилось много, и однажды он решил, что пришла пора съездить на кладбище.

Для поездки Арман выбрал пятницу, время обеденного перерыва. Он очень сильно соскучился по Ерболу. Покойный друг был единственным человеком, с которым можно было без утайки говорить обо всем. Арман часто вспоминал моменты, когда прямо и откровенно они обсуждали политику и политиков, перипетии истории, происходящие в мире глобальные процессы и новые мировые тренды; как мечтали, что в будущем будут обладать огромной властью. Теперь Арману выпало одному идти к этой цели, но, как он считал сам, за двоих.

Чтобы выглядеть в этот день как можно скромнее, Арман, одеваясь утром, специально выбрал темный костюм со строгим галстуком и на городское кладбище отправился на такси. Служебная машина подчеркивает, посчитал он, что ее владелец обладает властью, и это может оскорбить память друга.

Приехав на кладбище, Арман подошел к могиле друга и тихо произнес:

‒ Здравствуй, брат! Я пришел к тебе! Верю, что там тебе лучше, чем мне на земле, – и печально улыбнулся.

Он присел на лавочку и начал читать 67-ю суру из священного Корана, которая называлась «Власть». Начиналась она с такого аята: «Благословен Тот, в Чьей Руке власть, Кто способен на всякую вещь».

Прочтя суру «Власть», Арман обратился к другу:

‒ Брат, это твоя любимая сура. Я хорошо помню тот день, когда мы с тобой ее учили. Извини меня, брат. Извини за то, что не приезжал к тебе так долго. Я до сих пор никак не могу поверить, что ты меня покинул. Нет, ты не покинул, тебя у меня отняли. Я знаю, кто это сделал, и за это они еще поплатятся. Брат, я делаю все, чтобы, во-первых, отомстить за тебя, а во-вторых, дойти до нашей с тобой цели.

Знаешь, Ербол, эти полтора года для меня были очень непростыми. Когда ты поднимаешься по лестнице власти, поневоле становишься объектом ненависти тех, кто ниже тебя, обыкновенных завистников, и постепенно обрастаешь врагами. Все это мы с тобой знали из книжек... Но теперь я сталкиваюсь с этим в реальной жизни, не в теории, а на практике. Брат, при назначении на должность меня охватила эйфория. Это совершенно непередаваемое ощущение, кажется, что ты наполняешься силой, мощью, что тебе подвластно всё, что только пожелаешь.

Прошло некоторое время, и я увидел, что моё назначение многим не понравилось. Мне нелегко было это осознать, но внутренне я был готов к этому. Чтобы утвердиться на втором этаже «Серого дома», пришлось побороться, брат. Первое время я исполнял обязанности руководителя Отдела внутренней политики города Кызылтау. Да, меня поддерживал Алибек. Извини, но этот человек ‒ брат того самого негодяя. Алибек сам себе роет яму, и я ему в этом помогаю. Я клянусь тебе, брат, они еще за все ответят. А знаешь, кто ополчился против меня? Наш с тобой бывший коллега Ардак — тот самый шустрый пацан. За этот пост у нас с ним была большая битва. Оказывается, он племянник заместителя акима города Рысгуль Ганиевны Малгажиновой. Она поддерживала своего племянника и посчитала, что руководителем Отдела внутренней политики должен стать он. Зайдя к Руслану Всемогущему, Рысгуль Ганиевна стала доказывать, что Ардак имеет стаж больше, чем я. Я даже слышал, как Рысгуль и Алибек ругались в кабинете акима по поводу назначения. В итоге аким принял решение, которое должно было устроить всех. Первые полгода я должен быть исполняющим обязанности руководителя отдела. За это время всем станет понятно, достоин ли я этой должности. Я сразу почувствовал — эти полгода будут для меня непростыми...

 

***

После того, как Алибек все объяснил Арману, тот понял, что теперь ему придется реально столкнуться с политическими интригами, подставами и предательством. Насколько можно доверять остальным сотрудникам отдела, он не знал и решил сформировать свою команду. К тому времени в Отделе внутренней политики числилось два вакантных места. Объявили конкурс, желающих было немало. Арман тщательно изучил все резюме и хорошо подготовился к заседанию конкурсной комиссии. В итоге его выбор пал на двух выпускников вуза, который окончили они с Ерболом, на таких же политологов: девушку Самал из областного центра и местного парнишку Ескендира.

После конкурса Алибек вызвал Армана к себе:

‒ Арман, теперь эти двое должны стать твоими людьми. Обучи их, приструнив, как следует, в общем, сделай из них верных тебе людей. Как-нибудь мотивируй этих молодых ребят, например, скажи, что ты потащишь их за собой наверх, если они себя хорошо проявят.

‒ Да, я понял вас, Алеке.

‒ Арман, я верю в тебя и надеюсь, что ты пройдешь это испытание. Перед нами стоит много задач. Идеологическая сфера, сам знаешь, не из легких. Буквально только вчера я читал аналитический материал об отношении людей к власти города. Это отчет, который отражает истинные цифры и поэтому не публикуется в средствах массовой информации, он только для внутреннего пользования, то есть для нас. Там отражено, как на самом деле обстоят дела. Ну, я тебе потом все объясню.

‒ В принципе я догадываюсь, о чем вы.

‒ Молодец, поэтому первое: ты должен быть готов в любую секунду защитить свое кресло, бороться за свой пост до конца; и второе, самое главное, ‒ это идеологическая работа, которая тебе нравится и которую ты уже неплохо знаешь. Жду от тебя новых, креативных идей. Поскольку из-за плохой работы бывшего акима инвестиций в городскую инфраструктуру не было, безработица растет, дороги разбиты. Список можно продолжать долго, да ты и сам знаешь. Грубо говоря, нам нужно отвлечь людей от повседневных проблем и поднять им настроение. Например, сыграть на чувстве патриотизма, чтобы обратили свой взор на исторические ценности. И так далее. Поэтому завтра к десяти часам жду от тебя первые идеи.

‒ Понял вас.

‒ И еще, будь всегда начеку, эта Рысгуль следит за каждым твоим шагом.

‒ Есть.

‒ Удачи, работай.

Вернувшись в свой кабинет, Арман первым делом вызвал к себе Ескендира и Самал.

‒ Ребята, добро пожаловать в Отдел внутренней политики города Кызылтау.

‒ Здравствуйте, Арман Аскерович!

‒ Ескендир, Самал, долго вас задерживать не буду. Во-первых, работайте усердно, не ленитесь, вникайте во все поручения. Самое главное, внимательно изучайте документы, с которыми вам поручают работать.  Во-вторых, дисциплина. Не буду сейчас вас пугать и нагружать этим, о ней вам поподробней расскажут ваши коллеги. И последнее, знайте, что я за вами наблюдаю и с моей нынешней позиции мне видно все. Так же, как и вы, я начинал с должности специалиста…Не думайте, пожалуйста, что иногда можете приврать шефу, считая, что тот ни о чем не догадается. Тайное обязательно станет явным. На то я и руководитель, чтобы с высоты своего поста всё видеть, помните это. Если будете работать хорошо, пойдете выше, я вас буду поддерживать. Понятно выразился?

‒ Да, Арман Аскерович! Хорошо, мы поняли вас!

‒ Ну, давайте! Удачи.

‒ Спасибо!

Вечером на анонимном канале одного из популярных мессенджеров появилась информация, смысл которой сводился к следующему: «Несколько недель назад руководителем Отдела внутренней политики города Кызылтау стал Арман Аскерович Ахмет. Руководителем данного отдела он был назначен, проработав всего лишь около полтора года в отделе специалистом. Несмотря на возмущение более опытных сотрудников, его сделали исполняющим обязанности руководителя. Где меритократия? Где справедливость?!».

Понимая, откуда дует ветер, Арман был готов к такому повороту событий и поначалу не стал обращать на это внимание. Но уже на следующий день на нескольких городских, а потом и областных сайтах начали раскручивать эту тему. В соцсетях появились хештеги #гдемеритократия? #арманраноеще. Реакция начальства последовала незамедлительно. На следующий день после обеда Алибек вызвал Армана к себе.

‒ Ну вот, Арман, то, чего мы ожидали, началось, правда, слишком быстро. Если честно, удивлен их оперативности, значит, боятся они тебя. И это уже хорошо.

‒ Да, ‒ улыбнулся Арман.

‒ Так что, давай, Арман, переходи в контратаку и быстро закрой эту тему. Если отобьешься, сделаем официальное заявление.

‒ Понял, выполню.

‒ И это... Арман, не становись проблемой, понял? ‒ поморщился Алибек.

‒ Я решу данный вопрос, Алеке.

Быстрым шагом Арман вернулся в свой кабинет. Несмотря на скорый конец рабочего дня, он понимал, что сегодня придется посидеть допоздна, а если нужно, и до утра. Прихватив по дороге несколько пакетиков кофе и шоколадки, он закрылся у себя в кабинете и начал думать. Арман долго размышлял над разными вариантами контратаки. Приемлемое решение возникло лишь к двум часам ночи.

В девять утра Арман зашел к Алибеку.

‒ Здравствуйте, Алеке, можно к вам?

‒ Заходи, Арман. Ну как, придумал, как будешь защищать свою власть?

‒ Да! Но мне будет нужна ваша поддержка.

‒ Поддержка? Ну, хорошо, только много не проси, ‒ с ухмылкой заметил Алибек.

Изложив в подробностях свой план, Арман получил одобрение начальника. Ответный ход было необходимо сделать уже завтра. Тянуть нельзя, иначе соперники могли начать новую атаку.

На следующий день Алибек позвонил заместителю акима города Рысгуль Ганиевне, сказав, что хотел бы срочно переговорить с ней с глазу на глаз. Они встретились в комнате отдыха, находящейся на втором этаже «Серого дома».

‒ Как у вас дела, Рысгуль Ганиевна?

‒ Спасибо, Алеке, очень хорошо! Как сами?

‒ Спасибо, замечательно! Рысгуль Ганиевна, вы всегда так прекрасно выглядите, просто с каждым днем все краше и краше!

‒ Ой, спасибо, Алеке, стараемся!

‒ Вы молодец, Рысгуль Ганиевна! Кстати, к вам очень срочная просьба. Аким выехал в областной центр, только что вызвал и меня. Там состоится совещание по новой историко-идеологической программе. Мне нужно срочно отъехать.

‒ Ясно, а я-то тут причем?

‒ Рысгуль Ганиевна, сегодня в рамках этой новой программы на местном канале выйдет передача, мы к ней давно готовились. Там соберутся известные историки, ученые, приедут общественники и активисты. В общем, интеллигенция. Я тоже должен был участвовать, но видите, как получилось — не смогу. Необходимо присутствие человека вашего уровня. Это для отчета в столицу очень важно.

‒ Вы хотите, чтобы я сходила?

‒ Да, Рысгуль Ганиевна, выручайте!

‒ Ой, нет, я не пойду. История, гуманитарные науки ‒ это не мое. Вы же знаете, я экономист.

‒ Рысгуль Ганиевна, вам не придется там много говорить. Просто прочтете вступительное слово, которое мне подготовили, и все.

‒ Ой, не знаю, на что же вы меня толкаете, Алеке, а?

‒ Рысгуль Ганиевна, красавица вы наша, выручайте!

Дама задумалась, что-то прикидывая в уме.

‒ Ладно, но с одним условием, ‒ наконец, согласилась она. ‒ Я приеду в начале, но уйду пораньше, якобы на срочное совещание.

‒ Хорошо. Спасибо вам!

‒ Знаешь, Алеке. Если честно, я хочу снова наладить контакт с акимом, ведь его область поддерживает. Что-то наши отношения охладели за последнее время. Я-то думала, меня в область заберут, но назначение пока затянулось. Поэтому, думаю, не буду лишний раз раздражать нашего Всемогущего.

‒ Рысгуль Ганиевна, я уверен, что все будет хорошо, и вы получите в ближайшее время больше власти!

‒ Да сбудутся ваши слова, Алеке, – Рысгуль Ганиевна сделала вид, что улыбается.

 

Передачи такого рода проходили в эти дни на местных телеканалах по всей стране. Ток-шоу, посвященное государственной программе «Великая история Великой страны», было запланировано на 19.00. Программу должны были транслировать на телеканале «Кызылтау-TV» в прямом эфире. На передачу пригласили историков, краеведов, ученых, а также представителей творческой интеллигенции. В рамках шоу планировалось обсудить вопрос об увековечивании Кызыларыстан батыра, родившегося 300 лет назад на территории Кызылтау, и празднование юбилея данной исторической личности в рамках государственной программы «Великая история Великой страны». По сценарию предполагалось, что в самом начале ведущий даст слово официальному представителю местной власти, заместителю акима города Рысгуль Ганиевне.

Зрителей в студии посадили полукругом, напротив, на белых длинных диванах, расположились приглашенные гости. До начала трансляции оставалось всего семь минут. Команда телеканала была готова к съемке. В последний раз просматривая сценарий, ведущий немного нервничал: отсутствовал самый главный гость — заместитель акима Рысгуль Ганиевна. Наконец, еще через три минуты, Рысгуль Ганиевна зашла в студию. Посмотрев в зеркало и немного припудрив лицо, она направилась на площадку, на почетное место во главе приглашенных. Рысгуль Ганиевна полагала, что имеет на это полное право. Не имея равных по статусу среди присутствующих, она ощущала себя центральной фигурой. Это выражалось во всем: ее походке, мимике и жестах. Усевшись на свое место, она кинула взгляд направо, где сидели профессора, доктора наук и представители творческой интеллигенции и кивнула им в знак приветствия. Потом перевела взгляд влево, на молодых преподавателей истории и руководителей общественных организаций. Глаза Рысгуль округлились: среди них находился тот, кого она никак не ожидала там увидеть — исполняющий обязанности руководителя Отдела внутренней политики города Кызылтау Арман Ахмет. Поморщившись, она бросила на выскочку пренебрежительный взгляд. Все были в сборе, и через считанные секунды программа началась.

‒ Здравствуйте, уважаемые телезрители! ‒ произнес ведущий. ‒ Мы начинаем наше ток-шоу, работаем в прямом эфире! Тема у нас сегодня очень важная, поэтому, если у вас будут вопросы и предложения, звоните на номера, которые указаны на экране или пишите на наши странички в социальных сетях.

Не так давно была презентована очень важная программа: «Великая история Великой страны», направленная на воспитание патриотизма. Хотелось разбудить интерес людей к отечественной истории, подтолкнуть к изучению новых материалов, подготовить новые книги и учебники. Со временем это может стимулировать развитие туризма, который, как известно, является сейчас одним из основных направлений в развитии экономики многих стран. Можно привести в пример Турецкую Республику или Объединенные Арабские Эмираты. И в нашей стране есть, что показать всему миру, у нас красивая природа и богатая история. Поэтому, чтобы использовать потенциал в этой сфере, правительством была инициирована данная программа.

Наш город богат историческими местами, событиями и, главное, личностями. Об этом мы сегодня также обязательно поговорим. А пока, разрешите вас познакомить с нашими сегодняшними гостями: заместитель акима города Кызылтау Рысгуль Малгажинова, исполняющий обязанности руководителя Отдела внутренней политики города Кызылтау Арман Ахмет, потомок нашего Великого батыра, земляка, Кызыларыстан батыра, почетный гражданин города, доктор исторических наук, профессор Смагул Кызыларыстан, почетный гражданин города, доктор исторических наук, профессор Кайырбек Асанбаев, преподаватели истории Алмас Торебаев и Айсауле Жанатбеккызы, председатель общественного объединения «Молодежь Кызылтау» Райымбек Муса.

Первое слово хотелось бы предоставить нашему почетному гостю, заместителю акима города Кызылтау Рысгуль Малгажиновой!

В этот торжественный момент у заместителя акима города участилось сердцебиение, ей перестало хватать воздуха, так сильно она волновалась. Было хорошо видно, как на ее лбу выступили капельки пота, а растерянные глаза бегали в разные стороны. Протерев их платочком, Рысгуль взяла дрожащими руками напечатанный текст и начала читать, не поднимая глаз от бумаги и запинаясь. Она делала это так, словно зачитывала будничный доклад на совещании в акимате. Остановить ее никто не смел. Страшно подумать, ведь это человек, который может испортить карьеру любого работника телеканала, даже хорошо известного ведущего ток-шоу.

Арман с наслаждением наблюдал, как Рысгуль Ганиевна публично позорит себя, её прилюдная «смерть» в прямом эфире была похожа на действия камикадзе. «Хороший план придумал Арман», ‒ подумал Алибек, который тоже смотрел телевизор. Но он не догадывался, что Арман сделает еще контрольный выстрел…

Наконец, спустя еще минут пять, заместитель акима закончила, и ведущий подвел итог:

‒ Рысгуль Ганиевна, благодарим вас за прекрасное выступление. Мы получили обширную информацию о том, какая будет проделана работа в рамках программы «Великая история Великой страны».

Уставшая от чрезмерного напряжения Рысгуль Ганиевна вместо того, чтобы тотчас же уйти, решила, что посидит еще минут пять-десять и придет в себя.

Между тем ведущий продолжил передачу:

‒ Следующее слово я хотел бы предоставить... – тут режиссер сообщил по внутренней связи, что звонит телезритель. – Подождите, у нас звонок в студию, ‒ моментально перестроился ведущий. ‒ Добрый вечер, представьтесь, пожалуйста.

‒ Здравствуйте! Меня зовут Кайнар, я житель нашего города, ‒ раздалось по громкой связи. ‒ Люблю историю, считаю себя патриотом. Уверен, что патриотизм должен основываться на знании своей истории, уважении к ней и личностям, которые боролись за нашу землю и народ.

‒ Пожалуйста, вопрос, Кайнар, время ограниченно! ‒ напомнил ведущий.

‒ Хорошо, я вот только что сказал о патриотизме. Мне кажется, его не хватает нашим чиновникам. Они только и делают, что учат нас, народ, как быть патриотами! Вспомните нашего бывшего акима, который ушел с позором. Он тоже любил нас поучать!

‒ Кайнар, вопрос! Или мы будем вынуждены прервать связь! ‒ настойчиво напомнил ведущий.

‒ У меня два вопроса к заместителю акима города. Первый: когда будет поставлен памятник Кызыларыстан батыру? И второй вопрос, знает ли Рысгуль Ганиевна, как по-настоящему звали Кызыларыстан батыра, ведь известно, что это его прозвище, которое со временем стало восприниматься, как имя. Я думаю, наши чиновники должны знать историю нашего народа. Спасибо.

В этот момент Рысгуль явственно поняла, что допустила ошибку. Во-первых, когда дала согласие на участие в этом ток-шоу и, во-вторых, что сразу же не ушла после своего выступления. Она знала ответ на первый вопрос, так как не раз слышала о памятнике на совещаниях, которые проводил аким. Но вместо того, чтобы начать ответ с информации, которая ей известна, она начала гадать,как зовут батыра:

‒ Ну… как бы… нам всем хорошо с детства знаком Кызыларыстан, наш батыр, наш земляк… Если не ошибаюсь, его звали Ибрагим... или… точно не помню. Но мы должны чтить его память, подвиги и поставим памятник, думаю… скоро.

Такого позорного выступления представителя городской власти в прямом эфире публика еще не видела. На заместителя акима города было стыдно смотреть.По лицу Рысгуль Ганиевны было видно, что она растеряна и хочет уйти.

Но в этот момент слово взял Арман Ахмет:

‒ Уважаемые зрители, гости студии! Меня зовут Арман Ахмет, я исполняющий обязанности руководителя Отдела внутренней политики города. Может быть, вы меня знаете, особенно пользователи социальных сетей, – добавил он, улыбаясь, и по студии прокатилась легкая волна смеха. – Так вот, что я хотел сказать. Во-первых, давайте поблагодарим нашего заместителя акима за то, что она сегодня пришла и выступила. Нужно учесть, что она отлучилась с очень важного совещания и сейчас ей нужно будет туда вернуться.

В этот момент кто-то крикнул из зала:

‒ Причем тут совещание?! Всё равно нужно знать и уважать историю! – сидящий в студии явно намекал на зама акима.

Арман сделал вид, что не услышал и продолжил:

‒ Наш великий Кызыларыстан батыр, которого при рождении назвали Ермагамбет, — это наша гордость, великая личность в нашей истории, боровшаяся за независимость нашего государства. В рамках программы «Великая история Великой страны» и празднования 300-летия Кызыларыстан батыра мы планируем в этом году установить ему памятник, выпустить серию книг и комиксов для молодежи о Кызыларыстане, а также снять документальный фильм. И самое интересное, акимом города был предложен новый флаг нашего города (на самом деле это была идея Армана). Прошу вывести его изображение на экран. Как видите, это белый флаг, он означает чистоту, мир, открытость и, самое главное, у нашего великого хана Абылая, как вы знаете, тоже был белый флаг, и наш великий Кызыларыстан батыр, бывший правой рукой хана, не раз являлся главным знаменосцем. На белом полотне, как вы видите, наши три известные сопки и образ льва на фоне гор. Эти рисунки выполнены в красном цвете — вы сами понимаете, почему, – зал одобрительно зааплодировал. Арман имел в виду, что название города с казахского переводится как «Красная гора», а имя великого батыра— как «Красный лев» — поэтому и был выбран образ льва. — Вот такую работу планируется провести в этом году.

В ответ на слова Армана зрители в зале поднялись со своих мест и снова захлопали в знак признательности. Когда всё успокоилось, слово взял потомок Кызыларыстан батыра.

‒ Молодец, сынок, вот так нужно знать свою историю и чтить память предков, давайте еще раз похлопаем ему, ‒ заявил он.

Наблюдавший за прямым эфиром Алибек, сам не понимая, зачем, тоже начал хлопать, а потом, стоя перед телевизором, подумал: «Вот, молодец Арман! Растоптал ее. Просто молодец. Будущее у него большое. Сильный политтехнолог, не ошибся я в нем».

Дождавшись, пока Арман закончил свою речь, Рысгуль Ганиевна шепнула ведущему, что ее ждут на совещании и поехала в акимат. Войдя в здание «Серого дома», она первым делом устроила истерику, ругая каждого, кто попадался ей на глаза, начиная с охранника. А у себя в кабинете окончательно дала волю чувствам, сбросив все, что было на столе, со словами:

‒ Вот сволочи! Ненавижу! Я вам отомщу!

 

После окончания передачи, ставшей для Армана звездным часом, он вернулся к себе в офис, чтобы продолжить работу по дальнейшей раскрутке данной темы. Первым делом Арман вызвал к себе в кабинет Ескендира:

‒ Садись, Ескендир... патриот ты наш, – начал со смехом Арман. – Ну, ты молодец, прямо и так уверенно по телефону все высказал. Как истинный, непримиримый оппозиционер.

‒ Спасибо, Арман Аскерович! Стараюсь.

Проверка боем прошла удачно. Новый сотрудник Ескендир был тем самым зрителем, позвонившим на передачу и сказавшим все так, как ему поручил Арман.

‒ Молодец, Ескендир, ты далеко пойдешь. Прошел первое испытание и сразу же успех. Но не расслабляйся. Самое главное, все, что произошло сегодня, должно остаться между нами, ты же понимаешь? Да? Эта операция одобрена сверху. Теперь, Ескендир, ты будешь моим доверенным лицом, глазами и ушами в отделе. Хорошо?

‒ Понял вас, Арман Аскерович! Спасибо за доверие! Я буду стараться изо всех сил, чтобы его оправдать!

‒ Молодец. Теперь слушай, Ескендир. Нужно открыть канал на видеохостинговом сайте и «залить» туда передачу полностью. Потом вырежешь те моменты, где «зритель» задает вопрос, и она не может на него ответить, и отдельно мою речь. Кроме этого, я отправлю к тебе нескольких моих ребят, которые помогут сделать разные видеоклипы, «мемы» и так далее. Информацию нужно побыстрее распространить в социальных сетях и мессенджерах. Придумайте хештеги, например: #арманпатриот, #замакимапозор, короче пофантазируйте. Первый вброс через пару часов надо уже сделать. Ок?

‒ Хорошо, Арман Аскерович! Мы все сделаем, как надо!

‒ Давай, вперед! Держи меня в курсе!

‒ Понял, ‒ довольный Ескендир отправился к себе.

Через некоторое время Армана вызвал Алибек:

‒ Арман, заходи! Ну, ты молодец! Я просто очарован!

‒ Спасибо, Алеке! Это и ваша заслуга! Если бы не вы, ничего бы не вышло.

‒ Перестань, не благодари. Признаться, я даже рад, что помог тебе. Тем более, такой результат, просто супер. Ты прирожденный политтехнолог. Кстати, где ты этому научился, а? ‒ хитро прищурившись, невзначай поинтересовался Алибек.

‒ Ну, книги, учеба и интернет, ‒ скромно потупился Арман.

‒ Молодец, молодец, прямо, слов нет. Уверен, ты добьешь ее. Но будь внимательным, она очень опасная женщина.

‒ Понимаю.

‒ Хотя, чтобы тебя мотивировать, я открою одну небольшую тайну. Акиму не понравилось, что, не предупредив его, я, грубо говоря, подставил Рысгуль. Он жестко отругал меня. Но потом, успокоившись, Руслан высоко оценил твой политтехнологичный трюк, он сам очень любит такое. И ты ему понравился. Короче, скоро ты будешь уже не «исполняющим обязанности». Если вы ее добьете, возможно, Рысгуль переведут в область — на ее должность Всемогущий хочет своего человека поставить. Если честно, она его раздражает, только и делает, что создает видимость работы, а на самом деле пустышка крашеная. Поэтому — топи ее дальше! Разрешаю! И второе, что я хотел сказать, все твои проекты по Кызыларыстан батыру одобрены акимом, можешь приступать.

‒ Я очень рад, Алеке! Благодарю вас за поддержку! ‒ радостно сверкнул глазами Арман.

‒ Не надо, ты сам все заслужил, своим умом, талантом и трудолюбием.

‒ Спасибо.

‒ Ну, всё, можешь идти.

‒ Хорошо, ‒ Арман поднялся.

‒ Постой. Ты дальше совершенствуй свой талант, он еще пригодится. Я тебя еще попрошу об услуге. Если справишься, и ты и я получим еще больше власти.

‒ Понял вас.

‒ Топите Рысгуль дальше, жду в соцсетях вашу атаку, ‒ напомнил Алибек.

‒ Сделаем.

Получив от начальника огромную мотивацию, Арман вернулся к себе в кабинет, чтобы продолжить работу, как он считал, по уничтожению врагов. Через несколько часов в интернете начали появляться первые, качественно смонтированные вырезки видео. Разномастные блогеры стали размещать их у себя, сопровождая язвительными комментариями в адрес заместителя акима. На форумах в социальных сетях Рысгуль Ганиевну поливали грязью, утверждая, что она не патриот, не знает и не уважает историю своего народа. Вскоре высказывания стали еще более радикальными, люди начали писать об ее грядущей отставке. Видеоблогеры на своих каналах продолжали выкладывать материалы о сложившейся ситуации, предлагая Рысгуль уйти с ответственной должности, которой она недостойна, чтобы не гневить народ.Этим дело не ограничилось. Далее последовала целенаправленная точечная атака: вспомнили, что Рысгуль Ганиевна курирует в акимате социальные и экономические вопросы. В последнее время в этих сферах ситуация становилась с каждым днем все хуже, и ее начали обвинять не только в незнании истории, но и в том, что в никудышной экономической ситуации в городе есть и ее вина. В какой-то момент брошенный в ее сторону маленький снежок общественного недоверия разросся в огромный снежный ком и разобрать, где атаковал сам Арман, а где блогеры уже накручивали дальше сами, — стало невозможным.

До своего дома Арман добрался только к двум часам ночи. Он валился с ног от усталости, но внутри все пело от одержанной победы. Следовало признать, запах власти стал еще больше дурманить его. Открыв мессенджер, Арман заметил много пропущенных сообщений от Айсулу. Вначале это были поздравления: «На ток-шоу ты выглядел героем, за несколько часов покорившим социальные сети». Но уже в следующих сообщениях она стала упрекать его за то, что, во-первых, он очень редко читает еёсообщения в мессенджере и, во-вторых, стал редко звонить. Вздохнув, он отправил девушке несколько утешительных приятных слов и лег спать. Но уснуть никак не удавалось, и тут Арман вспомнил, что давно не перечитывал своего кумира Макиавелли. К слову сказать, за последнее время он ни разу не открывал любимую книгу, считая, что выучил ее практически наизусть. Но в разные жизненные периоды разнится и восприятие написанного. Тем более, когда сам практически каждый день набираешься политического и управленческого опыта. С внезапно проснувшимся интересом он взял в руки подарочный вариант книги «Государь», стоявший на особой полочке. Перелистывая страницы, он начал погружаться в атмосферу Средних веков, заполненную интригами и борьбой за власть. Постепенно усталость брала свое. Незаметно уснув с книгой в руке, Арман снова увидел необычный сон.

Он в Древнем Риме, в курии, где заседает Сенат. Рядом с ним Макиавелли:

‒ Ну, здравствуй, Арман!

‒ Приветствую вас, Никколо!

‒ Смотрю, ты вырос, стал таким властным, уверенным в себе.

‒ Ну, есть немного.

‒ Помню, когда в прошлый раз мы с тобой общались, ты был просто мелким специалистом отдела и выглядел растерянным и подавленным. А сейчас уже руководитель. Молодец, ты хорошо усваиваешь мои уроки. Мне очень жаль, что произошло с твоим другом. Приношу свои соболезнования.

‒ Спасибо.

‒ Ты быстро учишься. Поставил эту женщину на место, точнее, ты почти скинул ее с нынешнего места, обеспечив себе уже официальное назначение без приставки и.о., и показал себя, как сильный политтехнолог. Молодец. Но ты не обольщайся. Это только начало пути. Те люди, которые тебя хвалят или тебе служат, могут в любой момент отвернуться от тебя. Если ты покажешь хоть однажды слабину, они постараются этим воспользоваться. Помни, ты только в начале пути, впереди еще очень много дел. Ты должен не только усиливать свою власть, но и учиться, набираться больше опыта. И я знаю, что ты не оставишь просто так вопрос о твоем друге. Это правильно. Так же, как и то, что ты действуешь разумно, не спешишь.

‒ Что посоветуете делать дальше?

‒ Учиться… учиться у тех, кто выше тебя и этих властных позиций достойны. Например, Алибек и Руслан. Они тоже идут правильными путями. Очень сильные игроки.

‒ Ну, да.

‒ Знаешь Чезаре Борджиа?

‒ Конечно!

‒ Чезаре — иначе Цезарь. Кстати, именно в этом здании предатель воткнул нож в спину Великому Гаю Юлию Цезарю. Но сегодня речь не о нем, а о другом Цезаре ‒ Борджиа. Время, проведенное в обществе этого человека, послужило для меня толчком к пониманию идей мастерства управления государством, независимо от моральных устоев. Все это впоследствии отразилось в твоей любимой книге, которую я написал: Il Principe  («Государь»). Находясь рядом с Чезаре, я приобрел огромный опыт. Так и ты набирайся опыта у тех, кто имеет власть.

‒ Я понял вас. Буду учиться.

‒ И не расслабляйся. Кстати, вот еще что: о себе тоже не забывай. Я имею в виду сердце и любовь.

— Я понял ваш намек. У меня есть Айсулу. Думаю, наши отношения скоро выйдут на новый этап.

— Вот это правильно. Для политика очень важно иметь крепкий тыл. Самое главное, она должна быть домашней и хозяйственной, чтобы могла создавать уют и наполнять дом теплом. Не бери в жены карьеристку, которая будет думать только о работе и проводить большую часть времени в офисе. Тебе такая не подойдет. Работать должен ты, а домашние вопросы и воспитание детей должны быть на жене. Айсулу сможет быть такой? Задумывался ли ты над этим?

‒ Думаю, что да, сможет. Как раз я сам такую и искал. У своей бабушки она получила хорошее традиционное воспитание.

‒ Не ошибись в этом вопросе, он очень важен. Я женился в 32 года. Думаю, этот брак был удачным. Мариетта происходила из старинного прославленного рода и была такой, как я описывал. Я испытывал к ней глубокую симпатию. За годы совместной жизни мы с ней видели разное: и радость, и горе, но старались все тяготы пережить вместе, тем самым укрепляя любовь и уважение друг к другу. Мы доверяли друг другу, и наш союз был крепким. Она родила мне пятерых прекрасных детей. Мариетта сумела создать тот тыл, о котором я тебе говорил.

‒ Спасибо за советы, я все учту. Вот, думаю, к лету сыграть свадьбу.

‒ Правильно, и не тяни с этим, тебе нужны наследники. А теперь проснись!

‒ Что?!

‒ Проснись!

Арман открыл глаза и увидел своего отца, который будил его:

‒ Сынок, проснись, опоздаешь на работу!

 

***

Как обычно, в понедельник утром Арман провел планерку. Традиционно в ней принимали участие все работники отдела: Асылбек Токсанбаевич, Сауле, Ескендир, Самал и Ардак. Раздав поручения, Арман отпустил сотрудников, попросив остаться лишь Ескендира. Многим из присутствовавших это явно не понравилось и, возвращаясь к себе, они задались вопросом: «Почему Арман стал так явно выделять Ескендира. Чем он так хорош? Преданностью?».

Больше других такая несправедливость раздражала Ардака: «Этот выскочка избавился от приставки и.о. не через положенных полгода, а всего лишь через два месяца. Теперь Арман ‒ полноценный руководитель Отдела политической работы Кызылтау, главный идеолог города. А я, проиграв битву за пост, к тому же лишился своего покровителя!».

Кстати, Рысгуль Ганиевна не осталась без работы. У нее имелись неплохие связи в областном центре и после того, как в Кызылтау она потерпела крах и была публично унижена, ее перевели в область на должность заместителя руководителя управления финансов. Хорошо известно, что система своих не выбрасывает, особенно тех, кто согласен играть по ее правилам. Перед уходом она зашла к Алибеку и напомнила, что земля круглая, и она еще отомстит своим обидчикам. Алибек сделал вид, что не понимает, в чем его вина. Он ей не лгал и, если она еще раз хочет убедиться в этом, может спросить у акима. А появление на ток-шоу Армана объясняется тем, что он решил отправить его на подмогу. Но Рысгуль Ганиевна ему не поверила, ответив: «Я сейчас залягу на дно, но потом, как птица феникс, воскресну и первым делом своим огнем испепелю этого сопляка Армана. А потом пламя может достать и тебя».

Тяжелее всех было, конечно же, Ардаку, так как он остался без прямой поддержки родственницы. Рысгуль Ганиевна предлагала перевестись в область ее помощником, но Ардак гордо отказался. Он мечтал достичь своей цели и возглавить отдел и напоследок пообещал сделать все, чтобы отомстить Арману. Рысгуль Ганиевна всерьез эти слова не восприняла. Считая племянника слабым игроком в большой политике, она не стала его переубеждать, просто пожелав удачи. И Ардаку, чтобы вернуть доверие Армана, ничего не оставалось делать, как снова проявить свою лояльность.

Когда после планерки сотрудники отдела зашли в кабинет, Ардак начал сокрушаться:

‒ Что такого особенного в этом Ескендире? Почему Арман так ему доверяет? У него ведь не так уж много опыта.

‒ Может, дело как раз в этом? Ескендир еще не успел замараться, понять систему полностью, он ведь еще зеленый, а? Как думаешь, Ардак? – с ухмылкой спросил всегда нейтральный Асылбек Токсанбаевич.

‒ На что вы намекаете, Асеке?

‒ Ни на что я не намекаю, просто констатирую факт. С высоты своего возраста и опыта мне многое видно сразу.

‒ Ну-ну. Что-то этот ваш опыт вам так и не помог, вы уже недалеки от пенсионного возраста, а до сих пор специалист, ‒ с пренебрежением заметил Ардак.

‒ Коллеги, успокойтесь, хватит спорить. Давайте уже работать, мероприятие на носу, ‒ с возмущением напомнила Сауле.

‒ А я согласна с Ардаком, ‒ вдруг неожиданно для всех сказала Самал. ‒ Я ведь неплохо знаю Ескендира, поэтому тоже не понимаю, что в нем такого особенного. Он ведь, действительно, еще очень молод, не имеет нужного опыта. Ардак, если честно, он вам и в подметки не годится.

‒ Вот, пожалуйста, о чем я и говорил? Сразу видно — мудрый человек! Точнее, мудрая девушка, не по годам. Умница, Самал, ‒ вскочив со стула, ответил Ардак с горящими глазами.

Поразмыслив, он решил, что в конце рабочего дня предложит Самал проводить ее до дома. У Ардака мелькнула мысль сформировать таким путем пул своих сторонников, а потом, когда сам окрепнет и сделает людей отдела своими, будет атаковать Армана.

Ардак и Самал вышли с работы вместе, решив пройтись пешком через городской парк до дома, где проживала девушка. Свой разговор Ардак начал с критики Армана:

‒ Вообще, знаешь, Самал, я не понимаю, почему Армана, а не меня назначили руководителем отдела. Ведь я опытней его. Мне кажется, я не только идеолог, но еще и хороший организатор. Налицо все качества. А что Арман? Обычный парень без особых талантов, только и умеющий предлагать идеи, выступать на мероприятиях с докладами и давать интервью. Да и харизма у него слабенькая: вроде есть, а вроде и нет. Вот друг его погибший, как же его звали, забыл... А, вспомнил, Ербол. Вот это был настоящий харизматичный человек с характером и прекрасный оратор. Как-то видел одно его видео с выступлением среди молодежи…

‒ Я с вами согласна, Ардак. Меня больше всего раздражает, что он приблизил к себе этого Ескендира.

‒ А почему ты вечно говоришь мне «вы?»Давай договоримся так: когда мы на работе, ты говоришь мне «вы», а когда на улице, тет-а-тет, сразу переключаешься на «ты», ок?

‒ Ой, как-то неудобно, вы же старше меня.

‒ Не обижай меня, Самал.

‒ Ты же старше меня, ‒ с улыбкой повторила черноглазая Самал.

‒ Вот и молодец, быстро учишься, ‒ вкрадчиво промолвил Ардак.

Коллега по работе нравилась ему все больше и больше. В какой-то момент даже показалось, что он начинает влюбляться. Устоять перед Самал, и в самом деле, было нелегко: очень привлекательная девушка среднего роста, с длинными волосами, большими черными и, главное, умными глазами.

‒ Самал, я должен тебе кое-что рассказать, ‒ решился Ардак.

‒ Я слушаю тебя.

‒ Я хочу, чтобы восторжествовала справедливость и меня назначили руководителем Отдела внутренней политики. Я должен избавиться от Армана. Отомстить!

‒ Отомстить?

‒ Да, отомстить!

‒ Я не могу понять, за что? ‒ растерянно спросила Самал.

‒ Это он все подстроил с моей тетей, я уверен!

‒ Ты про Рысгуль Ганиевну?

‒ Да. Я хочу отомстить за нее. Ты поможешь мне?

‒ Конечно, но что я должна сделать?

‒ Быть рядом со мной и помочь собрать сильную коалицию против Армана...

‒ …и Ескендира, – перебила его Самал.

‒ Да, и против этого… короче, против всех, кто его окружает и поддерживает. А потом мы с тобой будем дальше бороться за власть.

‒ Круто! Мне все это так нравится! Власть, коалиция, это все так круто, а главное, очень серьезно звучит. Видно, что ты умный человек и целеустремленный, к тому же амбициозный. Мне это очень нравиться, я буду рядом с тобой, Ардак, ‒ решительно заявила Самал, восхищенно глядя на спутника.

‒ Я хочу подставить и опозорить Армана.

‒ Как?

‒ Вот думаю, как. Может, все-таки испортить его мероприятие?..

‒ Открытие памятника?

‒ Да, этому батыру. Я вообще не понимаю, что такого гениального предложил Арман? Понимаешь ли, памятник батыру! И что? Поставит он этот памятник, и дальше? Какой от этого толк? Да понятно же, что самому Кызыларыстану от этого легче не станет! Он давно умер, ушел, нет его! Уже триста лет прошло! Зачем такие затраты?

‒ Согласна с тобой.

‒ Хоть я и идеолог, но иногда это все так раздражает, ‒ пожаловался Ардак. ‒ Зачем ворошить прошлое, что это даст? Лучше что-нибудь другое придумать. Например, создать, скажем, новую идеологию, идеологию будущего!

‒ Классно звучит! Может, даже начать с молодежной организации с таким названием, например, «Молодежь будущего» и обозначить, как мы должны готовиться к этому будущему, где будут новые технологи и так далее.

‒ Самал, мы думаем одинаково. Коалиция уже начинает формироваться. Я рад этому, ‒ улыбнулся Ардак.

‒ Я тоже рада!

Увлекшись разговором, они не заметили, как дошли до дома Самал. Прощаясь, Ардак сказал:

‒ Спасибо тебе за понимание!

‒ Ты победишь, Ардак, ‒ серьезно ответила Самал.

‒ Спасибо, Самал. Давай, до завтра.

‒ Пока.

После прогулки с девушкой Ардака охватила эйфория. Ему показалось, что проделано так много работы, будто он уже победил Армана, а скоро еще и наладит личную жизнь. Он начал влюбляться в Самал, но решил пока не давать воли чувствам, а сосредоточиться на своей победе, на пути к власти.

 

***

Открыть памятник Кызыларыстан батыру в центре города планировали через месяц. Организацией мероприятия занимался Отдел внутренней политики. Зная, что на открытии ожидается выступление акима города, Ардак, ради того, чтобы заполучить власть, решил воспользоваться данным мероприятием, точнее, испортить его, и таким образом дискредитировать Армана как автора идеи и лицо, ответственное за организацию открытия памятника герою.

Очередная рабочая неделя подошла к концу, и Арману захотелось время на выходных посвятить Айсулу. Совет Макиавелли в недавнем сне, касающийся семьи, он помнил постоянно, но сделать предложение никак не решался, считая, что для начала необходимо обзавестись собственными квартирой и машиной. Не вести же молодую жену после свадьбы к родителям. Правда, сами родители были настроены иначе. Они очень хотели, чтобы единственный сын с будущей снохой жил с ними вместе. В трехкомнатной квартире места всем хватит — так они считали.

Как-то вечером Арман с отцом сидели и обсуждали будущее: женитьбу, карьеру и прочее. В этот момент по телевизору показали сюжет, как очередного чиновника поймали на взятке. Арман на какое-то время задумался, а потом решил высказать отцу, что он думает о таких случаях:

‒ Папа, знаешь, почему госслужащие воруют?

‒ Наверное, чувствуют безнаказанность, потому что кто-то прикрывает их сверху.

‒ Да, это верно. Но я тебе вот что еще хочу сказать. Многие думают, что у госслужащих, работников акимата, все замечательно: хорошая зарплата, квартира, машина и так далее. Но на самом деле ведь это не так. Что далеко ходить, – улыбнулся Арман, имея в виду себя. – Многие ребята, идущие на государственную службу, ставят перед собой цель получить власть. Для таких в начале своего пути важен статус.

Сначала человек просто работает, например, в акимате, потом стремится стать руководителем. Пост, кресло, власть ‒ это для него самое важное, несмотря на небольшую зарплату и ненормированный рабочий день, когда приходится сидеть допоздна и работать по выходным. Он готов жертвовать собой ради статуса, а потом власти. И вдруг близкие друзья, знакомые, родственники говорят: «Зачем тебе это, ведь зарплата маленькая, что толку от этого акимата?». Когда чиновник слышит такое, он про себя думает: «Какие же вы недалекие, только о деньгах думаете, вот я сейчас добьюсь власти, и у меня будет все. Когда я буду начальником, вы будете стоять в очереди ко мне на прием». А потом наступает период, когда госслужащий получает пост, то есть власть, о которой мечтал. Он шел к ней, жертвуя многим, и в результате — вот она!

Да, первое время у него эйфория: свой кабинет, кресло, руководящая должность. Его авторитет на высоте, к нему уже другое отношение. И те, кто не воспринимал его — родственники, знакомые — теперь поздравляют, приглашают на семейные торжества, где он сидит на почетном месте, говорит первый тост и так далее. Но проходит некоторое время, и он понимает, что пост сам по себе ничего не приносит, нужны деньги, чтобы чувствовать себя уверенно, не отказывать себе в удовольствиях, купить хорошую машину, квартиру, ездить отдыхать за границу. А зарплаты в 100 или 150 тысяч тенге ни на что не хватает. И он начинает думать: что делать? Много думать не приходится, есть опыт руководителей постарше, так называемых опытных чиновников, которые научились выстраивать каналы, чтобы деньги из бюджета разными путями шли к ним в карман. Для этого существуют тендеры, подставные компании, которые записаны на жен, братьев, друзей, родственников и так далее. Кому везет — тот тихо и аккуратно обогащается, параллельно растет во властной иерархии, а тем, кому не повезло, попадают за решетку. Многие руководители в госструктурах стоят именно перед таким выбором…

‒ И ты среди них, сынок?

‒ Сейчас могу сказать, что нет. Но когда задумываюсь о будущем, о женитьбе, семье, понимаю, что на зарплату не проживу, а бизнесом госслужащему заниматься запрещено.

‒ Ну, тебе не надо думать о квартире и машине, не такие уж крутые, но они у нас есть. Возьми мою машину, я все равно пешком стал ходить на работу.

‒ Спасибо, папа. Но я не хочу, чтобы всю жизнь вы обеспечивали меня, когда-нибудь я хочу вас отблагодарить.

‒ И что ты собираешься делать? Пойдешь по их пути? Лучше брось все и займись бизнесом. Или иди в общественную организацию.

‒ Нет, папа, не уйду, я об этом мечтал со школы и буду идти до конца. И хочу тебя заверить, за меня вам с мамой краснеть не придется, я это гарантирую. И еще я уверен, что быстро добьюсь большой власти, ведь за очень короткое время я стал начальником отдела.

‒ Мы с мамой верим в тебя, сынок. Будь внимательным, береги себя.

‒ Спасибо.

‒ А с женитьбой не откладывай. Мы тебя поддержим. Сын, нам внуки уже нужны…

‒ Хороша, папа, буду думать над этим серьезно.

 

***

Время летело быстро. Работы по благоустройству места для памятника батыру близились к концу. До торжественного события, которое планировали провести в ближайшую среду, оставалось всего три дня. Ожидалось, что открывать памятник будет сам аким города Руслан Всемогущий. Арман лично корректировал окончательный вариант его выступления, главный посыл которого сводился к тому, что настоящий патриотизм можно построить только на знании истории и уважении к своему историческому наследию. Руслан Есенович должен был одобрить его, поскольку у них с Алибеком в этом плане существовало много общих позиций.

В это время Ардак приступил к подготовке своего коварного плана. Для начала он решил в обеденный перерыв переговорить с Самал. Ардак специально вышел с девушкой на улицу — опасался, что его могут подслушать недруги:

‒ Я так понял, что именно ты будешь ответственной за то, чтобы передать акиму текст выступления, ‒ как бы невзначай бросил он.

‒ Да, ‒ подтвердила Самал. Правда, сначала он будет находиться у Армана, а когда аким подъедет, я буду должна доставить его на спич-трибуну.

‒ Ты готова помочь мне?

‒ Как?

- Представишь акиму папку, но не с текстом выступления, а с пустыми белыми листами.

‒ Ардак, ты же, тем самым, меня подставишь…

‒ Почему? Нисколько! Ты же сама говоришь, что текст будет у Армана, а тебе он его передаст только когда аким будет подъезжать. Виноват будет он, а свидетели, которые увидят, как он тебе передает папку, подтвердят это. Да я и сам на мобильник все сниму.

Вздохнув, Самал кивнула головой:

‒ Хорошо, Ардак, я тебя поняла. Но это так рискованно.

‒ Не переживай Самал, я же обещал, что ты вместе со мной пойдешь выше по властной иерархической лестнице.

‒ Хорошо, я надеюсь на тебя.

‒ Молодец, ты же умница.

Алибек, а потом и Руслан одобрили текст Армана, внеся лишь небольшие поправки. Обрадованный Арман отметил про себя: сам аким будет произносить речь, написанную его рукой, об этом многие лишь мечтают. Это была его очередная победа.

Наступила среда ‒ день открытия памятника Кызыларыстан батыру. На центральной площади города Кызылтау стоял монумент, накрытый белой тканью. Перед ним поставили трибуну, с которой должны были выступать докладчики. Народу собралось много, около семисот человек. Все было готово, самое основное — доклад, который Арман держал в руках, в специальной папке.

Алибек, привыкший держать все под контролем, поинтересовался:

‒ Арман, все готово? Доклад у тебя?

‒ Да, Алеке, не переживайте, ‒ кивнул тот.

‒ Это будет еще одна наша с тобой победа, главное, чтобы все прошло хорошо.

‒ Думаю, все пройдет на уровне.

‒ Надеюсь, Арман, ты молодец. Этот памятник, по существу, твоя заслуга.

‒ Да нет, что вы, Алеке, без вашей поддержки я бы ничего не смог сделать.

‒ Не скромничай. Кстати, потом, после окончания мероприятия, зайди ко мне, есть важный разговор.

‒ Хорошо, понял.

‒ Вот, подъезжает, ‒ кивнул Алибек, заметив машину акима.

Арман подозвал Самал и вручил ей папку, чтобы она отнесла ее на спич-трибуну. Самал дрожащими руками взяла ее, чувствовалось, как девушка волнуется. В предвкушении скорой победы стоявший неподалеку Ардак видел, как Самал на несколько секунд отвернулась в сторону и сразу догадался, что она заменила доклад пустыми листами. Затем она подошла к трибуне и положила папку. Сделав это, Самал посмотрела в сторону Ардака и кивнула, показывая, что дело сделано.

Тут диктор объявил: «Дамы и господа! Аким города Кызылтау Руслан Есенович Балтабаев!». В ответ собравшиеся зааплодировали. Руслан Есенович встал недалеко от трибуны, рядом с прямым потомком Кызыларыстан батыра и представителями местной интеллигенции. Зазвучал государственный гимн Республики Казахстан. Как только музыка стихла, диктор пригласил на трибуну для приветственного слова акима города. У Армана и Ардака разом участилось сердцебиение. Каждый считал секунды в ожидании своей победы. Аким подошел к трибуне и открыл папку. Публика смолкла, но аким начал не сразу. В течение этой небольшой паузы, длившейся с десяток секунд, Арман нервничал, не понимая, почему он не начинает. Ехидно улыбнувшись, Ардак понимающе посмотрел на своего соперника. Тот заметил его пристальный взгляд и улыбнулся в ответ не менее издевательски. Увидев выражение лица Армана, Ардак сразу почувствовал, что что-то идет не так. В этот момент аким начал свое выступление:

‒ Уважаемые жители и гости города Кызылтау! Рад приветствовать вас на торжественном открытии памятника выдающейся исторической личности, великого полководца, гордости нашего края — Кызыларыстан батыра!

Первые же слова акима пронзили Ардака в самое сердце: «Что произошло? Откуда взялась эта речь? Неужели, Самал предала меня?». Вопросы, на которые не было ответов, мучили его все сильнее. В этот момент он услышал, как на мессенджер пришло сообщение, и заметил, что Арман смотрит на него, показывая жестом, мол, посмотри телефон. В недоумении он перевел взгляд на Самал, та ответила ехидной улыбкой. Тогда он открыл мессенджер и увидел аудиосообщение. Ничего не понимая, Ардак опять повернулся к Арману, тот показал жестом — прослушай! Ардак так запаниковал, что мобильный выпал из его рук, он поднял телефон, включил сообщение и, чтобы никто не слышал, приложил трубку к уху. Услышав свой голос и узнав слова, которые он говорил коллеге, Ардак побледнел. Он понял, что его подставили. Все это время Самал была на стороне Армана, а его обманывала, и теперь он окончательно проиграл!

Торжественное мероприятие прошло на очень высоком уровне. Его освещали основные республиканские средства массовой информации. Учитывая, что все прошло успешно, Алибек расщедрился и после своего интервью, для поддержки Армана, попросил, чтобы и тот ответил на вопросы СМИ. Сюжеты об открытии памятника показывали вечером все главные телеканалы. Арман одержал еще одну победу: впервые его показали по телевидению в масштабах страны. Отсмотрев сюжет у себя в кабинете, Алибек разволновался не на шутку. Еще бы, по хронометражу интервью Армана оказалось длиннее, чем у него. Этого Алибек спокойно пропустить не мог и в раздражении подумал про себя: «Почему меня на экране меньше, чем Армана? Может, зря я попросил его дать интервью? Нужно его опустить на землю, а то заиграется».

Арман смотрел сюжет с совершенно другим настроением. Когда новости закончились, он вызвал к себе Ардака. Того на месте не оказалось. Совершенно потерянный, Ардак бегал по зданию акимата в поисках Самал. Втайне он еще надеялся, что при встрече она все объяснит ему сама. Но Самал нигде не было. Чтобы обезопасить девушку, Арман после мероприятия попросил ее срочно вернуться домой и до завтрашнего дня не появляться на работе. Отчаявшись ее найти, Ардак с опущенной головой появился в кабинете Армана. Он представлял собой жалкое зрелище: растрепанные волосы на макушке торчали в разные стороны, как антенны, а покрасневшие глаза свидетельствовали, что недавно он плакал.

‒ Присаживайся, интриган, ‒ ухмыльнулся Арман. – Ты кого из себя возомнил, а? Сместить меня решил, что ли?

‒ А кто ты такой? Ты сидишь на моем месте! – с отчаянием возразил Ардак, понимая, что в «Сером доме» ему больше не работать.

‒ На твоем? Кто тебе сказал, что это твое место? ‒ Арман рассмеялся. ‒ Опустись на землю, Ардакчик! Это место принадлежит тому, кто его заслуживает. А что сделал ты? Кроме того, что создаешь видимость бурной деятельности и мечтаешь об этом кресле? Все то время, сколько я тебя знаю, на твоем лбу было написано, что ты хочешь стать руководителем отдела.

‒ Арман, не заигрывайся. Сегодня ты при власти, завтра могу прийти я, и тогда бумеранг, вернувшись, может жестко ударить. Подниматься высоко приятно, а падать будет очень больно. Я с удовольствием дождусь момента, когда ты рухнешь, а я приду и втопчу тебя еще глубже в землю, закопаю, залью бетоном и еще засыплю сверху землей— тогда тебя точно никто никогда не найдет!

‒ Рот закрой, Ардакчик! Ты проиграл, прими это, как подобает мужчине. Если ты не угомонишься, я тебя прямо сейчас же размажу, так же, как и твою тетку.

‒ Я знал, что ты это подстроил!

‒ Да, но она сама виновата! Такие, как ты и она — недалекие, не патриоты— не нужны во власти, но сейчас не об этом. Запись, которую тебе прислали, имеется у меня и Самал, и ее уже прослушал наш уважаемый Алеке. Поэтому, если ты не хочешь уйти с позором, пиши заявление по собственному желанию и вали отсюда, катись к чертям собачим, чтобы я больше тебя не видел. А если ты настолько тупой, что ослушаешься меня, весь город, вся область и вся страна узнают, что молодой госслужащий выступает против истории родной страны, плетет интриги и предает руководство. Чтобы сесть в кресло руководителя, ты даже решил подставить самого акима! Какой же ты идиот!

‒ Урод ты, Арман…

‒ Посмотрись в зеркало, Ардак, и сразу поймешь, кто на самом деле урод. Всё, разговор закончен, иди и собирай свои вещи.

‒ Запомнишь меня, Арман, запомнишь! – стукнув по столу, пригрозил Ардак.

Поднявшись из-за стола, Арман исподлобья гневно посмотрел на Ардака.

‒ Пошел вон отсюда! ‒ тихо произнес он.

‒ Что?.. ‒ не понял тот.

‒ Вон! ‒ не в силах больше сдерживаться, бешено выкрикнул Арман. 

От испуга Ардак чуть не упал со стула. В панике он попятился к двери и выскочил из кабинета.

В борьбе с родственником Рысгуль Ганиевны была поставлена жирная точка и теперь можно было не спеша подвести итоги. С памятного ток-шоу минуло совсем немного времени, но Армана стали не просто узнавать на улицах, он превратился в уважаемого в городе человека. И официальное назначение на должность руководителя Отдела внутренней политики города лишь подчеркнуло это. Руководство одобрило предложенные им проекты, его показали по республиканским телеканалам, он сумел избавиться от своих первых, но очень серьезных врагов — заместителя акима города и ее племянника. Арман прекрасно понимал: красная черта преодолена и назад дороги нет. С каждой очередной победой количество врагов будет лишь увеличиваться. Запах власти не просто приятен, он дурманит, но способен опьянить настолько, что позабудешь об опасности. Рысгуль Ганиевна может вернуться и тогда, вместе с Ардаком, начнет мстить. Вместо того, чтобы почивать на лаврах, необходимо укреплять свою власть, становиться еще сильнее.

***

…Думы Армана прервала мелодия мобильника. Он посмотрел на часы и удивился: пока он делился с Ерболом своими радостями и горестями, незаметно пролетел час. Он достал телефон: пришло сообщение, скоро в акимате начнется очень важное совещание по дальнейшим проектам. Пора было возвращаться.

‒ До встречи, друг, ‒ нехотя поднимаясь, произнес Арман. ‒ Теперь постараюсь навещать тебя чаще и рассказывать обо всех результатах на пути к достижению наших общих целей. Я уверен, уже очень скоро наши враги, те твари, которые отняли тебя у меня, получат по заслугам. Самое главное забыл сказать тебе, брат. Мы с Айсулу поженились, и уже полгода, как она в положении. Надеюсь, родится наследник. И я обязательно назову его в честь тебя — Ербол. Спи, брат, спокойно!

 

***

В последние дни Алибека больше всего беспокоил факт, что Руслан Всемогущий не подпускает его близко к себе, и уже поползли слухи: в свое время Руслан был сильным замом, настоящим серым кардиналом, а Алибек слабый, его не видно и не слышно. Алибек долго и вдумчиво анализировал ситуацию, не понимая, как это произошло. Его размышления прервал мобильный телефон. Звонил тесть, заместитель акима области, Кенжетай Садвакасович, получивший эту должность после того, как был смещён Асан Бекбаев.

‒ Ну, здравствуй, Алибек! Как дела? Как работа? Как там моя дочка поживает?

‒ О, Кенжетай Садвакасович, здравствуйте! Рад вас слышать. Все замечательно, работаем. Асем дома, с детьми.

‒ Не обижаешь ее?

‒ Что вы, папа, как я могу? Я же люблю ее! Тем более, ведь это дочь уважаемого человека!

‒ Ну, смотри мне, я слежу за тобой. Короче, я по делу звоню.

‒ Слушаю вас.

‒ Там у вас ребята мои никак не могут начать строительство торгового центра. До меня дошли слухи, что это твой начальник, Русланчик, мешает. Что-то он в последнее время берега путать начал. Может, не знает, что это мои ребята, а? Алибек, объясни мне.

‒ Кенжетай Садвакасович, впервые слышу от вас, но я уточню обязательно. Знаете, аким, Руслан этот в последнее время не подпускает меня к себе. Важные вопросы в основном со своим советником решает. А я как бы не при делах, получается.

‒ Выходит, мы с тобой тогда ошиблись, что ли? Этот водила точно попутал. Слышал, он там какие-то курсы проходит, тренинги всякие, языки учит, театры посещает. Человеком стал, что ли, а? Из грязи в князи!

‒ Да, есть такое, Кенжетай Садвакасович.

‒ Короче, слушай, Алибек, зайди к нему и уточни. Потом дай мне знать, что почем, ясно?

‒ Понял.

‒ Давай, не тяни, завтра к десяти жду звонка. Обнимаю.

Конечно, Руслан прекрасно знал: и чьи это ребята, и что на самом деле эта компания принадлежит заместителю акима области. Но земля, на которой предполагалось строить торговый центр, имела свою давнюю историю. По преданиям, на ней стояла ставка Кызыларыстан батыра. Историки и интеллигенция создали общественное движение в защиту данного места, предложив построить там музей под открытым небом или разбить сквер. Но существовала другая группа людей, в основном проплаченных олигархами и тоже называющих себя историками, которые утверждали, что наличие в данном месте ставки батыра еще не доказано. Понимая щекотливость ситуации, Руслан решил, что будет на стороне защитников исторической памяти.

На следующий же день после разговора с тестем Алибек зашел к Руслану, и между ними состоялся диалог. Аким начал первым.

‒ Здравствуй, Алибек! Как у тебя дела? О чем хотел переговорить? ‒ поинтересовался он у своего зама.

‒ Здравствуйте, Руслан Есенович, спасибо, хорошо, как сами? ‒ вежливо ответил Алибек.

‒ Хорошо, спасибо. Учитывая, что ты так рано зашел ко мне, вопрос серьезный.

‒ Да, Руслан Есенович, серьезный, очень даже серьезный.

‒ Ну, говори, слушаю тебя внимательно.

‒ Мне вчера звонил из области заместитель акима, Кенжетай Садвакасович.

‒ Говори прямо, что звонил тесть, что стесняешься, ‒ улыбнулся аким.

‒ Ну вот, он про строительство торгового центра говорил.

‒ Понятно, можешь дальше не продолжать. Этот вопрос уже закрыт. Я знаю, чья эта компания. Ты сам пойми, Алибек, эта стройка будет иметь антиэффект, люди могут взбунтоваться. Да и вообще, нужно уважать, ценить и сохранять исторические ценности, у нас в городе их и так мало, особенно связанных с Кызыларыстан батыром. Если помнишь, я недавно ему памятник открывал. Нет, даже не буду обсуждать этот вопрос.

‒ Руслан Есенович, ну мы же не можем им отказать. Вы же понимаете, это серьезные люди, ‒ возразил Алибек.

‒ Ты что, решил припугнуть меня? ‒ повысил голос аким. ‒ Учти, не боюсь я твоего тестя. Если надо будет, обосную свое решение перед акимом области. Или подниму ажиотаж через социальные сети.

‒ Руслан, зачем вы так? Ведь Кенжетай Садвакасович вас поддержал на пост акима… А вы его так кинуть хотите? ‒ раздраженно напомнил Алибек.

‒ Я не понял, ты сейчас о чем? Хочешь сказать, что только благодаря твоему тестю я оказался в этом кабинете, а? Я заслужил это место и достоин его, поэтому я здесь! ‒ стремительно встав с кресла, заявил Руслан.

‒ Заняв этот пост, вы сильно изменились, можно сказать, стали слишком интеллигентным. Это власть так меняет? А теперь что, метите в аристократы? Раньше были таким же, как и все, и играли по тем же правилам. Что с вами стало? Высоко, в сторону столицы обратили свой взор?

‒ Алибек, держи себя в рамках, смотрю, ты уже не следишь за языком и субординацию не соблюдаешь. Не кичись своим родством. Если я захочу, пойду против твоего тестя и утоплю его, а ты пойдешь за ним. У меня есть люди, которые меня поддержат, ‒ пригрозил аким.

‒ Руслан, это вы не следите за языком. Подумайте, я вас предупреждал.

‒ Все, иди, работай, ‒ Руслан сел в кресло и углубился в разложенные на столе бумаги, давая понять, что разговор окончен.

‒ Я вас предупреждал, ‒ повторил Алибек и вышел из кабинета акима.

После его ухода Руслану стало не по себе. Он понимал, что тягаться с заместителем акима области будет очень тяжело. Но хорошо представлял и другое: в случае, если примет непопулярное решение, поднимется такой шум, что он запросто может лишиться своего кресла и власти.

А Алибек, вернувшись к себе в кабинет, начал думать, как поступит дальше. Он понимал, что обострение отношений между акимом города и замом акима области приведет, в конечном счете, к открытому конфликту, который ему только на руку. Алибек был очень амбициозен и любил власть. Находиться в тени Руслана, который в последнее время не подпускал его близко к Олимпу «Серого дома», ему надоело. «Почему бы не использовать против Руслана уже наработанные методы? Подставив его, вынудить уйти с поста и самому стать акимом? ‒ подумал Алибек. ‒ Я намного сильнее Руслана, имею большие связи, самое главное ‒ родственные. А на что надеется Руслан, на поддержку акима области? Чтоб получить власть, Руслану пришлось идти на риск. Его использовали в большой игре и сразу же вознаградили. Но теперь Руслан начинает играть не по правилам. Этот момент надо использовать.  Самое главное, у Руслана нет таких связей, как у меня, поэтому ему не на кого надеяться. Руслан это хорошо понимает и поэтому заигрывает с населением города».

Как следует все обдумав, Алибек позвонил тестю.

‒ Здравствуйте, Кенжетай Садвакасович! Как вы?

‒ Здравствуй, здравствуй, Алибек! Хорошо! Как там у тебя дела? Обрадуешь меня?

‒ Там не все так просто, Кенжетай Садвакасович.

‒ Ты хочешь сказать, что Руслан, этот водила, уже против меня хочет идти? Он что, вообще страх потерял? ‒ усмехнулся в трубку тесть.

‒ Похоже, так получается. Он придумал для себя оправдание: якобы защищает исторически важную территорию и не хочет конфликтовать с населением.

‒ Какая еще историческая территория? Где доказательства? Это пустая земля! Мы предлагаем сделать так, чтобы у людей было место отдыха, как в области, так и в столице, если на то пошло! Людям-то в вашем городе вообще сходить некуда! Что они на этой земле — пикник устроят или огород посадят?

‒ Я согласен с вами, Кенжетай Садвакасович.

‒ Если согласен, почему тогда не помогаешь мне, а? Зачем я тебя поддерживаю? Или вы там с этим водилой уже договорились и со мной в игры решили поиграть?

‒ Что вы, никогда, Кенжетай Садвакасович! Просто, я же говорил вам, что он уже не подпускает меня к важным делам акимата. Дает только огрызки, если можно так выразиться, ‒ пожаловался Алибек.

‒ Значит, ты слабак! ‒ жестко заявил тесть. ‒ Как мне, во-первых, дальше тебе доверять и во-вторых, буду ли я тебя после этого поддерживать?

‒ Предлагаю свергнуть Руслана, подставим его! ‒ пытаясь скрыть волнение, без запинки отчеканил Алибек.

‒ Что ты сказал? Свергнуть?

‒ Да, свергнуть! Нужно наказать предателя.

‒ Ох, какой ты жесткий, даже жестокий. Ты посмотри на него! Подожди, ты мне по защищенной линии звонишь? ‒ тревожно спросил тесть.

‒ Конечно, не переживайте, ‒ успокоил его Алибек.

‒ Сам хочешь акимом стать?

‒ Да, и дать вам возможность построить этот торговый центр.

‒ Дальновидный ты, мыслишь стратегически, наперед. Ну, и какой у тебя план?

‒ На взятке его поймать.

‒ Да ну, не смеши. Ты же видишь, он старается выглядеть честным. К тому же, он ведь не тупой и знает, что за ним ведется наблюдение.

‒ Я знаю его комплексы, на них и надавим. У него ведь только зарплата и еще маленький бизнес, который он курирует через своих людей. Этих денег ему явно недостаточно, он не может осуществить свою давнюю мечту.

‒ А что он хочет? Может, дадим ему это в обмен на разрешение строительства торгового центра?..

‒ Вы же знаете, он не согласится.

‒ А кто даст ему эту взятку?

‒ Я сам этот вопрос отработаю и доложу вам.

План расправы с акимом вырисовывался у Алибека еще со вчерашнего дня. Самым главным в нем было угадать с тем человеком, который убедит Руслана взять взятку. Он рассмотрел разные кандидатуры, всего около десяти человек, и остановился на молодом известном бизнесмене Талгате Байдаулете. Выходец из Кызылтау, этот человек, как говорили в народе, сделал себя сам, и на сегодняшний день имел по всей области несколько отелей и ресторанов. Алибек знал его очень хорошо, в школьные времена они были одноклассниками и к тому же друзьями. Учитывая важность предстоящей беседы, Алибек пригласил друга-предпринимателя к себе в «Серый дом».

Одноклассник подъехал ближе к вечеру. «К вам пришел Талгат Байдаулет», ‒ сообщили из приемной.  «Быстро пропустите его!» ‒ строгим голосом приказал своей секретарше Алибек. Через минуту в дверь кабинета постучали — вошел Талгат. Алибек выскочил из-за стола и с улыбкой стремительно подошел к нему:

‒ О-о-о, Талгат, брат! Здравствуй, дорогой! Сколько лет, сколько зим!

‒ Алеке, здравствуй, брат! Действительно, давно не виделись!

Одноклассники обнялись, как братья или близкие друзья, которые не видели друг друга долгое время.

‒ Как ты, Таке? Как жизнь? Всегда радуюсь твоим успехам в бизнесе!

‒ Спасибо, Алеке! Все отлично! Вот только сегодня утром прилетел из Нью-Йорка, был на обучении, на бизнес-курсах. Сам как, брат?

‒ Спасибо, все хорошо! Как сам видишь — заместитель акима!

‒ Ты молодец, Алеке. Я помню, ты еще со школы говорил, что станешь политиком, вот и идешь этим путем. Всегда горжусь тобой и говорю всем: это мой друг!

‒ Спасибо, друг. Конечно, пока летать, как ты, по заграницам, я еще не могу. Сам понимаешь, власть есть власть, стоит потерпеть. Но жертва этого стоит, ‒ рассмеялся Алибек.

‒ Да, ‒ понимающе кивнул Талгат. ‒ Как дети, супруга?

‒ Все хорошо, спасибо. А ты еще не женился?

‒ Нет, не спешу пока. Так сказать, еще не нагулялся.

‒ Вот, Таке, смотрю я на тебя и завидую. Ты свободный независимый человек. Никому ничем не обязан. Над тобой нет начальника, всяких этих нудных отчетов. Нет жены, которая каждый день, извини за выражение, «выносит мозг», говоря о том, что хочет шубу или заграницу. Не сидишь, наверное, в кабинете целыми днями на одном месте. Ложишься спать и встаешь, наверное, когда хочешь? ‒ Алибек с искренней завистью смотрел на старого друга.

‒ Да, ты прав, ‒ подтвердил Талгат. ‒ Я ложусь в два, в три, иногда в четыре утра и просыпаюсь к обеду.

‒ Ой, завидую я тебе, брат. Иногда думаю бросить, что ли, все, и податься в бизнес.

‒ Ну, не знаю, Алеке. Это никогда не поздно, конечно. Но поверь мне, будет нелегко. Ты столько лет в этой системе. И выйти из нее, стать другим, не серым и подотчетным, а жизнерадостным и креативным, будет нелегко.

‒ Да, понимаю. Ну, я это так. Может, просто давно не отдыхал, устал. В отпуск надо.

‒ Давай вместе отдохнем, ‒ предложил Талгат, ‒ когда у тебя отпуск?

‒ Да вот, думаю, через месяц взять, что ли.

‒ Алеке, я лично займусь твоим отпуском. Давай куда-нибудь слетаем, скажем, на море. Все за мой счет.

‒ Нет-нет, спасибо, ‒ стал отнекиваться Алибек.

‒ Да не переживай так. Помнишь, как ты мне помог построить здесь гостиницу? Тогда ты сказал, что это твоя помощь другу, и мы все решили по телефону. Мне теперь даже как-то неудобно, я перед тобой в долгу. Вот и давай отблагодарю по-человечески.

‒ Нет-нет. Ты, что Таке… Не говори такое.

‒ Брат, обижаешь.

‒ Таке, лучше помоги мне в другом, ‒ неожиданно попросил Алибек.

‒ В чем, Алеке, говори! Всем, чем смогу, помогу.

‒ У меня сейчас положение шаткое, аким близко к себе не подпускает. Я теперь, как парадный заместитель. Да еще сверху давит тесть, заместитель акима области, по своим бизнес-делам.

‒ Можешь поподробней? ‒ нахмурился Талгат.

‒ Да, конечно. Ребята тестя хотят построить в нашем городе торговый центр. А место, которое они выбрали, вроде, говорят, историческое.

‒ Да, я слышал, там, вроде, была ставка Кызыларыстан батыра.

‒ Верно, и вот тут конфликт. Руслан не собирается давать разрешение на строительство. Не хочет потерять авторитет среди народа, об имидже больше думает.

‒ Чем я могу помочь?

‒ Тесть скинуть его хочет, ‒ нарочито спокойно сообщил Алибек.

‒ Скинуть? Ничего себе у вас тут интрижки, прямо, как в кино! А я-то чем могу помочь?

‒ Я должен выступить палачом, или не видать мне большой власти.

‒ Дальше, ‒ напряженно произнес Талгат, понимая, что Алибек готов сказать что-то важное.

‒ Прошу стать тебя моим орудием. Руслан мечтает о большом особняке, даже замке за городом в лесу. Денег на это у него нет. Предложи ему сумму, которую он сам захочет попросить и перед этим намекни, что просить он может безгранично. Взамен он даст тебе разрешение на постройку гостиницы.

‒ На месте ставки?

‒ Нет, рядом есть еще одно место, такое  же спорное. Но оно еще не так раскручено. Сделай так, чтобы он клюнул и согласился, ты же понимаешь?

‒ Ну, ты даешь, Алеке, во что же ты хочешь меня втянуть?

‒ Это будет подстава, брат. Просто поймаем его на взятке и его закроют. Я стану акимом. А ты построишь в области город-аттракцион для детей, о котором мечтаешь, я тебе помогу.

‒ Ну, ты страшный человек, ‒ покачал головой Талгат. ‒ Неужели это власть тебя так одурманила?

‒ Да, запах власти дурманит, но на вкус это что-то другое, ‒ усмехнулся Алибек.

‒ В тяжелое положение ты меня поставил, Алеке.

‒ Брат, ты поможешь мне?

‒ Ну, не знаю, ‒ задумался Талгат.

‒ Пожалуйста, Таке, ‒ Алибек посмотрел на старого друга жалостливыми глазами.

‒ Хорошо, друг, я помогу, ‒ сдался Талгат. ‒ Ну, блин, ты смотри, не угробь меня. Я надеюсь на тебя.

‒ Не переживай, друг. Ты станешь еще богаче и успешнее, ‒ успокоил Алибек.

‒ Надеюсь на тебя, друг.

‒ Спасибо за помощь и доверие. Давай завтра встретимся в кафе и обсудим детали.

‒ Лучше у меня.

‒ Ок, давай. Я распишу тебе план.

‒ Договорились.

Пожав друг другу руки и обнявшись на прощанье, Талгат и Алибек расстались.

Проводив друга до двери, Алибек не выдержал и подошел к окну, наблюдая, как Талгат выходит из «Серого дома». Лишь убедившись, что тот сел в свою машину и уехал, он успокоился окончательно.

Встреча подняла настроение Алибека на небывалую высоту. Расхаживая в состоянии эйфории по кабинету и воображая, что победа уже у него в кармане, он видел себя без пяти минут акимом города Кызылтау. «Олимп «Серого дома» будет моим!» ‒ вслух произнес Алибек, остановившись перед зеркалом, и в знак восхищения подмигнул сам себе. Немного успокоившись, он позвонил своему тестю и заверил того, что подготовительный этап пройден, теперь осталось только реализовать операцию.

Тем временем Руслан, сидя, как ни в чем не бывало, в своем кабинете, не подозревал, что уже в ближайшие дни его попытаются свергнуть с трона. Сознательно пойдя на открытый конфликт с заместителем акима области, он понимал, что рано или поздно случится что-то подобное, но старался не думать об этом. Аким хорошо представлял, что только дальнейшее увековечивание памяти великого предка даст ему хорошие козыри в борьбе с областной мафией. Пролистав подготовленные Арманом планы мероприятий и изучив проекты, посвященные 300-летию Кызыларыстан батыра, Руслан решил предложить назвать именем батыра один из главных проспектов города. Звучало это неплохо, в духе времени. Взвесив все за и против, он пригласил к себе депутатов маслихата, интересовавшихся вопросами культуры и истории, интеллигенцию и самого потомка батыра, рассказав им о своей идее.

Выслушав предложение акима, расчувствовавшийся потомок Кызыларыстан батыра высказался со всей откровенностью:

‒ Руслан, сынок. Я знаю, что кое-какие бизнесмены хотят построить торговый центр на месте ставки Кызыларыстан батыра. Знаю и то, что ты не позволяешь этим бесстыжим предателям нации реализовать свои планы. Поэтому я всегда молю Создателя, чтобы он поддерживал тебя.

‒ Большое спасибо вам. Да, есть силы, которые хотят этого, ‒ подтвердил Руслан, ‒ но я не дам им это сделать. Тем более, когда есть такая поддержка в лице интеллигенции, депутатов и, самое главное, народа. С вами я ничего не боюсь!

‒ Я тебе еще вот что хочу сказать, сынок. Я знаю, среди молодежи создается движение по защите данного объекта. Если вдруг что-то пойдет не так, то не только молодежь, но и взрослое поколение будет готово выйти на площадь и потребовать, чтобы некоторые убрали свои грязные руки от исторического места. Люди могут взбунтоваться, с этим нельзя шутить.

‒ Спасибо за информацию, ‒ поблагодарил аким. ‒ Я все знаю и поэтому не отступлю.

Произнося эти слова, Руслан нисколько не лукавил. Он действительно верил в это и жил этими мыслями всё последнее время.

На следующий день Алибек встретился с Талгатом, и они обсудили детали предстоящей операции. Информация о взятке должна была попасть в антикоррупционную службу области через секретные каналы тестя Алибека. Там было уже все отработано, об этом Кенжетай Садвакасович позаботился лично.

Днем в четверг Талгат подъехал к «Серому дому». Он вышел из машины, держа в руках черный кейс. Погода стояла теплая, ярко сияло солнце. Чтобы поднять тонус перед предстоящей беседой с акимом, Талгат немного задержался перед зданием и в задумчивости обвел его глазами. «Серый дом» ему никогда не нравился. С одной стороны, он понимал, что это символ власти и здесь решаются судьбы многих (если не всех) людей города. И главное, в этом самом месте ему когда-то помогли стартовать в бизнесе. С другой стороны, он испытывал отвращение к нему, хорошо зная о царящем здесь беспределе, иногда даже попахивающим кровью. Сейчас это здание просто давило на него, и он бы охотно побыстрей сбежал отсюда.

Наконец, собравшись с духом и сделав три глубоких вдоха-выдоха, он поднялся по лестнице вверх к центральному входу. В здании его встретила охрана, Талгат представился — его сразу же пропустили. Не спеша поднявшись на третий этаж, он подошел к приемной акима и открыл дверь. Сидевшая за столом секретарша с серьезным видом попивала водичку из пластикового стакана. Талгат представился. Позвонив акиму, секретарша доложила, что подошел Талгат Байдаулет. Аким приказал: «Пропустите, пусть заходит». Талгат медленно, будто сомневаясь, зашел в кабинет акима. К лацкану его пиджака был прикреплен микрофон, через который Алибек, сидя у себя в кабинете, слышал все происходящее.

‒ Здравствуй, Талгат! ‒ поприветствовал его Руслан.

‒ Здравствуйте, Руслан Есенович! ‒ почтительно ответил тот.

‒ Рад тебя видеть, дорогой! Ну, присаживайся!

‒ Спасибо, я тоже рад вас видеть, Руслан Есенович.

‒ Ну, слушаю тебя.

‒ Руслан Есенович, я по тому вопросу, который мы с вами вчера обсуждали.

‒ А, вспомнил, ну что, ты принес?..

Следует заметить, что разговору в кабинете акима предшествовали весьма важные события. Незадолго перед тем, как приехать в «Серый дом», Талгат позвонил Алибеку, сообщив, что уже встретился с Русланом у себя в отеле, и они договорились. Такая постановка вопроса Алибеку не понравилась. Он посетовал Талгату, что тот не предупредил его об этой встрече заранее, ведь ситуация могла выйти из-под контроля. Талгат успокоил друга, сообщив, что беспокоиться не стоит — жертва клюнула.

‒ …Да, конечно, принес! Столько, сколько вы просили, ‒ продолжил Талгат в кабинете акима.

‒ Ну, молодец. Давай, показывай свои лимоны.

От этих слов у подслушивающего разговор Алибека сразу участилось сердцебиение, а галстук так сдавил горло, что стало трудно дышать. К тому же, томясь в ожидании момента истины, он выпил целых три бутылки воды и теперь страшно потел. Но сейчас это было неважно. Нетерпеливо расслабив галстук и расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, Алибек прижал наушник ближе к уху, стараясь не упустить ни одной детали. Очень скоро он получит власть! Оставалось немного…

Талгат открыл кейс, и Руслан, посмотрев внутрь, заметил:

‒ Вот это лимоны, блестят, как золото!

Услышав это, Алибек подумал: «Вот и все, Руслану пришел конец, сейчас он попадется».

Между тем Руслан продолжил:

‒ Да, люблю я чай с лимончиком, этого мне хватит надолго, Таке. Спасибо.

Надо заметить, что в кейсе действительно лежали не деньги, а обыкновенные лимоны. Перед входом в акимат Талгат сфотографировал кейс лишь снаружи и отправил это фото Алибеку. Доверившись Талгату, тот не стал просить его сделать фотографии пачек с денежными купюрами, которые должны были находиться внутри.  Последняя фраза насторожила Алибека. Что-то не связывалось в его сознании. И в этот момент Руслан произнес его имя:

‒ Алибек!

Это прозвучало как гром среди ясного неба! В испуге Алибек вскочил со своего кресла. Руслан спокойно продолжил:

‒ Знаешь, что я сейчас сделаю, Алибек? Это ты сейчас увидишь. Я покажу средний палец на руке в сторону той камеры в углу, которую вы со своим гребаным тестем установили. Вы что думали, я какой-то там пацан? Нет, я же, блин, водила! Водила! Вот, кто я для вас. Но вы проиграли. Да, я водитель, да, я у руля, но у руля в этом городе! Я здесь всем рулю! Поэтому я вас двоих переехал!

От услышанного Алибек оказался в шоке и в бешенстве закричал: «Предатель!», имея в виду, конечно, Талгата.

Словно услышав его крик, в этот момент заговорил Талгат:

‒ Алеке, брат, ничего личного — это бизнес. Во-первых, Руслан Есенович предложил мне лучший вариант для расширения моего дела. Во-вторых (и думаю — это самое главное), я давно уже встречаюсь с родной сестренкой Руслана Есеновича, и мы скоро сыграем свадьбу. Алеке, я же не могу кинуть своего шурина, тебе это должно быть знакомо. Но ты не переживай, замом акима я быть не хочу, политика все-таки не мое. Теперь твоя судьба в руках Руслана Есеновича. Может, он тебя и простит, кстати, я попросил его об этом.

‒ Нет, Алибек, не прощу, ‒ вмешался Руслан. ‒ Собирай свои вещи и чтобы я тебя не видел в этом здании. Ты больше не заместитель акима города и передай своему тестю: пусть не сует свою толстую шею в мой город.

Поставив точку в разговоре, будущие родственники облегченно рассмеялись.

 

Выслушав Руслана с Талгатом, Алибек бросился стремглав из «Серого дома» и, сев в свою машину, направился в областной центр. Он так вспотел, что теперь вся одежда на нем неприятно липла к телу. В очередной раз Алибек убедился, что доверять нельзя никому и размышлял, как поступить дальше. Его надменный нрав, помноженный на амбиции, не позволял признать свое поражение. «Я не уступлю в этой игре. Я не сдамся и пойду до конца», ‒ думал он, все сильнее давя педаль газа.

С неприятным делом было покончено, Руслан и Талгат решили выехать за город, чтобы спокойно отдохнуть и заодно обсудить планы на будущее.

В 20.00 Алибек уже находился в областном центре, дома у своего тестя. Расположившись на диване, они с Кенжетай Садвакасовичем включили итоговый выпуск новостей. Передача началась со срочного сообщения:

В автокатастрофе скончался аким города Кызылтау Руслан Балтабаев и известный предприниматель Талгат Байдаулет. По словам очевидцев, авария произошла на основной областной трассе. Машина акима ехала по своей полосе, не нарушая правил. Неожиданно на встречную полосу выскочил грузовик и, не снижая скорости, лоб в лоб столкнулся с машиной акима. Удар был такой силы, что машина акима сложилась, как гармошка. Люди, бывшие в ней на тот момент, — аким, бизнесмен и водитель — скончались на месте. Как выяснилось, водитель грузовика, дальнобойщик, был трезвым. По его словам, он не спал всю ночь. Ему показалось, что он на секунду просто закрыл глаза, и тут раздался удар. Он ничего не понял...

Кенжетай Садвакасович взял пульт и выключил телевизор. Алибек напряженно посмотрел на тестя и отвернулся. Лицо его покраснело, в глазах стояли слезы.

‒ Ну, ты молодец, Алибек, настоящий мужик, ‒ усмехнулся Кенжетай Садвакасович.

‒ Что, какой молодец? Я теперь убийца! ‒ выкрикнул Алибек в ответ, и слезы в три ручья хлынули у него из глаз.

‒ Ну, все, соберись, не будь тряпкой, ‒ громко крикнул Кенжетай Садвакасович, протягивая ему стакан виски. – На, выпей и расслабься. Ты все сделал правильно, через такое все проходят. Думаешь, я такого не видел и не делал? Самое главное — ты отстоял свою власть. Точнее, теперь еще больше власти получишь. Ты сам-то понимаешь, что теперь будешь акимом города? Это огромная власть, Алибек. Тут по-другому никак. Или ты, или тебя, других вариантов нет. Хотя бы один раз зевнешь, все эти шакалы этим воспользуются и сожрут тебя.

‒ М-хм... ‒ немного успокоившись, Алибек издал непонятный звук.

‒ Я знал, что твой первый план не сработает. Но когда ты мне во время того разговора сказал, что у тебя есть второй план, план «Б», да еще с таким сценарием, я, во-первых, был удивлен, какой ты кровожадный, на все пойдешь ради власти, а во-вторых, понял, что только второй вариант самый приемлемый.

Чтобы понять, откуда взялся этот план «Б», необходимо вернуться к тому времени, когда события только начали разворачиваться. После первого разговора с Талгатом Алибека мучили сомнения: да, он знает его, да, когда-то они были друзьями. Но они уже давно не общались, к тому же Талгат любит деньги больше, чем свою жизнь. И тогда у Алибека мелькнула шальная мысль: если все пойдет не по плану, нужно будет избавляться от всех свидетелей, соперников и предателей. Решиться на такое можно было лишь в крайнем случае. Спустя полчаса Алибек перезвонил тестю и, рассказав о новом плане, заручился его поддержкой. Воспользоваться планом он не предполагал и только после издевательских слов, сказанных Русланом и Талгатом в камеру, решил, что им не жить.

…Прошли три недели. Алибек, бывший до этого временно исполняющим обязанности акима города Кызылтау, был официально назначен акимом. Он стал самым главным человеком в городе и получил вместе с кабинетом в западной части «Серого дома» власть, о которой давно мечтал. Олимп «Серого дома» теперь принадлежал ему.

Первое назначение нового акима никого не удивило — своим заместителем он сделал Армана. После долгих раздумий, подпускать ли его ближе к себе и к власти, не пригреет ли он змею на груди, Алибек все же решился. Он понимал, что Арман очень хороший работник, настоящий профессионал и к тому же предан своему делу. И, конечно же, нужен человек, который будет работать. Арман подходил на эту должность, и Алибек знал, что сильных нужно держать рядом с собой.

Еще через пару дней он назначил нового второго заместителя акима по экономическим и социальным вопросам. Это была его давняя подруга, до этого работавшая в области, звали ее Еркеназ Абдуали. Поговаривали, что когда-то между ними случился бурный роман, но тогда им пришлось расстаться. Алибек был женат и не мог бросить Асем, понимая, что без тестя он никто. Все это время они продолжали встречаться тайком. Учитывая, что Еркеназ слыла крепким профессионалом и, самое главное, была верна ему, Алибек решил приблизить ее к себе.

Арман был рад — все шло по плану. Оставаясь в тени, он достойно прошел через все испытания и не только сохранил власть, которую уже имел, но, став заместителем акима города, значительно приумножил ее. День ото дня час мести приближался, теперь уже семимильными шагами. К этому событию Арман готовился очень серьезно. Удар, который он собирался нанести, должен был быть сокрушительным и ужасным, и все сразу поймут, что с ним шутки плохи. Все это время запах власти будоражил его. Теперь пришло время попробовать ее на вкус.

 

 

 

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.

ВКУС ВЛАСТИ

 

Прошло более трех лет с тех пор, как Алибек стал акимом города Кызылтау, а Арман его заместителем. За это время удалось реализовать практически все из одобренного еще экс-акимом, покойным Русланом. Но, несмотря на все успехи, помноженные на личную преданность, Алибек старался не подпускать своего зама слишком близко к Олимпу. Арман рос стремительно и очень скоро мог превратиться в опасного конкурента. К тому же Алибек остерегался, что однажды всплывет старая история, и Арман узнает имя убийцы своего друга. Хитроумному и осторожному Алибеку даже в голову не приходило, что его заму все давно известно, и он лишь ждет часа, когда получат по заслугам Аскар и, конечно же, сам Алибек, намеренно скрывший само преступление и преступника.

Опасался аким не зря, годы государственной службы не прошли для Армана даром. Юношеские мечты выпускника вуза о грядущей карьере рассеялись, а их место занял неоценимый опыт. Теперь Арман хорошо представлял, как функционирует властная структура, как выстроена вертикаль власти, на что необходимо делать упор в первую очередь, когда готовишь официальные документы, и с кем в области нужно налаживать контакты, чтобы продвигать свои идеи и интересы.

Всю последнюю неделю на душе Армана было неспокойно. Время словно повернуло вспять, и уже несколько ночей подряд его преследовал один и тот же кошмарный сон, в котором раз за разом он видел момент гибели Ербола. Ему хотелось подбежать, чтобы предупредить друга о грозящей опасности, но ноги не слушались его; закричать, что есть силы, но из груди вырывался лишь шепот. Не в силах помешать, он лишь наблюдал со стороны, как машина сбивает Ербола и девушку, и после этого слышал, как тот говорит с укоризной:

‒ Брат, почему ты еще ничего не сделал? Почему не вспоминаешь обо мне? А где же твоя клятва? Выходит, вкус власти так приятен, что ты забыл о друге и обещании?

‒ Что ты, брат! Я все помню! ‒ пытается возразить Арман. ‒ Я уже окреп и готов! Но...

‒ Что«но», Арман? Что «но»? Ты боишься? Не хочешь рисковать и терять власть? Или покровитель убийцы твоего друга заменил тебе меня?

‒ Нет, брат, что ты такое говоришь? Я уже готовлюсь. Скоро все будет сделано. Я отомщу за тебя! Поверь мне, брат!

‒ Я разочарован в тебе, Арман...

Произнеся эти слова, Ербол исчез...

…От страха Арман закричал и, мгновенно проснувшись, весь в липком поту соскочил с кровати. Из глаз его градом катились слезы. От крика мужа проснулась Айсулу. Недоуменно поглядев вокруг, она увидела стоящего в беспамятстве Армана с мокрым от слез лицом.

‒ Дорогой, что случилось? С тобой все в порядке? ‒ испуганно спросила Айсулу.

‒ Всё хорошо, не переживай, ‒ успокоил ее Арман. ‒ Извини, что напугал. Это просто кошмар, страшный сон.

‒ Арман, это уже не впервые. Может тебе взять отпуск, отдохнуть?

‒ Айсулу, я же сказал, не переживай, спи.

Но покой в доме был уже нарушен. Услышав шум, проснулся сынок Ербол, которого Арман, как и обещал, стоя у могилы, назвал в честь друга. Айсулу направилась к нему. Часы показывали четыре утра. Арман вышел в зал и лег на диван, но, как ни пытался, уснуть так и не смог. Чтобы как-то успокоиться, он решил принять душ и выпить чего-нибудь. Экстренные меры возымели действие. Проспав после душа еще пару часов, он проснулся в совершенно другом настроении и на служебной машине отправился в акимат.

В Кызылтау назревали перемены. В маслихате города числилось шестнадцать депутатских мест. После недавних выборов одиннадцать мандатов получили представители основной политической силы страны, Республиканской партии Казахстана, три места — партия «Путь предков», критики называли их радикальными патриотами. Оставшиеся два депутата были избраны от партии социал-демократов.

На этих выборах Арман проделал огромную работу. Именно благодаря его рекомендации секретарем городского маслихата выбрали Ерхана Кызыларыстана, младшего сына уважаемого аксакала города Смагула Кызыларыстана. Познакомились они на одном из мероприятий в дни празднования трехсотлетия Кызыларыстан батыра и с тех пор поддерживали дружеские отношения.

Ерхан имел диплом юриста-международника, он окончил университет в Вашингтоне. Владея собственным небольшим бизнесом, он не зависел от властных структур и позиционировал себя как патриот. Во всех выступлениях Ерхан не только затрагивал темы развития языка, культуры и традиций, но и внес личную лепту в установку памятника своему великому предку Кызыларыстан батыру. Отдав дань государственной службе на посту руководителя Отдела культуры города Кызылтау, он занялся политикой и уже пять лет являлся депутатом городского маслихата от Республиканской партии Казахстана. В сорок один год Ерхан Кызыларыстан имел семерых детей, ему хотелось спокойной жизни без интриг, которые успели поднадоесть на государственной службе, поэтому стать секретарем маслихата он согласился с трудом.

Обсуждая с акимом кандидатуры, Арман объяснил свой выбор необходимостью заработать побольше баллов перед электоратом. В последние годы идея патриотизма становилась все более популярной, и выдвижение потомка батыра на должность секретаря маслихата одобряло большинство горожан. После долгих раздумий Алибек согласился. Он понимал, что иногда для удержания власти нужно идти на риск. Кандидатура Ерхана могла не понравиться Кенжетаю Садвакасовичу, который еще не отказался от мысли построить торговый центр на месте ставки Кызыларыстан батыра. Назначение на такую ключевую должность одного из потомков батыра он мог воспринять, как удар в спину, поэтому Алибек, прежде чем дать согласие, позвонил тестю. К большому удивлению, тот был не против и даже похвалил зятя, сказав, что это хороший политический ход. Объяснялось дело просто: Кенжетай Садвакасович сам решил на какое-то время заморозить свой проект, чтобы не потерять влияние в важном городе области.

У Армана было иное видение проблемы, другие цели и планы. Он понимал, что пришла пора формировать команду из своих сторонников, поэтому не только провел большую работу по утверждению кандидатов от РПК, но и через разные каналы помогал кандидатам во время агитационного периода. Для более эффективной предвыборной работы Арман предложил Алибеку вариант, при котором он должен был стать председателем Кызылтауского городского филиала Республиканской партии Казахстана. С точки зрения политтехнологии ход был правильным, и Алибек его одобрил, а Арман тем самым лишь упрочил свое положение. Теперь в его распоряжении находился весь городской партийный аппарат в количестве 17 человек. На основные позиции он расставил своих людей, в основном бывших однокурсников-политологов.

Во время предвыборной агитации Арман непрерывно интересовался новыми трендами в политтехнологиях, в частности, как в настоящее время работают в социальных сетях. Он все больше убеждался, что эта новая сила в будущем будет влиять на политические процессы по всему миру. Ему пришлось несколько раз съездить в столицу на тренинги известных британских политических консультантов, которые рассказывали, как использовать социальные сети в политике, о британском и мировом опыте. Пополняя багаж знаний, Арман готовился к мести по всем фронтам. Не останавливаясь ни на секунду, он накачивал свои политические мускулы, но делал это аккуратно. Создав имидж верного помощника акима, он постепенно так вошел в доверие, что через некое время Алибек уже не мог без него обходиться. Некоторые сотрудники отмечали в этом схожесть с методами, которые использовал покойный экс-аким Кызылтау Руслан Всемогущий. Но сам Алибек так не считал. Он всегда утверждал, что Арман — интеллектуал, а Руслан был простым водителем. Арману цитата понравилась, и через своих людей он стал тиражировать ее среди правящих кругов города и области.

После победы на выборах (а это была в прямом смысле победа Армана), он почувствовал себя не просто уверенно, ему стало казаться, что он похож на осьминога, повсюду протянувшего щупальца. В руках Армана сосредоточилась огромная власть, идеологическая и партийная. А теперь еще и маслихат оказался под контролем: секретарь ‒ его друг, шестеро из одиннадцати депутатов от РПК, которых он лоббировал, его не просто поддерживают, а можно сказать, являются союзниками. Да и три депутата от партии «Путь предков» тоже на его стороне, поскольку эта партия позиционирует себя как истинно патриотическая и хочет возродить былое величие предков, когда тюрки правили всей Евразией.

Партийной работой Арман интересовался давно, но как на самом деле функционируют филиалы самой большой политической силы в стране, представлял себе плохо, поэтому после выборов он каждую субботу стал посвящать филиалуРПК. Повседневную работу там вел его заместитель, однокурсник Адилет Еркенже, который теперь каждую неделю ему отчитывался. Тот начинал карьеру в молодежном отделении партии, потом устроился в филиал и до назначения заместителем председателя занимал должность Заведующего Отделом идеологической работы.

В повседневной партийной деятельности Армана удивляло многое и однажды он запросил у Адилета информацию о деятельности самой партии и городского филиала.

‒ Вам что, делать больше нечего? ‒ поинтересовался он у Адилета, изучив документы.

‒ В смысле? Ареке, видите же, сколько работы, сколько проектов! ‒ удивленно ответил тот.

‒ Адилет, я вижу, что работы много, но не могу понять, зачем вы все так усложняете. Ни одна партия в мире так не работает! Ты же сам стажировался в Великобритании, там партии работают совсем по-другому.

‒ Ареке, когда я руководил отделом, почти каждый день пытался объяснить области, иногда и работникам Центрального офиса в столице, что мы не должны так работать, приводя в пример Британию… но всё напрасно.

— Вот смотри, – продолжил с возмущением Арман. ‒ У партии пятнадцать так называемых проектов по разным направлениям, да еще с громкими и красивыми названиями. Но ведь все эти проекты дублируют государственные органы! По всем этим направлениям работают министерства, акиматы, управления, отделы. Зачем в нашей партии, словно больше нечего делать, создают аналогичные проекты по направлениям, по которым уже работает государство?! Во-первых, смотри, Адилет, мы ‒ правящая партия! Да?

‒ Да, Ареке.

‒ И вот мы имеем большинство в парламенте, мы сформировали правительство, почти все акимы всех уровней и депутаты маслихатов наши. Ведь так?

‒ Совершенно верно.

‒ Ну, тогда почему мы не используем этот потенциал правильно? У меня такое ощущение, что наш Центральный офис не понимает, что делает. Я даже сам запутался! Существуют общественные фонды и организации, которые работают совместно с госорганами, партия даже их работу дублирует. Я вообще не понимаю, кто это все придумал?

‒ Ареке, я с вами полностью согласен!

‒ Я просто в шоке, неужели они этого не понимают? Зачем все эти комиссии, заседания, советы при партии? Есть же в маслихатах наши фракции? Почему бы не использовать реальную власть? Я наблюдаю за страничкой нашего филиала в социальных сетях, вы вечно проводите за столом какие-то посиделки, да еще с такими умными лицами. Для чего это все?

‒ Я с вами на все сто процентов согласен и так же, как и вы, этого не понимаю, но поделать ничего не могу. Иногда такое ощущение, что и в Центральном офисе партии, и у нас здесь в филиале люди этого не понимают. Они меня даже ненавидеть начали, будто бы я самый умный. В особенности бывший заместитель председателя, который здесь был до меня, вы его хорошо знаете...

‒ Да, Мурата знаю и не переношу его, ‒ кивнул Арман.

‒ Помню, когда я один раз на планерке поднял этот вопрос, так он перед всеми сильно меня отругал. Потом завел к себе в кабинет и продолжал ругать, даже стал угрожать. Мне показалось, что он меня хочет ударить. А ведь я тоже неуступчивый, знаете же, Ареке. Стоял и что-то отвечал ему. Я думал, он меня уволит, но благодаря вам я остался. Так вот, он мне сказал, что за свои пятьдесят семь лет многое повидал, что он меня закатает в асфальт, что, оказывается, я выскочка, считаю себя самым умным и так далее…

‒ Ну, я помню. Когда он позвонил мне, я сказал ему, чтобы он тебя не трогал.

‒ Они и в Центральном офисе, и на местах все такие. Только для галочки, для отчета работают.

‒ Ну, понятно, если руководят такие, как Мурат. А почему ты мне не сказал, что он хочет закатать тебя в асфальт? – засмеялся Арман. ‒ Почему?

‒ Вы уже заступились, я не стал усугублять… мне же предстояло с ним еще работать. Поэтому еще раз хочу выразить вам свою благодарность.

‒ Да я бы его сам закатал в асфальт... – Арман сделал паузу, улыбнулся и тихо добавил: – Ну, в принципе, я Мурата и закатал, поставив тебя на его место, ‒ и они рассмеялись.

Вопросов по существу накопилось много, но поразмыслив, Арман решил, что обострять отношения с Центральным офисом пока ни к чему. Нужно сохранить видимость декоративной деятельности для отчетов в центр, а самому переформатировать работу в филиале. Это он поручил Адилету, сказав, что необходимо изучить опыт Великобритании, США, Германии и других ведущих стран и уже в следующую субботу представить свои соображения.

Домой Арман вернулся очень уставший. Пообщавшись немного с женой и сыном, он прошел в свой так называемый кабинет. Недавно семья переехала в четырехкомнатную квартиру, и Арман, давно мечтавший о личном пространстве, получил в свое распоряжение отдельную комнату. Вчера в его комнату привезли, наконец, диван, и теперь он мог там иногда даже поспать. Войдя к себе, он сел за стол в кожаное кресло и бросил взгляд на большой книжный шкаф размером от пола до потолка, где посередине, обособленно от других, стоял его Макиавелли. «Государя» он не читал давно. Арман подошел к книжному шкафу и взял книгу. Усевшись на диван, он решил начать с самого начала. Книга теперь воспринималась совсем иначе. Он читал так жадно и внимательно, что незаметно проглотил больше половины. В какой-то момент стало удобнее читать лежа, Арман сменил позу и незаметно уснул. Сон был необычным, как те, которые когда-то помогли ему принять правильные решения, и в то же время с элементами фантастики: никто и никогда не мог представить Никколо Макиавелли в степи, в казахской юрте!

В большой ханской юрте на троне восседал Никколо Макиавелли. Удивленно посмотрев по сторонам, Арман подошел к нему. Макиавелли заговорил первым:

‒ Ну что, непривычно?

‒ Да...‒ тихо ответил Арман.

‒ Мне тоже, если честно. Сколько мы с тобой не виделись? Год, два, три? Я что-то запутался.

‒ Вроде три.

‒ Вот видишь, даже сам уверенно сказать не можешь. Поэтому я и решил оставить Италию и пришел в вашу Великую степь. Мне здесь нравится. Кстати, люблю трактат о городе, который написал ваш великий исторический деятель Аль-Фараби. Читал?

‒ Да, конечно.

‒ Арман, ты молодец. Идешь правильным путем, делаешь все, как я писал. Но знаешь, тебе еще не хватает жесткости и хитрости. Не превратись, знаешь, в такого патриота и честного борца за справедливость. Это не нужно. Так ты далеко не пойдешь, тем более в вашей системе. Подумай над этим. Помнишь, как я писал в «Государе»? Цитирую свои великие строки, слушай: «Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса – волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков».

‒ Да, это я хорошо помню, ‒ кивнул Арман. ‒ Ербол любил цитировать эти строки.

‒ Помнишь, но слабо следуешь этим правилам, хотя, вроде пытаешься. Да, похвалю, результаты есть, но все равно еще мало в тебе от лисы и льва. Поработаем над этим. Еще раз повторяю, добавь хитрости и больше жесткости, даже жестокости. И разберись побыстрее с местью над врагами. Это тебе мешает мыслить более масштабно. Месть за Ербола не должна стать твоим финишем, она будет лишь началом твоего пути к большой власти. Ты уже попробовал власть на вкус и теперь знаешь, что это, и не хочешь потерять. Поэтому тебе нужно собраться и побыстрее отомстить. Отомсти им, и пусть это будет жестокая месть. Выпусти пар, Арман.

‒ Как? ‒ подхватился Арман.

‒ Думай! Думай! Думай! И еще...

‒ Что?

‒ Проснись, дорогой!

‒ Не понял, Никколо? Ты что?

‒ Дорогой, вставай...

Арман проснулся и увидел перед собой Айсулу. Она принесла ему воды:

‒ Дорогой, пойдем в нашу комнату, я соскучилась по тебе, уже три часа ночи, я устала ждать.

‒ Прости, дорогая, я сам не понял, как уснул. Сейчас приду, ты иди.

‒ Хорошо, жду, ‒ кивнула Айсулу и пошла в спальню.

Подойдя к окну, Арман задумался над сном. Он понимал, что пришло время начать действовать. Из некоторых источников он знал, что на днях в Кызылтау вернется Аскар и потому нужно приготовиться. Он давно разработал два плана: «А» и «Б». Теперь пришло время реализовать их.

 

***

Аскар вернулся в Кызылтау. Он не появлялся в стране с того дня, когда убил Ербола и Салтанат. Все это время он сначала жил в Великобритании, а потом в США. Помогал Алибеку укрывать Аскара его тесть Кенжетай Садвакасович. Годы, проведенные за границей, ничему не научили Аскара. Он по-прежнему много пил и, к тому же, пристрастился к тяжелым наркотикам. Алибек поджидал брата у себя в загородном доме.

Как только Аскар переступил порог, Алибек, окинув брата оценивающим взглядом, набросился на него:

‒ Ты не изменился, такой же жалкий, больной человек.

За годы вынужденных странствий Аскар сильно похудел и сгорбился, к тому же отрастил длинные волосы и бороду, объясняя это тем, что он, якобы, маскируется.

‒ Может, сначала поздороваешься, брат? ‒ пошатываясь, ответил Аскар. Он уже успел выпить полбутылки коньяка и еле стоял на ногах.

‒ Ты даже этого не заслуживаешь. Зачем я вообще прикрывал тебя все это время? Заберите его и поставьте под душ, ‒ приказал Алибек своим охранникам. – Пусть сначала отрезвеет.

Два здоровенных амбала взяли Аскара под руки и поволокли на второй этаж в ванную. По дороге он кричал и пытался сопротивляться. Почти насильно охранники поставили его под душ, дали выспаться и поесть, и снова привели к Алибеку. Тот приказал принести чая и начал разговор:

‒ Аскар, ты болтаешься в моей жизни, как лишняя деталь в автомобиле. Ты мерзкое падшее существо, которое могло, да и сейчас еще может испортить мне жизнь. Не будь ты моим братишкой, я бы давно задушил тебя своими руками.

‒ Что, брат, боишься власть потерять? ‒ криво усмехнулся Аскар. ‒ Кроме этого у тебя же больше ничего нет. Это твое все, и, кстати, благодаря твоей женушке.

‒ Рот закрой.

‒ Тебя же тесть поднял. Ты для него, как щеночек. Зятек, такой лояльный, поддакивающий.

‒ Рот закрой! ‒ громко крикнул Алибек и ударил Аскара. Пощечина была такой сильной, что на щеке остался покрасневший след ладони.

‒ Извини, брат, но это же правда. Зачем ты меня бьешь?

‒ Затем, что ты мне уже так надоел, что я готов прикончить тебя своими руками!

‒ Ну, давай, делай, мне уже все равно…

‒ Знаешь, ты даже не заслуживаешь того, чтобы я марался об тебя. Слишком дешево стоишь, братишка.

‒ Хм-м...

‒ Слушай сюда. С этого дня ты будешь под моим личным контролем. Эти ребята, – Алибек указал на двух подошедших охранников, – будут контролировать и охранять тебя, в первую очередь от самого себя. Если ты ослушаешься, я точно тебя прикончу. Постригись и побрейся, короче, приведи себя в порядок. Твое поведение должно быть безупречным. Мы готовим под тебя организацию, которая будет лечить алкоголиков и наркоманов. Ты должен стать ее лицом, примером для многих и, тем самым, восстановиться, как человек. И кстати, лечиться будешь сам. Ясно?

‒ В принципе, я не против, давай, попробуем, ‒ рассеянно кивнул Аскар.

‒ Да кто тебя спрашивает? Это приказ! ‒ рявкнул Алибек.

‒ Все, все, не заводись. Я тебя понял, не глухой.

‒ Давай, выполняй! ‒ Алибек встал с кресла и быстрым шагом направился к выходу.

В действительности никакой клиники не существовало и весь план был задуман Алибеком лишь для укрепления своего имиджа. Он уже давно мечтал о власти на областном уровне. Для этого было необходимо, как говорят англичане, «не оставлять скелетов в шкафу». По легенде, его брат, учась на Западе, пристрастился к наркотикам и так же продолжал пить. Потом начал лечение от наркозависимости и алкоголизма, и оно было успешным. Он стал другим человеком и теперь был готов помочь таким же бывшим наркоманам и алкоголикам, каким являлся сам. Презентовать данную организацию во главе с Аскаром планировалось через неделю, выпустив в местных средствах массовой информации так называемое интервью-покаяние.

Спустя неделю после сна о Макиавелли Арман вечером отдыхал у себя в кабинете. Дождавшись времени новостей, он от нечего делать включил местный канал и увидел на экране человека, которого при встрече готов был придушить собственными руками. Ухоженный Аскар в дорогом костюме рассказывал, как он исправился и теперь хочет помочь другим. От нахлынувшего негодования Арман так напрягся, что лицо мгновенно покраснело, а на висках вздулись вены. Сжав пульт в ладони, он в ярости швырнул его что есть силы в экран телевизора. Содержимое пульта вместе с батарейками разлетелось по всей комнате, а на экране появилась трещина. Телевизионное изображение пошло черными пятнами, но «ящик» еще продолжал работать. Тогда Арман подбежал к телевизору и, выдернув шнур из розетки, бросил его на пол и в приступе ярости начал топтать.

Выместив гнев на телевизоре, он сел на пол и стал приговаривать: «Я тебя со света сживу, я тебя убью, я отомщу за своего брата».

Арман понял, что пришло время стартовать плану мести.

 

 

***

Наутро Арман пригласил к себе в кабинет Адилета с целью обговорить планы по переформатированию работы партии. Тот подготовился к встрече и представил свое видение ситуации в виде плана, расписанного на десяти страницах. Просмотрев записи, довольный Арман заметил:

‒ Круто, Адилет, все идеально. Но ты сам прекрасно понимаешь, что выполнить его на все сто процентов, как в Британии, на данный момент не получится, может, когда-нибудь в будущем, но точно не сейчас.

‒ Да, вы правы, ‒ согласился тот. ‒ Я писал, прекрасно понимая, что это попахивает утопией.

‒ Поэтому, Адилет, слушай меня внимательно и записывай. Первое: усилить работу в социальных сетях. Нужно не просто сидеть в них и читать посты с комментариями, необходим анализ. Изучите аккаунты самых активных пользователей социальных сетей нашего города. Разделите их по группам и интересам: средний возраст пользователей, род занятий, на какие странички они подписаны, в каких группах состоят. Нам нужна полная картина. Второе: создать свой пул блогеров, влогеров, вайнеров, в основном из числа молодежи. Такие ребята есть, им просто нужна наша поддержка. Но не ломайте их, заставляя проводить нашу политику, просто сделайте их своими сторонниками. На следующей неделе я отправлю в филиал тренера по обучению работе в социальных сетях, он приедет из столицы. Соберите всех наших опытных активистов и молодых ребят, о которых мы говорили. Третье: усилить работу на идеологическом фронте, сделав упор на историю и патриотизм. Побольше постов в социальных сетях, видеоматериалов, передач на местном телеканале, общественных мероприятий исторической тематики. При филиале есть молодежное отделение, но оно слабое. Пусть дальше работают, отчитываясь в центр, пусть остаются декорацией. Молодежную линию тебе необходимо взять в свои руки. Создайте при филиале молодежное общественное движение «Воины Кызыларыстан батыра». Его нужно позиционировать как патриотическое, якобы созданное в рамках государственной программы «Великая история Великой страны». В принципе, пока достаточно, начинайте действовать в этих направлениях. Создай отдельную рабочую группу, верных людей набери, в основном наших, с депутатами сотрудничайте. Ясно?

‒ Ясно, сделаем. Мне лично очень понравилось, ‒ Адилет довольно улыбнулся. ‒ Но возникает вопрос, не будут ли нам мешать?

‒ Мешать не будут, ‒ твердо заявил Арман. ‒ Я все буду держать под своим личным контролем. Главное, делайте аккуратно и только с моим разрешением. Самодеятельностью не занимайтесь, без согласования со мной ни шагу.

‒ Понял вас.

‒ Каждый четверг будешь отчитываться, хорошо?

‒ Все будет сделано.

‒ Ну, давай, работайте! Вперед!

Отпустив Адилета, Арман крепко задумался. Он очень хотел стать акимом и в последнее время стал частенько задумываться над тем, что скоро возьмет в свои руки власть в городе Кызылтау, и кабинет на Олимпе «Серого дома» уже в шаге от него. Команду единомышленников удалось собрать внушительную: идеологический блок акимата вместе с основным костяком депутатов, секретарем маслихата и интеллигенцией города. Вдобавок ко всему, существовала армия в интернете, так называемые кибер-войска, о существовании которых никто не знал. Ими руководил верный помощник, двухметровый Ескендир. И самое главное — Арману доверяло большинство горожан.

Теперь, когда Арман оброс такой внушительной силой, он был готов к войне с Алибеком за власть. Оставалось дождаться удобного момента и откорректировать последние, но крайне важные детали.

***

После очередной встречи с людьми, лечившимися от алкоголизма и наркомании, Аскар двигался домой. Квартира находилась в центре города, и он попросил охранников не провожать его до двери, мол, дойдет сам. За последние дни Аскар сильно изменился и выглядел вполне адекватным, будто и вправду исправился. Успокоенные охранники укатили на машине, а Аскар, заскочив в квартиру, переоделся, натянул до глаз шапку, чтобы его никто не узнал и осторожно спустился в магазин за пивом. Купив три бутылки, он направился домой. Квартира находилась на третьем этаже. Зайдя в подъезд, Аскар не выдержал, открыл бутылку и в один присест осушил ее. Разглагольствуя среди пьяниц о вреде алкоголя, он сам мечтал о том, когда можно будет выпить. Вдогонку за первой бутылкой последовала вторая — по телу прокатилась приятная теплая волна. Медленно поднявшись еще на один этаж, Аскар открыл последнюю и только хотел сделать глоток, как перед глазами возникло нечто, похожее на привидение в белой маске. Аскар так сильно испугался, что бутылка вылетела у него из рук и разбилась, а пиво растеклось по полу.

Человек в черной одежде и маске Анонимуса неподвижно смотрел на него.

‒ Что за карнавал, ты меня напугал! ‒ испуганно прошипел Аскар. 

‒ Это не карнавал, ‒ ответил Анонимус. ‒ Это твой конец.

‒ Что ты сказал? – испуганно охнул Аскар.

В этот момент Анонимус резко нанес ему два удара в челюсть, сначала правой, а потом левой рукой. Аскар рухнул на колени и отключился, а Анонимус исчез.

Нокаут оказался неглубоким, спустя короткое время Аскар пришел в себя. Оказывается, он упал в пивную лужу, куртка с брюками пропитались и теперь неприятно пахли, но боли от порезов стеклом он не ощущал. «Хорошо, хоть в этом повезло», ‒ поглядев на бутылочные осколки, блестевшие совсем рядом, подумал он с облегчением и осторожно поднялся на ноги. Голова раскалывалась от боли. На площадке никого не было, и Аскар поспешил к себе в квартиру. Он никак не мог понять, что произошло. Существовал ли незнакомец в маске на самом деле, или пиво оказалось таким крепким, что он быстро опьянел и у него начались галлюцинации? Так и не придя ни к какому выводу, он лег спать.

Утром после недолгих размышлений Аскар все же решил, что это ему показалось. Он так долго не пил, что начинать сразу с крепкого пива было ошибкой. Благополучно разрешив мучительный вопрос, Аскар отправился в душ и, приведя себя в порядок, спустился к поджидавшей его машине.

По дороге он смотрел в окно и его настроение потихоньку улучшалось. Внезапно у него в мессенджере появилось сообщение с неизвестного номера. Увидев на экране аватарку с изображением Анонимуса, он вздрогнул от испуга. Под ней стояла подпись: «Ты еще жив? Мерзкая тварь!». Аскар так перепугался, что его прошиб холодный пот. Заметив, что он не в себе, охранники предложили остановиться, но Аскар, запаниковав, приказал ехать загород, чтобы подышать свежим воздухом и успокоиться. По дороге он не выдержал и чиркнул сообщение в мессенджере, поинтересовавшись: «Кто ты такой?». Анонимус ответил: «Твоя смерть!». Аскар резко возразил: «Да пошел ты куда подальше! Приди ко мне без маски. Давай разберемся!» — и получил ответ: «Жди. Скоро я приду, и тогда тебе конец».

 

Связь внезапно прервалась, и Аскар никак не мог понять, на самом деле это произошло и не сходит ли он с ума? А может, это чья-то шутка? Он задумался, стоит ли обо всем говорить Алибеку. Тот, скорее всего, разозлится и ни за что не поверит. После долгих раздумий Аскар все же решил рассказать. Он позвонил Алибеку, и брат приказал ему приехать в «Серый дом». 

Совершенно растерянный Аскар вбежал в акимат, быстро поднялся на третий этаж и зашел в кабинет акима.

‒ Что случилось, Аскар? Ты какой-то странный! ‒ недоверчиво поинтересовался Алибек.

‒ Брат, вчера на меня напали! ‒ пожаловался Аскар.

‒ Кто напал? Почему ты мне не сообщил? Где была охрана? ‒ Алибек позвонил секретарше и попросил, чтобы та срочно вызвала охранников Аскара. ‒ Кто это был, братишка? Сколько их было?

‒ Брат, он был один. Весь в черном и в белой маске.

‒ В маске? Что за комедия?

‒ Да, в маске Анонимуса!

‒ Ты серьезно?

‒ Да, вот он мне еще утром писал и угрожал, ‒ Аскар взял телефон и открыл мессенджер. Однако сообщение было удалено, и на иконке уже стояло другое фото отправителя — это был совсем не таинственный Анонимус. ‒ Он ведь писал! ‒ удивился Аскар. ‒ Где же сообщение?!

‒ Дай мне свой телефон, ‒ Алибек выдернул мобильник из рук Аскара. ‒ Где? Нет здесь ничего! – вдруг Алибек почувствовал перегар и с гневом посмотрел на брата. ‒ Идиот, ты опять пил? Да у тебя просто глюки, жалкое существо!

‒ Нет, брат, то есть, да, я выпил пивка. Но я не вру, все это правда, ‒ захныкал Аскар.

Тут охранники Аскара зашли в кабинет акима, и Алибек разразился гневной тирадой:

‒ Заберите его! Посадите дома! И чтобы вообще не выходил, пока я не дам разрешение! Ясно?!

‒ Брат, я не вру, не вру! – в панике и слезах кричал Аскар.

Но все его потуги оказались тщетны, охранники забрали его и, почти насильно усадив в машину, отвезли домой.

Оставшись один, Алибек долго не мог прийти в себя. Он уже пожалел, что разрешил Аскару вернуться. «Нужно было ему оставаться на западе», ‒ в сердцах думал он.

***

Вечером Арман встретился с Ерханом в VIP-комнате ресторана «Кызылтау-city», чтобы обсудить дальнейшие планы по работе с идеологическими проектами. Арман сразу начал с дела:

‒ Ереке, как дела в маслихате? Привыкли? Нам предстоит большая работа.

‒ Рахмет, Ареке! Привыкаю. Работы много, сам знаешь.

‒ Да, согласен. А я вот в филиале нашей партии начал понемногу порядок наводить.

‒ Порядок? – рассмеялся Ерхан. ‒ Со стороны кажется, что там все в порядке, жесткая дисциплина.

‒ Вот как раз только и кажется, а на самом деле такой бардак, Ереке, если бывы знали. Я всегда удивлялся, почему от филиала нет толку. Даже, честно говоря, складывалось ощущение, что его вообще не существует. Думаю, если филиалы закрыть, ничего не изменится. Что есть, что нет их, – Арман с Ерханом рассмеялись.

‒ Да, Ареке. Многого мы не знаем, а народ — тем более.

‒ Народ хоть и не знает, но все чувствует, его не обманешь.

‒ Да, согласен с тобой.

‒ Ереке, я сразу к делу перейду.

‒ Давай, готов выслушать тебя.

‒ Я ребятам в филиале поручил создать молодежное общественное движение «Воины Кызыларыстан батыра». Такое, знаете, патриотическое движение.

‒ Прекрасная идея, обязательно поддержу, ‒ обрадовано заметил Ерхан. ‒ Это же в честь моего великого предка.

‒ Спасибо, брат. Всегда был уверен, что вы меня будете поддерживать.

‒ Без проблем, Арман.

‒ И еще, думаю, нужно больше таких масштабных патриотических мероприятий провести. Предлагаю начать поиск средств совместно с областью для съемок фильма об известном сражении, где полководцем был Кызыларыстан батыр, и наши предки отстояли независимость Родины в большой битве с врагом.

‒ Да, идея хорошая, но это будет не так-то просто сделать...

‒ Давайте подключим все связи. Вообще-то, я думаю эту идею до республиканских масштабов поднять.

‒ Я только за! Давай все наши с тобой силы подключим.

‒ Спасибо, Ереке, за поддержку. А теперь, давайте выпьем за встречу.

Постоянно выискивая новые предлоги, Арман любыми путями старался укрепить отношения с Ерханом и через него с маслихатом. Он чувствовал: час «икс» не за горами.

 

***

Тем временем Аскар сидел дома, не зная, как поступить дальше. Внезапно пришло еще одно сообщение: «Ты ответишь за свой поступок! Нам известно, что ты совершил! Ты убийца!». От этого Аскару стало совсем плохо. Он никак не мог понять: вроде, никто ничего знать не должен, как информация могла просочиться? В панике Аскар ответил Анонимусу: «О чем ты? Наверное, меня путаешь с кем-то! Отстань от меня!». Анонимус ответил: «Аскарик, тебе не уйти от ответственности. Скоро все узнают, что ты совершил. И ты вместе со своим братом Алибеком ответишь перед строгим судом».

От испуга Аскар отбросил телефон подальше от себя и вдруг вспомнил, что, когда ехал в Кызылтау, по дороге завернул в магазин купить коньяк. Он совсем забыл о нем! Аскар начал искать бутылку, выворачивая наизнанку все сумки и чемоданы. В конце концов коньяк нашелся, он нетерпеливо откупорил бутылку и начал жадно глотать прямо из горлышка.

Внезапно он услышал, как пришло еще одно сообщение. Открыв дрожащими руками мессенджер, Аскар увидел, что это видео от Анонимуса. Скорее в панике, чем от любопытства, нажав кнопку, он узнал на открывшейся картинке свой черный джип. Вот он выходит из машины… четко видно лицо… снова садится в нее… разгоняется и… на большой скорости сбивает парня с девушкой, уезжая с места преступления…

Увидев все это, Аскар понял, что ему пришел конец. В бессилии он набрал: «Что тебе нужно от меня?». Анонимус ответил коротко: «Месть». «Давай я откуплюсь», ‒ предложил Аскар. Неожиданно Анонимус ответил: «Давай встретимся и обсудим». Аскар обрадовался. Глотнув еще коньяку, он думал: «Всем нужны деньги! Все продажные! Даже эти, которые за справедливость». А потом спешно написал: «Выйти я не смогу, приходи ты ко мне. Я так понял, что ты мой дом знаешь. Я скажу тебе номер квартиры, но ты должен будешь зайти в подъезд так, чтобы никто не видел». Ответив «Ok», Анонимус дал согласие.

Аскар уже был пьян. Еле стоя на ногах, он вдруг услышал стук. Подойдя к двери, он посмотрел в глазок и увидел Анонимуса. «О, пришел за деньгами, наше олицетворение справедливости», ‒ подумал Аскар, открывая дверь. В тот же момент он получил сильный удар ногой в грудь и отлетел вглубь квартиры.

‒ Эй, ты, бледнолицый, ‒ недовольно заметил Аскар, с трудом поднимаясь. ‒ Мы же договорились, что я откуплюсь.

‒ Не надейся! ‒ ответил Анонимус. ‒ Сейчас ты будешь страдать.

‒ Это ты сейчас будешь страдать, ‒ Аскар попытался встать, но снова получил удар в грудь и упал.

‒ Такие твари, как ты, не должны жить на этом свете, ‒ сказал Анонимус. ‒ Вам кажется, что таким, как вы, дозволено все. Вы можете купить всех и, избежав правосудия, остаться на свободе. Вы спокойно убиваете людей и уходите от наказания, так как вас прикрывают такие же твари. В нашей стране часто случаются подобные происшествия, когда так называемая золотая молодежь на своих дорогих машинах сбивает насмерть людей и остается безнаказанной.

‒ Вы же все букашки! У вас нет ничего! Ни денег, ни власти! ‒ выкрикнул Аскар.

‒ Заткнись, ‒ пригрозил Анонимус и взял кухонный нож.

‒ Э, ты что? Что собираешься делать?

‒ Ты ответишь за убийство. Ты намеренно убил ни в чем неповинных молодых людей, молодую пару Ербола и Салтанат. Тебя прикрыли твои родственники, твой брат. Но вы не можете понять, что далеко не всемогущие. И поэтому упустили одну деталь: видео с места происшествия сохранилось, ‒ произнеся это, Анонимус, держа в руке нож, запрыгнул на лежащего Аскара и схватил его за мизинец левой руки. Блеснуло лезвие…

Аскар закричал от дикой боли, сопротивляться не хватало сил. Отхватив полмизинца, Анонимус поднялся, оставив Аскара, у которого из отрезанного пальца фонтаном хлестала кровь, корчиться на полу от невыносимой боли.

Полюбовавшись, как он страдает, Анонимус кинул ему веревку со словами:

‒ Я сделаю тебе подарок. Разрешу, чтобы ты сам покончил с собой.

Из последних сил Аскар схватил веревку и попытался встать. Заметив это, Анонимус снова прыгнул на него.

‒ Пожалуйста, не надо, ‒ попросил Аскар. ‒ Лучше помоги мне…

Сделав петлю, Анонимус прикрепил ее к трубе от батареи, которая тянулась до потолка. Потом принес табуретку и усадил на нее Аскара.

Внимательно посмотрев на человека в маске, Аскар произнес:

‒ Я понял, кто ты. Ты же змея, пригретая на груди моим братом, ты же, Арман, блин. Я замочил твоего друга. Ну, сними же маску, если ты не трус. Хочу увидеть напоследок твою морду.

Анонимус, решая, что ему делать, замешкался, начал снимать маску, а Аскар, воспользовавшись моментом, с криком рванулся к двери, чтобы выбежать из квартиры, но по дороге споткнулся и упал. Анонимус медленно подошел к нему, рывком развернул к себе.

Аскар обреченно выдавил:

‒ Кто же ты такой? Ты же не Арман?

И в этот момент услышал другой голос:

‒ Да, он не Арман. Я Арман!

В такой же черной одежде,но в темной маске Арман подошел к Аскару, схватил его за волосы и посмотрел в лицо.

‒ Вот и пришло твое время. Я давно мечтал отомстить, своими руками уничтожив тебя. Ты знаешь, ты отнял самое дорогое, что было у меня — моего брата.

Произнеся это, Арман в ярости начал избивать Аскара. Нанеся несколько ударов по его лицу, он начал что есть силы пинать его по ребрам, пока не послышался хруст. Верный помощник Ескендир, выступавший в роли Анонимуса, еле-еле оттащил Армана.

‒ Шеф, все, хватит! Он уже почти мертвый. Вы идите, я сам здесь все уберу и завершу дело.

‒ Проследи, чтобы он откинул копыта и убери все следы, ‒ попросил Арман, уходя.

Ескендир решил, что перед казнью необходимо поставить Аскара под душ, чтобы отмыть кровь с лица и тела. Он закинул его в ванну отмокать, а сам пошел протирать пол в комнате, чтобы убрать пятна крови. Потом опять вернулся в ванную комнату и, обмыв полумертвого Аскара, подтащил его к батарее, где уже висела петля. Подняв Аскара, он накинул на его шею веревку. Подождав, пока тело дернулось в предсмертной судороге и убедившись, что Аскар мертв, Ескендир покинул квартиру.

Около двенадцати ночи охранники забеспокоились, что Аскар не берет трубку. Они забежали в дом и увидели ужасную картину…. Через полчаса к месту происшествия прибыл Алибек. Там уже были его ребята из полиции и скорой помощи.

‒ Алеке, его, вроде, избили, а потом повесили, ‒ сообщили они.

‒ Нет-нет, – возразил тот, глядя на стоявших в шоке охранников. ‒ Он сам наложил на себя руки. Аскар со вчерашнего дня бредил, ему мерещились какие-то привидения.

‒ Но, Алеке?.. ‒ попытался возразить один из полицейских.

‒ Все, на этом тема закрыта, ‒ поморщился Алибек. ‒ Скажете, что покончил жизнь самоубийством, стресс там, депрессия. Не смог до конца вылечиться от алкоголизма, выпил и повесился. Ну, что-то в этом роде…

Алибек не хотел, чтобы началось расследование. Средства массовой информации обязательно раздули бы скандал.  В душе он был даже рад, что избавился от брата. Этот человек мешал ему делать карьеру. К тому же он дал шанс Аскару, но тот им не воспользовался. Конечно, Алибек понимал, что дело нечисто, но сильно по этому поводу не заморачивался. В голову лезли разные мысли: «Может, это дело рук тестя, Кенжетая Садвакасовича, который скоро должен стать акимом области и поэтому «очищает» свое окружение от ненужного мусора?». В этот сценарий почему-то верилось больше всего. И он решил подыграть тестю. Но Алибек и не догадывался, что на самом деле это дело рук Армана. Полдела он уже сделал и теперь настало время мести и самому Алибеку.

 

***

Утром Арман взял такси и поехал на кладбище к своему другу.

‒ Брат, я отомстил за тебя первому человеку, который повинен в твоей смерти. Своего часа теперь ждет второй человек, ‒ торжественно произнес он, стоя у могилы. ‒ Знаешь, друг, а Макиавелли все-таки очень сильно мне помогает. Это он мне внушил, что я не жестокий и должен стать таковым, если хочу удержать власть и получить еще больше. Но я доказал ему и себе... да, вообще причем тут он?.. Сон ‒ это же мои фантазии. Я вроде пока не свихнулся, чтобы говорить о Макиавелли так, словно он реально со мной общается. Я все-таки доказал себе, что пойду до конца. Отомщу за брата и буду бороться за власть всеми доступными методами... Или все-таки дух Макиавелли приходит ко мне? Вообще-то непонятно, если честно, брат. Самое главное — я начал мстить за тебя. Надеюсь, ты мной гордишься. Скоро я закончу это дело.

После этих слов, словно подводя итоги, поднялся ветер, сверкнула молния, загремел гром, полил сильный дождь. Со спокойной совестью Арман сел в такси и поехал на работу, чтобы выполнить план мести до конца и занять должность акима города Кызылтау.

…После похорон Аскара прошла неделя. Алибек взял короткий отпуск, дав всем понять, что не будет публично комментировать смерть своего брата. Ожидая, пока все утихнет само собой, он сидел в своем доме и собирался с мыслями.

Настроение ему испортил звонок тестя:

‒ Здравствуй, Алибек. Как ты?

‒ Здравствуйте, Кенжетай Садвакасович. Пойдет, отхожу уже.

‒ Ну, молодец. Соберись, силы тебе еще пригодятся.

‒ Спасибо, я знаю.

‒ Вот что я тебе еще хочу сказать, скоро мое назначение.

‒ Поздравляю вас.

‒ Спасибо. Но я не смогу взять тебя с собой.

‒ Не понял — почему?

‒ Имидж у тебя сейчас ужасный, — не терпящим возражений голосом чеканил тесть. — Зачем мне проблемы, разговоры о тебе? И так их сейчас немало, зятек. Поэтому, забудь об этом. Может, когда-нибудь я еще вернусь к этому вопросу, но не сейчас. Давай, отдыхай.

Кенжетай Садвакасович положил трубку.

‒ Вот жирная тварь! ‒ громко выругавшись, Алибек в гневе выбросил свой телефон...

 

***

Алибек был в недоумении. Как так? Почему тесть так поступает? Он ведь столько раз рисковал шкурой ради него! «Нужно что-то делать, ‒ думал Алибек. ‒ Но перед этим необходимо посоветоваться. Не переговорить ли с Арманом? Он дальновидный и стратегически мыслящий человек. Может, посоветует что-то? Или не стоит подрывать свой авторитет? Но что делать? Так можно остаться без власти и без поддержки. Нет, я все же рискну и посоветуюсь с ним, ‒ решил Алибек. ‒ Но перед этим нужно его как-то мотивировать».

Он попросил секретаршу, чтобы она вызвала Армана.

‒ Мне нужно с тобой посоветоваться, ‒ заявил Алибек, как только тот зашел в кабинет.

‒ Слушаю вас, Алеке.

‒ Смерть моего братишки принесла много проблем, да и когда он был жив, тоже было непросто. Теперь я могу потерять возможность получить власть на областном уровне, а ты… – Алибек сделал многозначительную паузу и посмотрел прямо в глаза Арману, ‒ ты можешь лишиться возможности стать акимом Кызылтау.

‒ Не понял вас, ‒ удивился Арман.

‒ Тесть считает, что из-за брата у меня сильно подпорчен имидж и что мне уже не светит, по крайней мере, в ближайшее время, пост заместителя акима области.

‒ Хм-м-м, тяжелая ситуация, но момент спорный. Причем тут вы? Вы же не должны отвечать за брата, тем более, если сами хотели помочь ему восстановиться.

‒ Да, но тесть этого не понимает. Он ведь сперва думает о своем имидже, о своей гребаной власти. Мне нужен твой совет, как я могу ему угодить? Что можно сделать такое, благодаря чему он изменит свое решение?

Арман обещал подумать. В душе он ликовал — наконец, наступал тот самый долгожданный момент. Просьба Алибека свидетельствовала о том, что кресло под начальником зашаталось. Убийце Ербола Арман отомстил и теперь на горизонте маячила более важная цель — сместить самого Алибека. До Армана доходили достоверные слухи, что, в случае своего ухода, Алибек предложит на пост акима любовницу Еркеназ, а Арману он пообещал это лишь для красного словца.

Должность руководителя Отдела внутренней политики города Кызылтау не просто позволила Арману почувствовать запах власти. Показав, какие возможности дает власть, ее пьянящий запах теперь дурманил его. Поднявшись на следующую иерархическую ступеньку, Арман ощутил власть уже на вкус и понял, что это первый, лишь небольшой кусочек пирога. На посту зама акима наесться досыта невозможно, каждая следующая иерархическая ступенька — аким города, руководитель областного, а затем и республиканского уровня — открывает новые горизонты. Амбиции Армана возросли многократно. Ему уже не нравилось быть только серым кардиналом, постоянно оставаясь в тени. Конечно, от этой роли он не отказывается, но ее хотелось совмещать с ролью влиятельного человека, имеющего большую власть, иметь и признание элиты, и уважение народа. Кусочек под названием «заместитель акима» Арман уже доедал и теперь ему был необходим новый, более жирный. Он чувствовал ужасный голод...

‒ Алеке, пришло время сделать это, ‒ после небольших раздумий сообщил Арман.

‒ Что? Говори уже, ‒ чуть не подпрыгнул от нетерпения Алибек.

‒ Торговый центр.

‒ Что — торговый центр? ‒ с удивлением переспросил Алибек и после небольшой паузы продолжил: ‒ Ты предлагаешь его построить?..

‒ Да.

‒ Но как? Это же взрывоопасная тема. Ты сам прекрасно понимаешь, ведь эта тема твоя.

‒ Вот поэтому я ее и предлагаю. Я сделаю все, что в моих возможностях.

Алибек посмотрел на него с нескрываемым интересом:

‒ Что именно?

‒ Вы же понимаете: историки, интеллигенция, те политики, которые двигают эту тему, они все у меня под колпаком. Пущу через своих людей информацию, что все-таки ставка находилась в другом месте, и какой-нибудь историк найдет доказательство. А я сделаю так, что потомки батыра признают это, и мы найдем новое место. Вы же понимаете, во-первых, стопроцентных доказательств нет, это просто предания народа, и, во-вторых, посмотрите, сколько земли пустует вокруг города.

‒ Слушай, ты прав, ‒ почесал в затылке Алибек.

‒ Вот, найдем симпатичное место и сразу же объявим конкурс на строительство мемориального комплекса. Быстренько построим и закроем эту тему навсегда. Для народа мы специально устроим публичное обсуждение эскизов комплекса, чем его будем заполнять и тому подобное. Параллельно будут вестись работы по торговому центру. Люди даже не поймут, как он будет построен.

‒ Ну, ты молодец, хороший план. Но ты уверен, что получится?

‒ Конечно, уверен. Просто нужно будет побыстрее разработать величественный эскиз комплекса, знаете, такой, как древнеримский пантеон, но с казахскими орнаментами, чтоб людей завлечь.

‒ Предлагаешь сказать об этом варианте Кенжетаю Садвакасовичу?

‒ Да, этим вы докажете ему свою преданность. Продемонстрируете, что вы даже готовы рискнуть и потерять власть, чтобы угодить своему тестю. Тем более, вы сами хорошо знаете, он очень хочет построить этот торговый центр. Уверен, мы этот проект осуществим, и тогда вы станете заместителем акима области.

‒ Ну, Арман, ты меня вроде убедил. В принципе, я с тобой согласен, но дай мне время все это переварить, а потом я тебе скажу о результате. Хорошо?

‒ Хорошо. Буду ждать вашу отмашку. Я готов приступить в любое время.

В разговорах с Алибеком Арман давно научился всем своим видом демонстрировать искреннюю преданность начальнику. Но на самом деле его обуревали совсем другие чувства. Если бы существовало зеркало, отражающее истинное лицо человека в состоянии, когда он врет, оно бы показало горящие от ненависти глаза и хитрую, самодовольную улыбку. На этом лице словно было бы написано «Скоро я тебя в порошок сотру».

Отпустив Армана, Алибек долго раздумывал, как ему представить план застройки своему тестю, ведь это далеко не просто. Но понимая, что на данный момент других вариантов у него нет, все-таки решился и позвонил...

Уже к вечеру Арман получил от Алибека команду: «Начинай». Увидев это, он потер руки и удовлетворенно сказал себе: «Ну, все, тебе конец, Алибек».

***

Верный помощник Армана Ескендир сумел подобрать внушительную команду из проверенных бойцов, которые не просто могли вести серьезные войны в социальных сетях, а ежедневно работали в этом направлении. Вдобавок, Арман поручил Адилету создать кибер-армию при РПК. Ескендир запустил в интернете статью, якобы написанную каким-то историком. Тот доказывал, что ставка батыра находилась не в северной части города, а в восточной, и приводил в пример высказывания исторических личностей конца XIX - начала XX века, где они в своих поэмах описывают ставку батыра. Приведенные им данные ставили под сомнение общепринятую версию. На самом деле эту статью написал сам Ескендир, используя различные исторические материалы и просто поменяв имена батыров. Сведения о том, что ставка находилась в восточной части города, он присочинил сам. Просмотрев статью и внеся небольшие корректировки, Арман дал добро. Материал запустили на нескольких анонимных каналах с целью распространить его в фейковых аккаунтах. Было решено начать неделю с этой статьи и, потихоньку добавляя обороты, для раскрутки темы, не спеша, вбрасывать новые порции материала.

На работу Арман пришел очень рано. Полночи он думал, просматривая план действий.  Уснуть толком так и не удалось, и теперь в голове стоял сплошной туман. Внезапно ему позвонил одноклассник Берик, который сообщил, что принято решение назначить его начальником Управления полиции города Кызылтау — об этом должны объявить прямо сегодня! Добрая весть так взбудоражила Армана, что он сразу проснулся. Теперь у него появился союзник в правоохранительных органах, и его позиции укрепятся еще сильнее. Едва дождавшись, когда во второй половине дня о назначении объявили официально, Арман поздравил Берика и пригласил к себе домой на ужин. Вечером одноклассник вместе с женой и дочкой пришел в гости к Арману. После положенного застолья Арман позвал Берика в свой кабинет.

‒ Беке, ты просто не представляешь, как я рад, что именно ты теперь будешь здесь у нас руководить полицией, ‒ искренне заявил Арман, усадив гостя на почетное место.

‒ Спасибо, Ареке, я тоже рад.

‒ Берик, есть очень серьезный разговор, поэтому я хотел переговорить с тобой тет-а-тет.

‒ Ну, я уже догадываюсь, ‒ улыбнулся гость.

‒ Ты же помнишь наш с тобой разговор, когда погиб Ербол. Я говорил тебе, что отомщу. Как ты понимаешь, я уже начал это делать. Тогда я прислушался к твоему совету, накачал мускулы и приступил к действиям.

‒ Он точно повесился, или... ‒ Берик внимательно посмотрел на друга.

‒ Мы довели его до суицида, ‒ Арман не решился сказать правду, подумав, что это должно остаться в тайне. ‒ Теперь на очереди Алибек. Процесс уже пошел.

‒ Что ты хочешь с ним сделать?

‒ Сместить.

‒ Сместить? ‒ уточнил Берик, не веря своим ушам.

‒ Да, сместить, ‒ твердо заявил Арман.

‒ Как?

‒ Он сам для этого подготовил почву и уже роет себе яму. Я ему просто помогаю.

‒ Ты уже не тот Арман, которого я знал. Страшно амбициозным стал, ‒ улыбнулся Берик.

‒ Ну, ты тоже на килограмм десять изменился, ‒ отшутился Арман, и они рассмеялись.

‒ Арман, ты не переживай. Однажды я обещал, что буду тебя поддерживать и не сверну со своего пути. Но, брат, советую тебе далеко не заходить. Ведь, сам знаешь, аппетит приходит во время еды. Главное — вовремя остановиться.

‒ Да, я все прекрасно понимаю, брат, мы все сделаем аккуратно.

В конце недели после запуска статьи в интернете развернулась бурная дискуссия. Под постами в социальных сетях стояли тысячи комментариев. Благодаря кибер-армии Ескендира фейковые аккаунты не дали возможности одержать победу противникам статьи. Арману это было необходимо, чтобы успокоить Алибека, представив ему битву на равных, пятьдесят на пятьдесят. Когда через некоторое время будет шестьдесят на сорок, в вопросе строительства торгового центра можно будет действовать смелее.

К середине второй недели Ескендир сумел сделать так, как было нужно Арману. Процент комментаторов в интернете, поддерживающих статью, поднялся до шестидесяти, а противников опустился, соответственно, до сорока. Увидев эти цифры, Алибек позвонил Кенжетаю Садвакасовичу и сказал, чтобы тот направлял своих ребят на строительство торгового центра.

В конце второй недели Ескендир запустил видеоролик с закадровым голосом, где (как и в инициированной им же статье) какой-то историк, приводя «достоверные» факты, доказывал, что ставка Кызыларыстан батыра находилась в восточной части города. После этого Арман попросил Ескендира сделать паузу и больше на следующей неделе ничего не писать и не выкладывать. Необходимо, чтобы все немного поутихло.

В конце третьей недели Арман пригласил к себе домой в личный кабинет Адилета и Ескендира.

‒ Ребята, в принципе, у нас все идет по плану. Скоро ягненок сам принесет себя в жертву. Нужно приготовиться к этому и быть во всеоружии, ‒ на всякий случай напомнил он.

‒ Мы готовы, Ареке. А что именно произойдет? ‒ уточнил Адилет.

‒ Они начнут вести подготовительные работы на территории ставки и обнесут место будущего строительства железным забором, ‒ пояснил Арман.

‒ Это, точно, всколыхнет весь интернет, ‒ заметил Ескендир.

‒ Адилет, тебе поручаю очень важную работу. Нужно мотивировать нескольких патриотично настроенных ребят, которые создадут группы противников идеи строительства торгового центра. Первая, «мягкая» группа, затем вторая, более конструктивная, из середняков, чтобы можно было кидать их в разные стороны, от умеренности к радикальности. И третья группа радикальных патриотов, которые будут призывать граждан выйти на улицы и протестовать.

‒ Это серьезно и работа непростая, но я готов, ‒ заявил Адилет.

‒ Я знаю, ты справишься, эти технологии тебе известны. Ескендир всегда будет с тобой на связи, вы должны работать вместе. Все ваши баталии он будет переносить в пространство интернета, снимать специальные ролики и раскручивать это в социальных сетях.

‒ Будет сделано, шеф, ‒ уверенно заявил Ескендир.

‒ Ребята, самое главное, мы должны все держать под контролем. Это будет управляемый хаос. Мы не должны допустит разрастания данной ситуации во что-то большее. Нужно будет вовремя потушить огонь и выбросить ненужных персонажей данного спектакля. В результате этой большой игры каждый из нас троих получит свои призы. Я стану акимом города Кызылтау, Ескендир останется моим помощником и еще будет главным советником, но уже акима города, а ты, Адилет, моим заместителем и председателем городского филиала РПК, и вообще, будешь курировать идеологию города.

‒ Спасибо вам, Ареке, я еще пока не спешу. Благодаря вам я стал замом в филиале, это для меня уже большое достижение. Я готов идти туда, куда вы мне скажете. Спасибо вам еще раз, ‒ сказал Адилет.

‒ Не спеши благодарить, нам еще нужно победить.

‒ Арман Аскерович, когда у нас такой лидер, мы точно победим, ‒ уверенно заявил Ескендир.

‒ Ну, все, мужики, спасибо вам, конечно, за дифирамбы, но нам нужно готовиться. Адилет, первую группу запускай завтра, Ескендир, ты сразу же вбрасывай это в сеть.

‒ Так точно! ‒ хором дружно произнесли Ескендир и Адилет.

‒ Все ребята, можете идти. Удачи!

‒ Спасибо!

Отпустив ребят, Арман лег на диван и стал издалека рассматривать книгу Макиавелли, стоявшую на своей особенной полке. Вдоволь налюбовавшись на «Государя», Арман решил немного вздремнуть и увидел необычный сон.

Флоренция, май 1498 года.

На площади Синьории собралась огромная толпа. Арман не мог понять, что происходит, такой вокруг стоял крик и шум. В этот момент к нему сзади подошел Никколо Макиавелли. Арман узнал его и сразу почувствовал уверенность и спокойствие.

‒ Здравствуй, Арман! — Макиавелли старался перекричать толпу.

‒ Здравствуй, Никколо!

‒ Давно не виделись.

‒ Да! Может, отойдем подальше от людей, а то ничего не слышно.

‒ Пойдем, согласен.

Арман с Никколо зашли в дом и стали наблюдать за толпой с балкона.

‒ Знаешь, почему ты здесь?

‒ Догадываюсь. Мои мысли прочитал?

‒ Ну, я и так с ними живу, ведь я же обитаю в твоей голове, поэтому мне известно все, что ты планируешь. Но я должен тебя направлять и обучать, еще далеко не во всем ты разбираешься одинаково хорошо.

‒ Я с благодарностью приму твою науку, ‒ с улыбкой ответил Арман.

‒ Толпа беснуется в ожидании кровавого зрелища! Так ужасно, аж мурашки бегут по коже. Помнишь, что писал о толпе ваш великий Абай Кунанбайулы?

‒ Примерно помню…

‒ «Кто отравил Сократа, сжег Жанну д’Арк, распял Христа, закопал Мухаммеда в верблюжьих останках? Толпа. Значит, у толпы нет ума. Сумей направить ее на путь истины» ‒ величайшие слова.

‒ Согласен.

‒Видишь, что сейчас происходит?

‒ Толпа ждет казни.

‒ Знаешь, чьей?

‒ Догадываюсь.

‒ Это казнь Савонаролы. Помнишь первый сон, в котором я тебе явился?

‒ Припоминаю.

‒ С Савонаролы наша с тобой встреча и началась. Я тогда уже знал, кем ты станешь, если последуешь моим советам. Вот теперь давай логически завершим ту нашу первую встречу. Чувствую, ты скоро победишь и не так часто станешь вспоминать меня. Будешь себя считать опытным и всезнающим. Но на этот раз ты обязательно должен прислушаться ко мне. В принципе ты уже на том пути, который я поддерживаю. Но я хочу тебе добавить больше уверенности и показать, что в истории человечества все повторяется, и многие методы борьбы за власть (если не все) очень похожи. И нет разницы, где ты находишься, в Италии или в Казахстане, во Флоренции или Кызылтау. Савонарола в начале своего правления был любимчиком народа. Но он заигрался, нажил врагов, сделал много ошибок. Он был против науки. Поэтому его судьбу решил народ. Среди молодежи возникло общество, которое поставило перед собой цель убить Савонаролу. Не только молодежь мечтала о его смерти. Разъяренная толпа осадила монастырь Сан-Марко, и Савонарола вместе с друзьями был заключен в темницу. Его допрашивали и пытали самым жесточайшим образом, по четырнадцать раз в день. 22 мая Савонароле был объявлен смертный приговор, а 23 мая… сейчас, Арман, ты увидишь, как его казнят…

Перед глазами Армана предстала страшная сцена: беснующаяся толпа кричала, требуя смерти. Потом Арман увидел, как Савонаролу повесили, а после сожгли его труп…

‒ Вот видишь, Арман, именно так надо расправляться с врагами. Ты хорошо знаешь, что он мне сильно насолил, но, как видишь, победил я. Он на костре, а я при власти, ‒ засмеялся Макиавелли.

‒ Но я его убивать не собираюсь. Он будет сидеть в тюрьме.

‒ Ну, тебе самому виднее. Но ты правильно делаешь, что хочешь использовать толпу, это огромная сила. Тяжело с ней справиться.

‒ Да, это я хорошо понимаю. Но не хочу, чтобы все было именно так, как с Савонаролой, такая огромная толпа мне не нужна, боюсь, я не смогу удержать ее под контролем.

‒ Тебе виднее. Ты должен просчитать все ходы. Я думаю, теорию управления хаосом ты хорошо изучил. Но помни, если есть шанс, иди до конца. Пусть толпа снесет его и накажет очень жестоко. Ты получишь власть, и все будут тебя уважать и бояться.

‒ Власть и уважение я обязательно получу. Но все будет по моему сценарию. Не так, как ты хочешь, Никколо!

В этот момент на мобильном телефоне заиграл будильник. Проснувшись, Арман встал и отправился в душ. Нежась под теплыми струями и вспоминая сон, он долго размышлял: «Как все пойдет? Получится ли? А если пойдет не по сценарию, как это удержать? До конца операции необходимо контролировать все полностью и еще заручиться адекватными союзниками, привлечь их на свою сторону».

На этот счет у него уже имелся план и видение ситуации.

В понедельник (шла четвертая неделя воплощения плана) в социальных сетях объявилась группа молодых ребят, заявивших о том, что они создают общественное движение под названием «Сохраним историческое место!». Активисты пригрозили, что отправят письма на имя акима и депутатов маслихата, чтобы прекратить работы по строительству торгового центра.

Получив эту информацию, Алибек немного забеспокоился и сразу же вызвал к себе Армана.

‒ Что ты на это скажешь?

‒ Алеке, а как вы думали? Это ведь непростая тема. Реакция ожидаемая, ‒ с удивлением пояснил Арман.

‒ Что планируешь делать дальше?

‒ Пока в соцсетях все так же: шестьдесят на сорок. По этому молодежному движению уже готовим контратаку, сегодня вечером запустим.

‒ Хорошо. Давайте, побыстрее затушите, а то может вспыхнуть большое пламя.

‒ Не беспокойтесь, Алеке, затушим.

К вечеру в социальных сетях был запущен десятиминутный ролик о Кызыларыстан батыре, в котором рассказывалось о его биографии, сражениях, победах и в конце опять приводились факты, что ставка батыра находилась в восточной части города Кызылтау. К четвергу все немного поутихло, конечно же, благодаря стараниям Армана, который усилил тему о «Восточной ставке», так ее начали называть в интернете. Ребята, которых курировал Адилет, по команде сбавили темп. В пятницу ночью к ставке батыра подъехала строительная техника и сразу начались работы. Было принято решение, что в первое время возведение торгового центра будет проходить ночью. Ескендир сходил на площадку и аккуратно снял на сотовый телефон видео, на котором было видно, что работы на месте ставки батыра начались.

В воскресенье вечером он распространил данное видео через свою кибер-армию, и по интернету моментально прокатилась ответная волна негатива. Возмущались не только ребята Ескендира, но и обыкновенные граждане.

На пятую неделю событий утром в понедельник рядом со ставкой перед забором собралось около двадцати ребят. Они назвали себя общественным движением «Воины батыра». Их лидер, взяв в руки громкоговоритель, заявил следующее:

‒ Мы, патриоты города Кызылтау, считаем себя потомками нашего общего Великого предка — батыра Кызыларыстана! Требуем прекратить строительные работы на месте его ставки! Если в течение пятнадцати минут не начнется демонтаж заборов, мы, «Воины батыра», сами начнем разбирать их!

Вышедший к бастующим представитель строительной компании попытался объяснить, что работу начали законно, есть официальное разрешение и добавил: существуют исторические факты, отрицающие, что здесь находилась ставка батыра.

Лидер движения через громкоговоритель возразил:

‒ Первое. Факты, о которых вы говорите, неверны. Второе: все знают, почему вы хотите строить именно здесь. Город расширяется в эту сторону, в обнародованном генплане развития городской среды говорится о том, что новый центр будет находиться в северной части. И третье, последний раз предупреждаем, сносите заборы и уезжайте отсюда!

Подождав минут пятнадцать и поняв, что заборы никто убирать не собирается, ребята с криком «Вперед, батыры!» начали крушить заграждения. Подоспевшая полиция за несколько минут скрутила погромщиков и посадила их в специальный автобус. Происходящие сцены насилия, крики и эмоции снимали на видео люди Ескендира. Это был хороший, эмоциональный материал для ролика, который ожидаемо должен был поднять еще больше людей.

Спустя некоторое время секретарь маслихата Ерхан Кызыларыстан решил зайти к акиму города и прояснить ситуацию, сложившуюся вокруг ставки батыра. За последние дни его и других депутатов маслихата горожане уже забросали сотнями писем, и фракция патриотов готовила публичное обращение к руководству города и области.

‒ Здравствуйте, Ереке, проходите! Как у вас дела? ‒ поприветствовал Ерхана Алибек.

‒ Здравствуйте, Алеке! Дела ужасны, ‒ сходу перешел в атаку Ерхан.

‒ А, понятно, и вы туда же! Люди мне уже с утра телефон обрывают!..

‒ Алеке, естественно, я солидарен с ними. Это ведь ставка моего предка, я его прямой потомок! Как же мне не возмущаться? Вначале я сомневался, никак не мог найти время, чтобы сходить и посмотреть своими глазами, что там происходит. Но после опубликованного в сетях видео я с группой депутатов съездил и все увидел сам. Это же просто ужасно! Как вы такое допустили?

‒ Ереке, успокойтесь. Я вас уважаю, как уважаю и нашего великого земляка. Но ведь нет стопроцентных доказательств, что именно там была его ставка! Вы прекрасно знаете, что город будет развиваться на север и нам нужно, чтобы там кипела жизнь. Будет огромный ТРЦ, как в столице, люди будут там отдыхать, будем каждый день крутить документальные фильмы о нашем батыре. А если оставить это поле пустым, как будет смотреться центр города, а? Вы над этим не задумывались? Нет доказательств, что ставка была именно там! Она была на востоке, есть источники! Правда, они тоже ничем не подтверждены… Но мы все равно там построим культовое сооружение! Вон, уже эскизы народ обсуждает. Многим нравится. Не хуже римского пантеона! Вы знаете, сколько денег мы туда вольем?! ‒ кипятился Алибек.

‒ Алеке, вы не правы! Извините меня, но вы мыслите не как государственник, а как бизнесмен, которому важна выгода, лишь бы заработать. Я не собираюсь спорить с вами, вижу, что это бесполезно. Но хочу вас предупредить, последствия будут серьезными.

‒ Ереке, вы что, угрожаете мне, а? Вы что себе такое позволяете?

‒ Я не угрожаю, я предупреждаю. В конце концов, вам придется отвечать перед народом, и народ спросит с вас жестко!

‒ Все, идите! Свою работу выполняйте, а меня не надо тут учить! Я предупреждаю, если будете делать что-то, направленное против меня, я вас не пощажу!

‒ Вы тоже мне не угрожайте! Не забывайте, чей я потомок!

Оппоненты размахивали руками и не сдерживали эмоций. Наконец, Ерхан не выдержал, резко поднялся со стула и вышел из кабинета акима.

Ситуация все больше накалялась. Множество людей вело активную агитацию против строительства в социальных сетях и мессенджерах. Выкладывались посты и видео. Писали не только члены кибер-армии Ескендира и ребята Адилета, к ним уже подключились простые граждане. Интеллигенция, потомки батыра, историки готовили обращения на имя акима города и области и даже были готовы жаловаться в столицу.

Алибек выпил для уверенности немного коньяка, который стоял у него в тумбочке под рабочим столом, и вызвал к себе Армана, чтобы переговорить о сложившейся ситуации. Арман сидел у себя в кабинете и ждал звонка акима. Он знал, что тот обязательно за ним пошлет. 

‒ Арман, какова ситуация на данный час? Чувствую, она все ухудшается и ухудшается.

‒ Да, Алеке, уже семьдесят на тридцать, мы проигрываем. Предлагаю все остановить.

‒ Нет, ни в коем случае! ‒ возразил Алибек.

Арман про себя удивился, хотя это было ему только на руку.

‒ Как — нет? ‒ попытался спросить Арман.

‒ Вот так — нет! Я не покажу слабину ни этой толпе, ни своему тестю. Если я сейчас поведусь на призывы толпы, все воспримут это как мое поражение и скажут, что я слабый аким. Они перестанут меня уважать и бояться. А народ должен бояться власти! Власть — это страх! Если этого не будет, наступит бардак, каждый раз они будут выходить и что-то требовать. И что — я должен буду каждый раз им подчиняться? Нет, перебьются. Да, я понимаю и даже верю, что среди них есть искренние патриоты, знающие, на что они идут и что говорят, но основной толпе лишь бы возмущаться, очередной хороший повод покритиковать власть. Ты же сам прекрасно все понимаешь. Мне ли объяснять тебе все это?

Облокотившись на стол и подперев кулаком подбородок, Арман задумчиво опустил голову. Лицо выражало тревогу, но это была всего лишь игра.  Внутри у него все пело, он был ужасно рад, что аким все глубже сам себе копает яму. Он продолжал играть дальше:

‒ Может, все-таки прекратим? Возьмем паузу, пусть все поутихнет. А потом аккуратно продолжим.

‒ Нет, нет и еще раз нет! Ничего не утихнет! Раз взялись, надо идти до конца. Сейчас пресс-секретарь готовит обращение от моего имени в интернете, и везде, где его еще можно опубликовать — нужно распространить. В нем я все объясняю. Там, в конце обращения, я привожу доказательства, что ставка была на востоке. И что на «Восточной ставке», именно на этой территории, мы построим большой мемориальный комплекс, как римский пантеон.

‒ Да, эскиз сейчас бурно обсуждают в некоторых группах в социальных сетях, ‒ кивнул Арман.

‒ Вот и все. Просто покажу им, что в городе есть власть, и она все решила. Как скажет власть, так и будет. Ясно тебе, Арман?

‒ Ясно, Алеке.

‒ Но ты в интернете продолжай давать отпор и атаковать моих соперников. Хорошо?

‒ Хорошо.

‒ Все, иди, работай.

Арман вернулся к себе в кабинет. Сказать, что он был рад, значит, ничего не сказать.

Не теряя времени, он пригласил к себе Самал, которая занимала теперь пост руководителя Отдела внутренней политики города Кызылтау, она тоже была тесно связана с кибер-армией Ескендира. Открыв нижнюю тумбочку своего стола, Арман достал оттуда красную папку и протянул ее Самал со словами:

‒ Иди к Ескендиру и начинайте действовать.

Все близилось к финалу, в этой папке лежал план последних действий, контрольный выстрел по Алибеку. 

Утром в среду на центральную площадь имени Кызыларыстан батыра начал подходить народ. Буквально за полчаса собралось более тысячи людей. Они скандировали лозунги, написанные на больших белых плакатах: «Нет» — строительству торгового центра!», «Без истории ‒ нет будущего!», «Мы потомки Кызыларыстан батыра!». Были призывы и посмелее: «Аким, ты не прав!» и самый пик протестов — «Аким, уходи!», «Алибека Байболова — в отставку!».

Организаторами данного несанкционированного митинга выступили ребята, называвшие себя патриотическим движением «STOP AKIM. На их страничке в социальных сетях буквально утром перед митингом появилось заявление, взбудоражившее всех противников строительства торгового центра. Собственно, поэтому на площадь и начали стекаться разные силы, умеренные и радикальные, начали подходить люди старшего поколения, интеллигенция. С каждой минутой обстановка все больше накалялась. Полиция по периметру окружила площадь, но протестующих никто не задерживал.

Алибек, выпивший вчера ночью немало коньяка и заснувший у себя в кабинете на диване, очнулся от стука в дверь. На пороге стоял Арман. Алибек еще не успел открыть рот, как Арман паническим тоном начал рассказывать, что сейчас происходит на площади:

‒ Алеке, обстановка ужасная! Толпа огромная! Хотят идти в сторону акимата! Но полиция их пока сдерживает!

‒ Ничего, покричат и разойдутся. А если сами не разойдутся, отдам приказ разогнать, ‒ у Алибека после выпитого так раскалывалась голова, что он не осознавал всю сложность ситуации.

‒ Алеке, все очень серьезно!

‒ Что они хотят?

‒ Вашей отставки.

‒ Что?! ‒ возмущенно крикнул Алибек. ‒ Они что, вообще страх потеряли? Я им покажу отставку!

‒ Нужны контрмеры, но не силовые.

‒ Какие еще контрмеры? Я не собираюсь с ними нянчиться.

‒ Я предлагаю вам выйти к толпе и сказать, что не будет никакого строительства торгового центра.

‒ Стоп, Арман! Ты понимаешь, что сейчас мне говоришь? Осознаешь? Ты слышишь себя? А? Скажи мне!

‒ Да, я все прекрасно понимаю, но ведь других вариантов нет!

‒ Значит, не понимаешь… Теперь слушай меня, Арман. Отступать я не буду, сейчас же дам команду полиции, и они разгонят эту толпу. Я не слабак, чтобы пугаться какой-то там толпы.

‒ Но, Алеке...

‒ Молчать! Арман, заткнись и иди работай!

Арман молча встал и пошел к себе в кабинет, ожидая дальнейшего развития событий.

Очень скоро ему позвонил Ерхан с предложением встретиться. Ерхан вместе со своим отцом Смагул Кызыларыстаном уже успели переговорить с депутатами маслихата, историками, интеллигенцией и лидерами трех молодежных движений, объединившихся под девизом «Нет торговому центру!». Ребята из радикального движения призывали к отставке акима. Ерхан призвал их успокоиться и решать вопрос конструктивно. Отставку акима поддержали также отец Ерхана и представители интеллигенции, но они тоже предлагали сделать это без эскалации конфликта. О совместно принятом решении Ерхан должен был сообщить Арману.

Они встретились в тихом кафе неподалеку от акимата, и Ерхан начал пересказывать, о чем говорилось и к чему пришли.

‒ Ерхан, что вы конкретно предлагаете? ‒ спросил Арман, делая вид, что ничего не знает и не понимает. На самом деле у него имелась полная информация.

‒ Ареке, депутаты маслихата единодушно приняли решение, согласившись со всеми требованиями протестующих. Мы все сейчас выйдем на площадь и выступим перед собравшимися. Объявим, что оба требования горожан — о прекращении строительства торгового центра и об отставке акима — городской маслихат поддерживает и направляет это обращение акиму области, чтобы он рассмотрел данный вопрос.

‒ Не понял, ‒ сделал паузу Арман и посмотрел в глаза Ерхану. ‒ Вы это серьезно? В отставку Алибека Ермековича? Это же нереально… У него там тесть, и с минуты на минуту он даст команду очистить площадь. Вы что, ребята?

‒ Я серьезно, Арман. И если честно, Алибек лично мне не нравится. Ты должен быть акимом нашего города. Все тебя поддерживают, депутаты, народ и молодежь.

‒ Ереке, спасибо, конечно. Но это невозможно.

‒ Все реально, решение принято. Подписанный нами документ уже отправлен по электронной почте в областной акимат. Мы его сейчас просто зачитаем. У меня одна просьба к тебе, возвращайся к себе в кабинет и жди финала этой ситуации.

‒ Ереке, это рискованная затея, но, если честно, я поддерживаю вас. Алеке стал каким-то странным в последнее время, много пьет и не контролирует ни ситуацию, ни себя. Но я не предполагал, что именно таким образом он должен покинуть свой пост.

‒ Покинет. И будет именно такой сценарий. Он сам себе выкопал яму, ‒ Ерхан поспешно поднялся. ‒ Брат, я на площадь, меня ждут. Надеюсь, скоро увижу тебя в главном кресле «Серого дома».

С большим чувством произнеся эти слова, Ерхан ушел. Арман остался сидеть, внешне он был спокоен, но изнутри его распирала огромная радость. Неужели все идет, как он запланировал и скоро он добьется своей цели?  Подумав, он позвонил Берику: «Брат, надеюсь на твою поддержку». Берик ответил: «Не беспокойся, брат, победа будет за тобой». Это означало, что Алибек проиграл, полиция не будет выполнять приказ о разгоне митинга.

Все — Ерхан со своим отцом, депутаты маслихата, представители интеллигенции, историки и лидеры молодежных движений — вышли к толпе. Они стояли перед памятником Кызыларыстан батыру. Не нарушая казахский протокол, первое слово предоставили уважаемому аксакалу Смагулу Кызыларыстану. После его пламенного выступления Ерхан взял в руки громкоговоритель и начал свою речь:

‒ Уважаемые жители города Кызылтау! Истинные патриоты! Мы, депутаты Маслихата города Кызылтау, представители интеллигенции, историки и молодежь полностью поддерживаем ваши требования, мы на вашей стороне!

После этих слов в толпе начали аплодировать, громко выкрикивая слова об отставке акима. За всем этим Арман наблюдал через социальные сети в прямом эфире, сидя у себя в кабинете в «Сером доме».

Ерхан продолжил:

‒ Также призываем правоохранительные органы перейти на сторону народа и не применять силу. Уважаемые патриоты нашего города, данное обращение уже на столе акима области. Мы ждем решения с минуты на минуту.

В этот момент в толпе один молодой человек выкрикнул: «Арман Ахмет должен стать акимом!», его поддержало еще несколько человек, скандируя: «Арман! Аким!», «Арман — наш аким!», «Арман — патриот!». И вся толпа начала скандировать: «Арман! Арман! Арман!». Ерхан снова продолжил:

‒ Да, и я лично думаю, что все стоящие рядом со мной также согласны с тем, что Арман Ахмет должен возглавить наш город. Так как именно он внес большую лепту в пропаганду исторического наследия Кызыларыстан батыра. Но, друзья, кандидатуру предлагает аким области, поэтому давайте все-таки дождемся решения акима. Надеюсь, он услышит нас.

 

Прочитав полученное обращение, аким области вызвал к себе Кенжетая Садвакасовича:

‒ Что там творится у твоего зятька, а? Что за беспредел?

‒ Извиняюсь, Торехан Уалиевич, но я был не в курсе, только после митинга все узнал.

‒ Брось, Кенжетай! Не выгораживай своего.

‒ Нет, я не выгораживаю. Я честно говорю!

‒ Я думаю убрать его с поста.

‒ Тореке, почему? Зачем вы потворствуете требованиям толпы?

‒ А что ты мне предлагаешь, а? Народ, маслихат, интеллигенция, мне пришла информация, что и полиция против твоего Алибека! Они все хотят его отставки! Или ты хочешь опозорить меня на всю страну? Желаешь бунта у меня под носом?

‒ Нет, Тореке, но....

‒ Подожди, ‒ перебил его аким, глядя в сообщение, которое ему только что передали. От увиденного у акима округлились глаза, и он в раздражении покачал головой. ‒ Все, конец твоему Алибеку, ты и сам, думаю, от него теперь избавишься.

‒ Что случилось? Я не понял.

Недобро усмехнувшись, аким области переслал Кенжетаю сообщение, только что полученное от помощника. На фотографиях был запечатлен Алибек, фривольно целующийся на пляже с молодой женщиной. Дама на фотографии была известна — его давняя любовница и, по совместительству, заместитель акима города Еркеназ. Слухи о них по акимату ходили давно, но документального подтверждения недостойного поведения высоких чиновников не было… Кампания по дискредитации Алибека была делом рук Армана. Он все четко спланировал и, таким образом, поставил точку в судьбе акима.

В этот момент у Кенжетая Садвакасовича заиграл телефон, он увидел, что звонит дочь.

‒ Папа, я хочу немедленно развестись с этим негодяем! ‒ кричала она, захлебываясь от негодования. ‒ Он опозорил меня, да и тебя тоже!

Услышав эти слова, побагровевший Кенжетай Садвакасович твердо посмотрел на акима области и произнес:

‒ Уберите его, Тореке, а еще лучше…сотрите этого негодяя с лица земли!

 

В это время Алибек сидел у себя в кабинете. После скандального выяснения отношений с женой он понял, что карьере вместе с положением в обществе пришел конец, и находился в ужасном состоянии. В левой руке Алибек держал початую бутылку коньяка, а в правой пистолет, совсем недавно подаренный ему, по иронии судьбы, одним из высоких чинов полиции. События последних дней сломали его настолько, что теперь он начал бредить. Ему казалось, что перед ним стоит Руслан и смеется над ним, все громче и громче. Алибек в панике закрыл уши и истошно закричал: «Заткни-и-и-и-ись!».

За событиями в кабинете начальника со страхом следила секретарша. Услышав, что у руководителя на какое-то время воцарилась тишина, она решила постучаться и предложить чай. Подойдя к двери, секретарша услышала грохот, похожий на выстрел из пистолета. От неожиданности чашка с чаем выпала из ее рук, и темный напиток пролился на дорогой ковер. «Жаль, совсем новый, недавно только постелили», ‒ привычно подумала она и с испугом посмотрела на дверь кабинета. Оттуда не доносилось ни звука. Собравшись с духом, секретарша несмело постучала, но аким молчал. «Не случилось бы чего», ‒ мелькнула страшная мысль. Дрожащими руками она аккуратно открыла сначала внешнюю дверь и осторожно толкнула внутреннюю. В центре величественного кабинета, на ковре, лежал Алибек с окровавленной головой, сжимая в левой руке бутылку, а в правой пистолет. Едва не лишившись чувств, девушка выбежала с кабинета.

 

 

***

Не спеша, обогнув стол с правой стороны, Арман с трепетом прикоснулся к столешнице и, не удержавшись, провел кончиками пальцев по матовой поверхности, оставляя в скопившейся пыли едва заметные дорожки.

Его взгляд упал на «трон». С трудом подавляя в себе волнение, он подошел к черному кожаному креслу. Развернул его к себе и, медля занять «тронное место», обеими руками притянул кресло к себе. Получая наслаждение от каждой секунды, он с комфортом, не спеша расположился за столом. Уже сидя в кресле, он пытался унять сердцебиение — ему трудно было успокоиться...

Положив руки на стол и окинув глазами кабинет, он постарался придать своему лицу выражение довольства и самоуверенности. На какой-то момент это удалось, но через несколько секунд ему стало тревожно. Может, призраки прежней власти никак не могут смириться со своей участью? Ему стало страшно, казалось, пахнули тревогой кресло, стол, да и сам кабинет. Это был одновременно знакомый и неприятный запах. Он не мог понять, кажется ли ему все это, или происходит на самом деле...

Это запах крови, наконец, сообразил Арман. Тот ли, который он почувствовал, когда, мстя за Ербола, в ослеплении добивал Аскара... или комнату плохо проветрили, и это запах крови Алибека?

Арман лихорадочно прокрутил в голове последние десять лет: университет, стажировка, начало работы в акимате. Точкой невозврата послужила смерть Ербола. Именно после нее он начал расти вверх по карьерной лестнице, постиг теорию власти, почувствовал запах власти и попробовал ее на вкус. Ему вдруг стало тревожно. В прежнее, восхитительное ощущение вкуса власти добавился неприятный привкус крови, который становился все сильнее. Выходит, что понятия кровь и власть неразделимы, и власть приходит только через кровь? Вначале реки крови, а потом? Озера, моря крови? Может, все-таки он пошел не той дорогой?

От этого неожиданного умозаключения Арману стало так плохо, что он невольно схватился за сердце и почувствовал, как теряет сознание. Последним, что он услышал, был голос Макиавелли, который произнес:

 Победа никогда не бывает полной в такой степени, чтобы победитель мог ни с чем не считаться и в особенности — мог попрать справедливость.

 

***

В приемной секретарша просматривала график шефа на следующую неделю, внося плановые корректировки. Внезапно она услышала сильный грохот в кабинете, будто кто-то вместе с креслом упал на пол. Её первым желанием было кинуться на помощь руководителю, но уже через секунду она, как будто что-то вспомнив, сдержала этот порыв и медленно потянула руку к телефону, который стоял у нее на столе.

Публикация на русском